– И все-таки ты не права. – Карл Майер явно не собирался сдаваться.
Он встал с кресла и подошел к Дейзи. Остановившись в двух шагах, Карл медленно и отчетливо произнес:
– Смотри, вот что я тебе предлагаю…
Он протянул руку в сторону Дейзи, но в этот момент раздался громкий стук в дверь.
Карл повернулся на сто восемьдесят градусов и быстро отошел от Дейзи.
– Войдите, – сказала она.
Дверь медленно открылась, и на пороге появилась Софи. Волосы девочки были заколоты на макушке желтой заколкой в виде бабочки, которую она наверняка позаимствовала на туалетном столике матери.
– Здравствуйте, доктор Майер. Привет, мама. Два охранника, которые стояли в саду, когда я шла из школы, теперь стоят в прихожей. Они позвонили, и я их впустила. Один попросил узнать у вас, доктор Майер, когда вы собираетесь ехать в посольство. А Мэтти уже вернулся? – спросила Софи, обращаясь к матери.
– Насколько я знаю, нет, – ответила Дейзи.
Карл посмотрел на часы.
– Они, как всегда, правы, мне пора уходить, – с сожалением произнес он. – Как дела, Софи?
– Все в порядке.
Девочка внимательно смотрела, как доктор Майер, не глядя, завязывает галстук. Ей нравился этот человек.
– А как вы ухитряетесь делать это без зеркала? – спросила Софи.
– Опыт, – улыбаясь, ответил Карл. – Я только что как раз говорил об этом с твоей мамой.
Пока Карл разговаривал с Софи, Дейзи успела выйти из студии.
Карл и Софи вдвоем поднялись по лестнице, ведущей в прихожую. Дейзи была уже там. Агенты безопасности вышли из дома и молча смотрели, как разворачиваются посреди Чейни-стрит несколько черных «БМВ» и серый «опель-сенатор». Чейни-стрит снова была перекрыта с обеих сторон. Министр обороны США распрощался с Дейзи и Софи, но в этот момент у начала Чейни-стрит появилась невысокая бегущая фигурка. Мэтти успел добежать до дома в тот момент, когда Карл Майер приготовился захлопнуть дверцу машины.
– Здравствуйте, доктор Майер, – задыхаясь, пробормотал мальчик.
– Здравствуй, Мэтти, – Карл пожал мальчику руку с таким видом, словно вовсе никуда не торопился. – Я надеялся, что мы поговорим с тобой сегодня, Мэтти, – сказал он. – Ну ничего, пообщаемся в следующий раз.
Вновь заурчали моторы серого «опеля» и черных «БМВ», и кавалькада двинулась вниз по Чейни-стрит. Когда верхний конец улицы наконец разблокировали, мимо стоящего на крыльце семейства Харвудов пронесся на огромной скорости красный почтовый фургон.
Софи молча наблюдала, как он остановился у почтового ящика. Мотор фургона как будто не урчал, а тикал. «Как крокодил в «Питере Пэне», – подумала Софи. Она никогда не понимала, как это водителям фургонов удается в строго определенное время подъезжать к каждому почтовому ящику. Софи могла поспорить, что когда они войдут в дом, дедушкины часы в прихожей будут показывать ровно пять часов тридцать одну минуту.
Войдя в прихожую, девочка поглядела на часы. Так и есть! Если и есть на этом свете что-нибудь абсолютно надежное, то это – расписание почтовых фургонов.
39
За окном кабинета Эндрю Харвуда бушевала июньская гроза. Министр сидел спиной к окну, за которым сверкали молнии и раздавались раскаты грома. Сегодня Эндрю проводил еще одно совместное совещание с Карлом Майером.
Когда через полчаса гроза начала стихать, англичане и американцы успели закончить обсуждение вопроса об обычных вооружениях в Европе и перешли к следующему пункту повестки дня, который ни один из министров даже не надеялся решить без проблем. Речь шла о спутниках системы «Сатир».
Эндрю вновь изложил свои доводы в пользу того, чтобы все детали спутника производились на территории Великобритании.
– Предположим на секунду, что я знаю способ убедить вас, что компоненты, произведенные в Америке, не будут содержать элементов, позволяющих Пентагону получать информацию с ваших спутников, – сказал Карл. – Если вы все же согласитесь поделить заказ на изготовление «Сатиров» между английскими компаниями и «Ю-эс-солар-спейс», я могу гарантировать запуск ваших спутников по еще более низким ценам, чем предложил во время своего предыдущего визита.
Поставив локти на стол, Эндрю подпер ладонью подбородок. Министр обороны Великобритании был вполне доволен ходом совместного совещания.
Было уже семь часов, когда они обсудили наконец все намеченные на сегодня вопросы.
– До встречи в Букингемском дворце, – сказал Эндрю Карлу.
– У вас всегда такая напряженная светская жизнь? – поинтересовался Карл.
– Нет, – улыбнулся в ответ Эндрю. – Просто монархам и государственным деятелям почему-то нравится приезжать в Великобританию именно в июне.
В семь тридцать пять Дейзи Харвуд, сияя от гордости, вошла в кабинет мужа. У нее была особая причина для хорошего настроения – сегодня Дейзи вышла из дома всего на пять минут позже назначенного времени.
На Дейзи было желтое шелковое платье, настолько узкое, что, несмотря на разрез, она не могла даже сделать нормальный широкий шаг. Белые лайковые перчатки доходили почти до плеч. За миссис Харвуд важно вышагивал Олли Браун, неся в руках деревянную вешалку, на которой висели черные брюки, смокинг и белый жилет. На ручку вешалки был одет белый галстук.
– Восхитительно, – похвалил жену Эндрю, имея в виду одновременно внешний вид Дейзи и тот факт, что она явилась почти вовремя.
Сам Эндрю все еще сидел за письменным столом.
– Подожди немного, я сейчас закончу, – сказал он жене. – Олли, почему бы вам не сложить свой ценный груз на диван. Устраивайся поудобнее, Дейзи.
Выйдя из ванной во фраке и белом жилете, министр обороны еще раз внимательно оглядел жену.
– Ты выглядишь просто потрясающе, – восхищенно сказал он.
Развернувшись на Площади Парламента, Олли поехал по Бердкейдж-уолк, а затем свернул в сторону золоченой статуи Победы, у подножия которой сидела спиной к Букингемскому дворцу королева Виктория.
Одна створка ажурных кованых ворот была открыта. Гвардейцы в красных мундирах и медвежьих шапках отсалютовали машине министра обороны. Олли проехал через площадь перед дворцом и остановил машину рядом с еще тремя правительственными автомобилями.
– Помнишь, дорогой, как ты впервые привел меня сюда на прием в честь Маргарет Тэтчер? – спросила Дейзи. – Дворецкий, который провожал нас наверх, все время повторял, чтобы мы не волновались – не так уж страшно, что королева уже вошла в зал.
Эндрю рассмеялся.
– Я и сам не знал тогда, что, даже когда королева принимает гостей, всем положено прибыть раньше, чем она выходит. Если задуматься, странные люди эти монархи. Мы выйдем прямо здесь, – добавил Эндрю, обращаясь к Олли.
