Читаем без скачивания 100 великих зарубежных фильмов - Игорь Мусский

В результате Джин Хэкмен был представлен на премию «Оскар» в номинации «лучший актёр второго плана».

Герой Майкла Дж. Полларда — «К. В. Мосс» — выдуманный персонаж, соединивший в себе черты двух реальных бандитов: Уильяма Даниэла «У.Д.» Джонса и Генри Метвина. Кстати, Уильям Джонс дожил до премьеры фильма и поделился с журналистами своими впечатлениями от увиденного: «Единственное, что в этом фильме не является полной ерундой, это то, как там стреляют. Почти как в жизни. Но Клайд вёл себя по-другому. Он никогда не хвастался. И уж точно не болтал без конца. Он всегда вёл себя тихо, как кот, когда собаки поблизости. Он был уверен, что главное — постоянно быть наготове… Клайд был отменным водителем, что признавали даже полицейские. Думаю, это и хранило жизнь ему и Бонни почти два года. Он никого не пускал за руль и мог гнать без остановки много часов на самой предельной скорости. Каждую неделю мы меняли машину. И бежать, бежать, бежать. Иногда казалось, что мы больше ничем не занимались».

Премьера фильма «Бонни и Клайд» состоялась на Международном кинофестивале в Монреале 4 августа 1967 года. Через полторы недели картину увидели американские зрители. Компания «Уорнер бразерс» выпустила «Бонни и Клайд» вторым экраном, присвоив картине категорию «B». Но когда о фильме Пенна заговорили критики, а молодёжь повалила на него валом, число кинотеатров было увеличено. Человеческая драма, выстроенная сложно, многослойно, настроение фильма, его особая аура, оказавшаяся столь близкой атмосфере 1960-х, заставляли забыть о его ретро-стиле и воспринимать как реальность времени молодёжного протеста.

«Бонни и Клайд» критика признала «вершиной в долгой и почтенной традиции гангстерского фильма». Картина Пенна претендовала на десять премий «Оскар», но завоевала лишь две статуэтки: Эстель Парсонс была признана лучшей актрисой второго плана, а Барнетт Гаффи получил награду за операторскую работу. Фэй Данауэй и Уоррен Битти уступили в споре за «Оскар» соответственно Кэтрин Хепбёрн («Угадай, кто придёт к обеду?») и Роду Стайгеру («Душной ночью»).

Тем не менее профессиональное мастерство Данауэй признали сразу не только режиссёры, но и молодые актрисы. Джин Сиберг с восхищением говорила, что «Фэй ни на кого не похожа, её сильная индивидуальность не позволит превратить её в обычную „звезду“». Кэрол Линлей заявила, что «успех Фэй вдохновляет всех американских актрис».

Во всём мире начали подражать героине Данауэй: появилось целое направление моды «а ля Бонни Паркер». После выхода на экран «Бонни и Клайда» тысячи и тысячи беретов были проданы во всём мире…

«РЕБЁНОК РОЗМАРИ»

(Rosemary's Baby)

Производство: «Парамаунт пикчерс», США, 1968 г. Автор сценария Р. Поланский по роману А. Левина. Режиссёр Р. Поланский. Оператор У. Фрейкер. Художник Р. Силберт. Композитор К. Комеда. В ролях: М. Фэрроу, Дж. Кассаветес, Р. Гордон, С. Блэкмер, М. Эванс, Р. Беллами и др.

Польский режиссёр Роман Поланский окончил знаменитую киношколу в Лодзи. Широкую известность он получил в конце пятидесятых благодаря короткометражным лентам. В 1962 году, после того как Поланский снял психологическую драму «Нож в воде» (1962), о нём заговорили как о мастере с оригинальным взглядом на мир и своеобразным творческим почерком.

Успешными были и две последующие картины режиссёра, поставленные в Англии: «Отвращение» (1965) и «Тупик» (1966, «Золотой медведь» на Берлинском фестивале).

Поланский уезжает искать счастье в Голливуд. Он женится на кинозвезде Шерон Тейт, снимается вместе с ней в своём первом американском фильме «Неустрашимые убийцы вампиров» (1967) (прокатные названия: «Бал вампиров», «Извините, но ваши зубы вонзились мне в шею»).

Боб Эванс, вице-президент студии «Парамаунт» по производству, дал Поланскому гранки мистического романа «Ребёнок Розмари» Айры Левина. Утром Поланский сказал Бобу Эвансу, что хотел бы снять по роману фильм.

Работа над фильмом началась без проволочек. Поланский отправился в Лондон, где с потрясающей скоростью написал сценарий. Он объяснял это тем, что роман Айры Левина кинематографичен, в нём нет общих мест, туманных рассуждений.

