Таким образом, если ещё в июле Ю.Н. Афанасьев заявлял, что «социалистическая идея остаётся путеводной», то ровно через два месяца он кардинально изменил свои взгляды. Что же произошло за это время? Ничего, если не считать почти двухмесячной поездки за границу. Что же он делал там в разгар лета? Оказывается, тоже «читал лекции»! [2122]
Это означает, что из Москвы Юрий Николаевич уехал с одними идеями, вернулся в Москву с другими. Касаясь вопроса о его деятельности, В.А. Медведев пишет: «Мне известно, что со стороны КГБ руководству страны делались намёки на связи Ю. Афанасьева с зарубежными спецслужбами, что он лишь озвучивает то, что ему подсказывают «из - за бугра» [2123].
Приведённая версия ещё требует проверки. Однако один факт в этом отношении можно отметить уже сейчас. В сентябре 1988 г. в Москве появился новый британский посол Р. Брейтвейт [2124]. Уже в декабре он посетил ректора МГИАИ Ю.Н. Афанасьева. Причём, как отмечает Р. Брейтвейт в своих мемуарах, это была лишь первая встреча с ним [2125].
Значит, после этого контакты британского посла с Ю.Н. Афанасьевым продолжались. Вряд ли Р. Брейтвейт интересовался профессиональной деятельностью Ю.Н. Афанасьева. Вряд ли он представлял для него интерес как историк, тем более что Юрий Николаевич занимался французской, а не английской историографией. Поэтому самое вероятное, что он интересовал его как представитель оппозиции.
Другим человеком вернулся из - за океана и Б.Н. Ельцин.
Ещё в США Борис Николаевич заявил, что «нас ждёт катастрофа» и что «Горбачёву осталось полгода» [2126]. 24 сентября он проинформировал МДГ о своей поездке, после чего, по свидетельству М.Н. Полторанина, было решено добиваться смены политической системы и с этой целью «раскрутить маховик кампании против Горбачёва» [2127].
Не успела МДГ осмыслить эту идею, как произошло событие, которое вошло в историю как «купание красного коня». Вечером 28 сентября Борис Николаевич явился на пост охраны мокрым с головы до ног и заявил, что на него было совершено покушение: кто - то надел ему на голову мешок и сбросил с моста в реку.
Между тем недруги рассказывали, будто бы в тот злополучный вечер Борис Николаевич решил посетить дачу бывшего министра Сергея Башилова. При этом отпустил охрану и шофёра, а когда с букетом цветов добрался до дачи, оказалось, что ни самого экс - министра, ни его жены дома не было. Зато там оказалась молодая повариха. И, как назло, её муж. Мужчины, видимо, не поняли друг друга, в результате чего разговор между ними закончился упомянутым купанием [2128].
Однако эти детали стало известны далеко не сразу. А тогда этот эпизод, едва не подмочивший репутацию одного из лидеров оппозиции, даже подцензурные СМИ использовали для того, чтобы повысить рейтинг Б.Н. Ельцина, раскручивая версию о покушении на него.
На удивление, и М.С. Горбачёв, и КГБ, и официальные СМИ не стали афишировать сути произошедшего.
В сентябре 1989 г. оппозиция опубликовала свою программу - «Тезисы к платформе МДГ». В этом документе был выдвинут лозунг «Вся власть Советам». Под этим лозунгом развернулась массированная агитация против 6 - й статьи [2129]. А. Адамович, Ю.Н. Афанасьев, М. Бочаров, Т.Х. Гдлян, И. Заславский, Н.В. Иванов, В.И. Новодворская, М.Н. Полторанин, Г.Х. Попов, А.Д. Сахаров, А.А. Собчак, Г. Старовойтова отправились в турне по Союзу, агитируя за отмену 6 - й статьи и принятие двух законов: о земле и о собственности [2130].
В обществе развернулось открытое обсуждение вопроса о необходимости ликвидации монополии КПСС на власть. По некоторым данным, в 1989 г. в митингах приняло участие 12,5 млн человек [2131].
Между тем ещё лётом 1989 г. в Воркуте и Кузбассе стала подниматься волна шахтёрских забастовок. Являлись ли они стихийными или же были кем - то организованы, требует выяснения. М.Н. Полторанин утверждает, что забастовки были спровоцированы Москвой: ЦК КПСС и КГБ СССР [2132].
По свидетельству В.Л. Шейниса, оппозиция не имела к их возникновению никакого отношения. Более того, когда лётом 1989 г. в Москву приехал один из лидеров «Солидарности» Адам Михник и узнал о начавшихся забастовках, он удивился тому, что лидеры МДГ сидят в Москве. «Мы, - заявил он, - были бы уже там», т.е. в Воркуте, Донбассе и Кузбассе [2133].
Однако Г.Х. Шахназаров писал, что шахтёрские забастовки 1989 г. начались «с подначки» «эмиссаров радикально - демократического штаба» [2134]. Что это значит, Георгий Хосроевич не раскрыл. Но из его слов вытекает, что какое - то отношение к возникновению этих стачек оппозиция всё - таки имела.
В любом случае МДГ сразу же обратила на них внимание и установила контакты с их руководителями. Выступая на заседании МДГ 23 сентября, Ю.Н. Афанасьев сообщил: «Попов и другие много работали со стачечными комитетами» [2135]. «Андрею Дмитриевичу и мне, - пишет Г.Х. Попов, - пришлось активно заниматься шахтёрскими делами. Я вместе с Травкиным встречался с шахтёрами Кузбасса, Андрей Дмитриевич - с шахтёрами Воркуты, Сергей Станкевич ездил в Донбасс» [2136].
Как признаётся Гавриил Харитонович, именно после того, как приехавшие в Москву шахтёры встретились с ним и Н.И. Травкиным, забастовочное движение стало приобретать политический характер [2137].
Так, шахтёры Печорского бассейна потребовали «передать власть Советам, землю крестьянам, фабрики рабочим», «отменить статью в Конституции о руководящей и направляющей роли партии» [2138].
Межрегиональная депутатская группа призвала население страны поддержать её требование об отмене 6 - й статьи всеобщей забастовкой [2139].
24 сентября 1989 г. я присутствовал на собрании в Ленинградской консерватории. Здесь перед собравшимися выступал бывший следователь, а в тот момент народный депутат СССР Н.В. Иванов. Он озвучил тот же самый призыв к забастовке, правда, в защиту его и Т.Х. Гдляна, которые накануне были обвинены на Пленуме ЦК КПСС в нарушении законов, злоупотреблении властью и распространении клеветы [2140].
По свидетельству дочери тогдашнего главного редактора «Правды» О.В. Афанасьевой, в сентябре состоялась «секретная конференция Московского объединения клубов избирателей и Московской ассоциации избирателей», на которой Г.Х. Попов якобы заявил о необходимости использовать в борьбе с властью рост социального недовольства: «Для достижения всеобщего народного возмущения [нужно] довести систему торговли до такого состояния, чтобы ничего невозможно было приобрести. Таким образом можно будет добиться всеобщей забастовки в Москве» [2141].
Действительно, в Москве и Ленинграде, а может быть, и в других городах пустые полки в магазинах во многом были результатом саботажа. По свидетельству В.Т. Сенина, осенью 1989 г. «в Ленинграде сложилось катастрофическое положение с обеспечением города продовольствием. Длинные очереди в магазинах вытягивались на улицы». Между тем, железнодорожные станции были забиты вагонами с продовольствием [2142].
Кто именно занимался саботажем, ещё требует выяснения. Безусловно, что к этому приложила руку подпольная буржуазия, которая направляла дефицитные товары на «чёрный рынок» и тем самым играла на повышение цен. Но была ли её деятельность согласована с лидерами оппозиции, требует выяснения.
В связи с этим заслуживает специального выяснения и неожиданная отставка В.Г. Афанасьева с поста главного редактора газеты «Правда». По утверждению его дочери, когда Виктору Григорьевичу положили на стол материалы упоминавшейся «секретной конференции» с выступлением Г.Х. Попова, он разработал план идеологических мероприятий, направленный на нейтрализацию усилий оппозиции по дестабилизации положения в стране, и передал его М.С. Горбачёву «на встрече последнего с главными редакторами газет и журналов». По свидетельству О.В. Афанасьевой, «Горбачёв, пробежав этот документ, побледнел и выскочил из зала. За ним последовал «серый кардинал»... А.Н. Яковлев» [2143].
Упоминаемая встреча с представителями средств массовой информации состоялась в пятницу 13 октября [2144], 19 - го на ближайшем заседании Политбюро В.Г. Афанасьев был отправлен в отставку [2145]. 23 - го М.С. Горбачёв представил редакции «Правды» её нового руководителя - И.Т. Фролова [2146].
Показательно, что возглавив центральный печатный орган КПСС, И.Т. Фролов сразу же убрал с первой страницы газеты орден Ленина и орден Октябрьской революции [2147].
Начало «русской игры»
Осенью 1989 г. началась подготовка к местным выборам. В связи с этим, как пишет Г.Х. Попов, межрегионалами было решено использовать их, чтобы «взять власть в республиках и на местах» [2148]. Особое значение придавалось победе на выборах в Российской Федерации.
