Такого типа стихи были разбросаны повсюду: на глубине двенадцати страт, непосредственно во владениях лорда Шинкенара.
«Если большинство людей неграмотны, — удивлялся Том, то почему на них так воздействует поэзия? Возможно, это связано со временем и выбором темы стихов. Или, вероятно, дворянство попросту недооценивает народ?»
В задумчивости он нащупал жеребенка. Талисман находился на месте, но был пуст: кристалл-ретранслятор пребывал в кабинете Тома. Он абсолютно доверял службе безопасности, возглавляемой Эльвой. Специалисты работали без перерыва, сменяя друг друга в течение суток, находясь в помещениях, где не было темных периодов (как во владении леди В’Деликона), для того, чтобы усилить возможности ретранслятора.
Неизвестно, что произошло, когда Том находился на терраформере Оракула, но кристалл потемнел и функционировал не в полную силу. Основные средства коммуникации сохранились, но их нельзя было активировать. Доступ к Истории Карин был нарушен (хотя загруженные ранее модули сохранились), огромные возможности процессора можно было использовать только частично.
Несмотря на многочисленные технические дискуссии об экзакубической архитектуре кристалла и продолжающиеся в течение ста дней повторные инженерные анализы, он остался всего лишь маленьким кристаллом, который они пытались разобрать на части. Впрочем, дискуссии, организованные по типу мозгового штурма, были на удивление симпатичными, хотя Том и не знал никого из специалистов по имени. Это была одна из самых простых мер предосторожности, предпринятых членами организации «Лудус Витэ»…
Том устроился в нише поудобнее. От грязных каменных стен веяло холодом.
— Сколько часов в день вы работаете? — Оратор выделил из толпы кого-то одного.
Том подобрал полы поношенного плаща, поплотнее закутываясь в него.
— Слишком много! — закричал кто-то в ответ, и другие голоса сердито поддержали его.
— Мы хотим представить лордам наши требования.
— Да!.. Требования!..
Позади толпы вдруг возникло движение, кто-то теснил присутствующих, и вскоре Том увидел людей в форме. Некоторые из них, правда, были одеты в штатское, но у этих поперек груди были черные ленты, так что их легко было отличить от простых смертных.
Это не милицейские регулярные части, а профессиональные убийцы, вооруженные длинными палками.
Часть их образовала клин, чтобы пробиться к центру, а другая группа окружала толпу по краям, намереваясь перерезать путь отступления оратору.
Люди побежали, но не все. Некоторые дали нападающим отпор, и вскоре повсюду можно было видеть проломленные головы и льющуюся рекой кровь. Потери несли обе стороны. Оратор пытался принять участие в сражении, но кто-то из последователей заставил его скрыться в темном туннеле.
Том ничем не мог помочь людям. Он был нужен «Лудус Витэ» живым и свободным, а число нападавших было слишком уж велико. Тут ему бы не помогло и воинское искусство: его бы загнали в угол благодаря численному перевесу.
Вскоре площадь опустела, на ней осталось лишь несколько раненых. Они громко стонали, хватаясь за окровавленные лбы или затылки. Двое лежали и вовсе неподвижно.
Прошло много времени прежде, чем появились местные жители. Растерянные, они приходили по двое, по трое, в поисках родственников. Один из распростертых на земле мужчин оказался жив и, когда его уносили с площади, начал стонать. Другого унесли без признаков жизни.
Когда площадь полностью опустела, Том выбрался из ниши и стал спускаться по шершавой стене и вскоре обрел под ногами твердую почву.
— Милорд!
Том резко повернулся — рука готова к обороне, ноги полусогнуты в боевой стойке.
— Я всего лишь посыльный, милорд. — Небольшого роста юноша восточной внешности поклонился Тому. — Вы видели схватку? Было похоже на пчел в улье.
— Никто не мог отвратить их внезапное нападение.
— Да, милорд. Вы не могли бы пойти со мной? Парень упомянул об улье. Это был пароль на сегодня.
— Куда мы идем? — спросил Том, но юноша уже скользнул в темный коридор, из которого за минуту до этого появился.
Том последовал за ним, не произнося больше ни слова.
* * *
Здесь были залы с кремовыми стенами и квадратные колонны, инкрустированные золотом. У их основания росли зеленые папоротники. Откуда-то доносилась тихая музыка.
Они находились на три страты выше той, где произошла схватка, и трудно было бы найти более не похожее место: здесь царили спокойствие и процветание. Не так уж и плохо для Девятой страты.
Упоминание об улье позволяло им путешествовать по разным стратам, и Тому не понадобились его собственные контрольные коды.
Том смотрел на золотые левит-платформы, на продавцов, продающих прекрасную посуду. Было и небольшое количество псевдоразумной техники: движущиеся статуэтки, музыкальные кристаллы, которые сами сочиняют музыку. Том хотел было проникнуть в одну из лавок и послушать — эта приятная мелодия была основана на любопытном частотном параметре, алгоритмы плавных переходов звучали особенно интересно, когда темп сложного музыкального отрывка изменялся от адажио к аллегро, — но перед ним возвышалась фигура массивного золотого льва, охраняющего вход.
— Сюда, пожалуйста, — сказал юноша, поклонившись, и прошел сквозь мембрану.
Том последовал за ним.
Внутри стоял слабый запах ароматической смолы. Было прохладно и темно. Потом глаза Тома привыкли, и он уставился на длинные ряды драгоценностей, инфокристаллов, статуэток, выставленные вдоль стен. Было здесь и оружие, но кинжалы больше походили на украшения: гибкие клинки, яркие алые рукоятки.
Несколько покупателей спокойно рассматривали выставленный товар. Поодаль, сцепив руки на груди, стояла одинокая женщина. Двое стройных юношей в одинаковых шелковых рубашках терпеливо ожидали, пока кто-либо попросит их помочь.
— Сколько это стоит? — Женщина держала в руках плоский восьмиугольник, расписанный красными, золотыми и зелеными красками, в центре которого был заключен серебристый диск.
— Зеркало пакуа?.. Не хотите ли, освящетить его?
— Если это можно сделать сейчас же…
— Мастер Тан сейчас принимает гостей: предсказания по географическим признакам…
Том не слишком следил за их беседой и прислушался только тогда, когда женщине стали объяснять схему оплаты: в цену входили определенные, нумерологически значимые цифры.
Он взял со стены витую цепь и взвесил ее на руке: необычно тяжелая. Том вспомнил давнее представление мастеров ушу.
Это было в прошлой жизни.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