Сюжет его таков. В одном из доходных домов Нью-Йорка поселилась пара молодожёнов Вудхаус, весёлых, беспечных, влюблённых. Жизнь их похожа на идиллию. Розмари ожидает ребёнка. И тут начинаются странности. Поначалу зритель склонен объяснить их беременностью молодой женщины, причудами её состояния. В этом же доме живёт милая пожилая чета, оказывающаяся впоследствии членами грозной таинственной секты поклонников дьявола. Участниками секты являются врач, лечащий Розмари, и даже её муж Гай, малоизвестный актёр.

Авторы настаивают на психической нормальности своей героини, они чередуют эпизоды мистического кошмара с вполне реальными сценами. Розмари самоотверженно борется за будущего ребёнка, она противостоит секте, но перед её могуществом она бессильна — в колыбели новорождённого оказывается… сатана. Присутствующие при родах члены секты торжествуют, справляя бесовский шабаш, а Розмари, подчиняясь инстинкту, берёт на руки своё «дитя».

«Будучи агностиком, я не верил в дьявола как воплощение зла, — пишет в своей книге Роман Поланский. — В интересах достоверности я решил, что нужно будет оставить лазейку — возможность того, что всё сверхъестественное, что произошло с Розмари, — её фантазии. Все события могли оказаться лишь цепью случайных внешне зловещих совпадений, результатом её лихорадочного воображения. Козни соседей, шабаш ведьм, на котором в присутствии мужа ею овладевает дьявол, даже заключительная сцена вокруг колыбели младенца — всё должно иметь рациональное объяснение. Вот поэтому в фильме намеренно присутствует некоторая двусмысленность».

По мнению кинокритиков, Поланскому удалось удержаться на грани реальности и дьяволиады. Атеисты могли воспринимать картину как триллер о впечатлительной молодой женщине, страдающей манией подозрительности, особенно после того, как она забеременела и ждёт ребёнка. А верующие трактовали сюжет как рассказ о кознях сатаны, возжелавшего завладеть душой и телом Розмари. Героиня картины не подозревает о принадлежности мужа к сатанинской секте и оказывается жертвой, принесённой дьяволу ради рождения сына «князя тьмы» в облике человеческом.

Поланский привлёк к работе над фильмом своего друга Ричарда Силберта, одного из лучших художников-постановщиков. Декорации строились на студии «Парамаунт пикчерс» и требовали особого внимания. Прежде всего нужно было воссоздать настроение и атмосферу конца 1965 года. Поланский вставил в фильм телетрансляцию визита в Нью-Йорк римского папы Павла; кадр с обложкой журнала «Тайм», вышедшего под заголовком «Бог мёртв». Придумал режиссёр и такую забавную деталь. «Только не говори, что ты за это ещё и заплатила», — возмущается Гай, когда Розмари приходит домой с короткой стрижкой. «Это же Видал Сэссун, — отвечает она. — Это очень модно».

К подбору актёров Поланский тоже подошёл нестандартно. Он сделал наброски основных персонажей. По этим эскизам художник нарисовал настоящие портреты. Теперь ассистенты режиссёра знали, кого искать. В результате были приглашены даже те из актёров, о которых в Голливуде стали забывать.

На роль Розмари Поланский перепробовал множество молодых актрис — как известных, так и неизвестных. Он остановился на Тьюзди Велд, но Боб Эванс предложил вместо неё Миа Фэрроу. Поланский знал только, что она замужем за певцом Фрэнком Синатрой. Хотя Миа не подходила под описание Айры Левина (жизнерадостная крепкая американка), она понравилась режиссёру и была утверждена на роль без проб.

Роль Гая Вудхауса, мужа Розмари, Поланский уговорил сыграть Джона Кассаветеса.

На предварительных репетициях Кассаветес был настроен очень дружелюбно. Но начались съёмки, и Джон оправдал свою репутацию трудного актёра: он ставил под сомнение любое указание режиссёра, не соглашался с трактовкой роли.

Джон не хотел сниматься обнажённым в сцене, где его герой и Розмари занимаются любовью на полу в нью-йоркской квартире. Миа тоже не была в восторге от этой сцены, но по другой причине: она боялась гнева Фрэнка Синатры. Он хотел, чтобы Миа начала сниматься в другой картине, но актриса отказалась. Синатра ей этого не простил.

Поланскому нравилось работать с Фэрроу, с которой у него установилось полное взаимопонимание. Миа, дочь актрисы Морин О'Салливен и режиссёра Джона Фэрроу, была настоящим профессионалом.

Работа над «Ребёнком Розмари» подходила к концу, когда на съёмочной площадке появился адвокат певца. Вместе с Фэрроу он удалился в гримёрную. Через несколько минут адвокат ушёл, а Миа всё не показывалась. Поланский заглянул в гримёрную. Актриса была вся в слезах. Оказывается, Синатра начал бракоразводный процесс.