– Да уж придется, – произнес де Лермон, сжимая кулаки.
– Ну а теперь что касается вас, господа. – Принц обвел взглядом присутствующих. – Те из вас, кто будет среди гостей, постарайтесь держаться поближе к группе короля, чтобы вмешаться, когда придет время. Другим придется дожидаться в засаде. Это будет самый последний этап, и вам придется атаковать с пиками наперевес, чтобы бить наверняка. У загонщиков будут рогатки, однако пика длиннее, надеюсь, турнирные навыки окажутся кстати.
Принц замолчал, еще раз оценивая про себя силы заговорщиков. На его стороне были неожиданность и поддержка генерал-графов.
– Ну что же, давайте приступим к расстановке засад…
109
К западным воротам дворцовой стены Каспар со спутниками прибыли без четверти десять. Несмотря на объяснение Бертрана, что на охоту собираются за городом, он все же надеялся увидеть толпу разодетых гостей.
– Никого нет.
– Я же тебе говорил – за городом. Скорее всего, это будет какое-то владение короля либо кого-то из его приближенных, куда со всех сторон стекаются приглашенные и подхалимы, лелеющие надежду подобраться ближе к монарху. Самозванцев, разумеется, не пускают, телохранителям приходится смотреть в оба – кругом лес.
Каспар еще раз осмотрелся, но никаких намеков на праздничную толпу не обнаружил.
– Эти двое, должно быть, наши провожатые, обратись к ним, – сказал Бертран.
Однако обращаться не пришлось. Как только четверка гостей подъехала к воротам, один из гвардейцев, с серебряным лейтенантским орлом на плече, отсалютовал Каспару и подъехал ближе.
– Если вы негоциант Каспар Фрай с друзьями, мне приказано проводить вас до Линдвилля!
– Да, я он и есть.
– А нет ли у вас с собой приглашения, ваша милость?
– Конечно… – Каспар вынул из сумки свиток и подал офицеру.
Тот лишь мельком заглянул в него и сразу вернул.
– Все в порядке, извините за проверку, ваша милость, таковы правила. Следуйте за нами!
Лейтенант махнул рукой второму гвардейцу, и тот пристроился рядом, бедняга чуть не вывернул шею, так его заинтересовали сидящий на муле Фундинул и лисьи ушки Аркуэнона.
Дорога шла вдоль стены, она была пустынна, потому как городским экипажам проезжать здесь было запрещено. Каспару представился случай получше рассмотреть черную башню с ее узкими, словно бойницы, окошками. Сооружение производило тяжелое впечатление.
Следуя по Королевской дороге, гости и проводники выбрались на широкую улицу, где все здания и лавки были выкрашены свежей краской. Отряд выехал за городские ворота и последовал дальше по западному пригороду, также заботливо подновленному, поскольку по этой дороге ездили первые лица королевства.
– Далеко ли до этого Линдвилля? – спросил Каспар, когда пригородные постройки остались позади.
– Шесть миль, ваша милость, – ответил лейтенант и, не выдержав, обернулся, чтобы посмотреть на диковинного всадника верхом на муле и эльфа, которого видел впервые.
Дорога в Линдвилль шла по редкому лесу, она была хорошо накатана, по обеим сторонам тянулись расчищенные от кустарника полосы. За все время езды всадникам никто не встретился, ни верхом, ни в экипаже, хотя следов от лошадиных копыт и колес было предостаточно.
– Мы почти на месте, – сказал гвардейский лейтенант, когда они поднялись на небольшой холм. И действительно впереди, где-то в полумиле виднелся большой, похожий на дворец дом с множеством башенок и шпилей.
– Это поместье генерал-графа Шеридана, – пояснил лейтенант. – Его величество часто здесь охотится, а там дальше – Тулонский лес, в нем много дичи.
Отряд спустился по пологому склону и сразу за рощей наткнулся на сторожевой разъезд, возглавляемый усатым капитаном. Он лично проверил приглашение и, вернув его, сказал лейтенанту:
– Это к королеве, проводите их на Бриллиантовый двор.
Гости и сопровождавшие их гвардейцы проехали, а капитан посмотрел им вслед и добавил:
– Каких только уродцев не приглашают, даже противно!
И сплюнул.
110
На территории поместья Линдвилль имелось несколько огороженных высокими стенами особняков, при каждом был просторный двор, конюшни, а также помещения для гостей и слуг. Между особняками проходили узкие мощеные улочки, их патрулировали всадники в зеленых и синих мундирах. Зеленые принадлежали к охране короля, синие – к охране ее величества.
Дважды, пока Каспар со спутниками ехали до Бриллиантового двора, их останавливали зеленые всадники и один раз – синие. В отличие от гвардейцев они не обращали особого внимания на гнома с эльфом и, проверив приглашение, следовали своей дорогой. Каспар заметил, что все, кроме его людей и сопровождавших их гвардейцев, были верхом на хеске – лошадях специальной охотничьей породы. Им, длинноногим и поджарым, было легче переносить наездников через кусты и протискиваться между деревьями. По сравнению с хеске мардиганцы выглядели как таранные орудия.
Фундинул на своем муле и вовсе смотрелся как пришелец из другого мира, он был ужасно доволен собой и сидел подбоченясь, словно принц крови. Новая куртка и широкополая шляпа придали ему важности и уверенности в своей неотразимости.
У ворот Бриллиантового двора гостей еще раз проверили солдаты в синих мундирах. Суровый капитан заглянул в приглашение, сверился с записями в свитке и сообщил, что их ждут.
– Вот только оружие придется сдать, господа. Носить мечи здесь могут только телохранители королевы.
Каспар мог бы сказать, что они тоже приглашены как телохранители, но промолчал, решив, что это вряд ли понравится людям, которые за свою работу получают жалованье.
Пришлось сдать мечи – свой и Бертрана, а также кинжал Аркуэнона, его сочли слишком длинным. Бертрану и Каспару их кинжалы оставили, раскладной лук на дне седельной сумки не нашли по простой причине – их не обыскивали. По этой же причине под одеждой не обнаружили стальных накладок.
– А почему вы приехали на мардиганцах, ведь эти лошади слишком тяжелы для охоты? – спросил капитан.
– Мы впервые на таком празднике, – пояснил Каспар, – а нас никто не предупредил.
– Ничего страшного, в следующий раз найдете подходящих лошадей, – махнул рукой капитан, и тут его взгляд упал на Фундинула и Шустрика. Брови офицера поползли на лоб, однако он воздержался от замечаний, распорядившись, чтобы гостей проводили к флигелю «Лебедь».
111
Во дворе, куда въехали Каспар и его спутники, стоял дым коромыслом – музыканты играли на лютнях, горели жаровни, разодетая публика толпилась под навесами вокруг накрытых столов. Завидев странных гостей, все мгновенно позабыли про еду и разговоры и хлынули к ним. Оказалось, многие знали Каспара в лицо, несколько захмелевших дам помахали ему меховыми муфтами, прокричав «здравствуйте, господин негоциант». Какой-то вельможа, взобравшись на стул, потребовал подать ему самого лучшего шоколада. Кто-то крикнул:
