class="p1">У меня создавалось ощущение, что люди нас просто не замечают. Обходят стороной, словно мы какое-то небольшое строение. Тележка с уличной едой или телефонная будка или биотуалет.
Остановившись у дороги, Аристарх посмотрел на своего человека, сидевшего на асфальте.
— За время, которое мы следим за вами, вы лишь подтверждаете трусость.
— Ха! А вы умеете удивлять своей логикой. Сохранить свою жизнь в безопасности, избежать опасности… по-вашему это трусость?
— Именно так…Каждый аристократ должен встречать опасность лицом к лицу. Улыбаться в глаза своей смерти! — пафосно произнёс мужчина.
— Вы больной, — покачал я головой. — Вы в курсе?
Подойдя к своему человеку, мужчина, поднял его голову, повертев её из стороны в стороны, он,
кивнув своим мыслям, отпустил его и повернулся ко мне.
— Это молодой человек называется величием. Когда ты встречаешь все опасности лицом, тебя боятся и тебя уважают. Перед тобой преклоняются. Но ты…Трус и позор аристократов.
Отойдя от него на несколько шагов, я поймал его взгляд.
— Слушайте, давайте я вас грохну и стану великим? И вам хорошо и я домой пойду — раздражённо процедил ему.
Мужчина расхохотался. Громко и лающе.
— Ты меня не победишь. Ты всё ещё считаешь, что перед тобой настоящий я. Но я не тут. Я всё ещё сижу в машине у твоего дворца. А тебя окружают десятки и сотни моих людей. Которые примут мой облик в твоих глазах. Так как ты собираешься меня побеждать, юный князь? Убивать невинных? Сколько голов ты готов положить на алтарь этой крошечной победы? Сотни? — говоря, он начал идти по кругу в мою сторону. — Тысячи? Десятки тысяч?
Отступая спиной от него, я почувствовал жар.
Интересно, что это?
— Может, ты готов пожертвовать миллионами? Ответь же мне князь. На что ты готов пойти, ради уничтожения раздражающей мошки?
Отходя дальше, я наконец-то понял, почему он ходит кругами, а люди обходят нас стороной. Мы находились в центре какой-то сферы.
Значит, у дома сидишь? В машине?
Бросив взгляд в сторону дворца, я прикинул расстояние. Около трёхсот-четырёхсот метров.
Норматив спецназа, на стометровку в зависимости от рода войск, варьируется от двенадцати секунд в элитных подразделениях Альфы и Вымпела и до пятнадцати на морфлоте.
Я бегал при хорошей подготовке себя любимого в своём мире, двенадцать и пять — тринадцать секунд.
Нынешний я. Первую сотню пробегу секунд за тринадцать. Но и бежать нужно не сотню. Слишком долго.
— Я не слышу ответа княжье, — усмехаясь и явно начиная издеваться произнёс этот странный мужчина.
— Слушайте, а не знаете технику для ускорения бега? — остановился я.
— Смерть мой мальчик… Лишь угроза смерти даст сил бежать, — кровожадно произнёс он.
Ладно. Придумывать времени нет. Побежим как есть.
Вскинув руку, я сделав круговое движение, заполнил пространство вокруг нас ледяной стеной. Ещё взмах и в центре этой сферы разразилась метель.
Сморщившись от боли в руке, я развернулся в сторону своего дома.
Ну встречай меня, урод.
35. Разговоры и решения
Вырвавшись из сферы, в которой Аристарх нас держал, лёгким движением руки, заморозив часть Невы до противоположного берега, я бросил взгляд назад.
Шаурмечная у Поляка. Гордо гласила вывеска.
Маленький торговый киоск, на колёсиках, в котором стоял какой-то престарелый мужик, гоняющий бегающих по витрине тараканов.
Забавно. Не удивительно, почему с такой брезгливостью смотрели на это место и предпочитали обходить нас стороной.
Сделав шаг по направлению к ограждению, за которой текла река, я сморщился от боли.
Плечо словно проткнули раскалённым ножом и неспешно начали его поворачивать по часовой стрелке.
Оперевшись о каменный забор, я, сделав пару глубоких вдохов, унял боль. Отогнув воротник рубашки, я, к своему удивлению, увидел, что знакомые синие вены, перебрались уже на грудную клетку.
Как же это хреново…
Нет, нельзя отвлекаться!
Бросив взгляд вперёд, я посмотрел на свой дом и сплюнув на асфальт, я, перепрыгнув ограждение, побежал.
Нельзя терять время! Я должен успеть…
Сорок три секунды. От берега до берега.
Я успел в то время, когда удивлённый Аристарх, вылазил из машины. Влетев в него на полном ходу, я впечатал его в машину. Оставив нехилую вмятину в двери.
Замахнувшись, я собирался ударить его в лицо, но его реакция была просто идеальной.
Дзынь. Заднее стекло машины рассыпалось на тысячи осколков.
Понял. Исправим.
Второй удар у меня вышел без замаха, врезал кулаком правой прямо в основание орлиного носа. Брызнула кровь.
Не раздумывая, я добавил ногой по коленке.
Но сразу же отлетел на добрый два метра назад. Врезавшись в какой-то автомобиль и упав на асфальт.
Тряхнув головой, я начал было подниматься на ноги, но сразу получил коленом по лицу. Глухой удар о дверь и по щеке побежала кровь. Второй удар пришёлся мне по плечу. Правая рука онемела, но левая была в порядке и схватив противника за ногу, я уронил его на асфальт.
Встав на колени, я дополз до лежащего мужика, мои руки налились ледяным огнём, когда надо мной нависла тень.
— Довольно. Я думаю Аристарх Бженчишчикевич, вы увидели достаточно в потенциале парня, — раздался властный голос.
Я же распластался по асфальту. Я вновь не мог пошевелиться, как и в день, когда владелец артефакта показал его в моём доме, некоторое время назад.
Очередная подстава. Вновь меня используют в каких-то своих играх.
Да как же вы достали уже.
— Да государь, я узнал, что мне нужно, — тяжело дыша, прошептал мужчина, смотря в небо.
— Сергей, — передо мной на корточки уселся император. — Ты адекватно мыслить в состоянии?
— Не очень, — буркнул я.
— Врёшь же. Давай вставай, мы закончили, — произнёс он, поднимаясь на ноги.
Звонкий хлопок шкатулки и ко мне вернулась возможность двигаться.
Поднявшись на ноги и с грустью осмотрев свою разорванную одежду. И где уже успел?
Я со злостью посмотрел на императора. Тот, улыбаясь, стоял над поляком и склонив голову, рассматривал как он пытается подняться на ноги.
— Надеюсь, у вас есть отличные аргументы, чтобы убедить меня, что произошедшее, действительно было нужно.
— Иначе что? — с любопытством произнёс Николай, повернувшись ко мне. — Ругаться будешь?
Посмотрев на ухмылку императора, я развёл руки и сделал резкое движение руки, выкинув её вперёд.
Император, не дёрнувшись даже на миллиметр, рассмеялся, но позади него раздался оглушительный ор.
Улыбка, застывшая на лице Николая, резко исчезла и он повернулся на голос.
Там лежал Аристарх, с отрезанными ногами и пытался их подобрать.
— Якогдатовам сказал, что отрежу ноги каждому, кто будет покушаться на меня, — философски заметил я, пожимая плечами, когда на меня бросили полный ярости взгляд.
— Лекаря! Живо! —
