Читаем без скачивания VIP значит вампир - Юлия Набокова

Глава 10

ОХОТА НА ВАМПИРА

Разумом я понимаю, что все по-настоящему и мне грозит смертельная опасность. Но все это как-то неправдоподобно. Подобные вещи не случаются с девушками вроде меня. До сих пор мои личные страхи ограничивались отключением электричества, когда я находилась в вагоне метро, кражей моей сумочки или банкротством «Старбакс». Ничего похожего на вопросы жизни и смерти.

Убить вампира – исключительно захватывающее развлечение: поэтому-то оно и запрещено под страхом смерти.

Наш поход в клуб сорвался. После ужина с Аристархом бабуля вбила себе в голову, что своим присутствием мешает бурному течению моей личной жизни и засобиралась восвояси.

– Жанночка, – неожиданно огорошила она меня на следующий вечер, – загостилась я у тебя. Я, пожалуй, на днях съеду.

– Да ты что, бабуль? – удивилась я. – Куда ты собралась-то? У тебя ж еще потоп до конца не ликвидирован.

– Да уж, – вздохнула бабушка, – Василий только к концу следующей недели обещает управиться. Зато Дуся меня очень к себе зовет! Когда я к ней за газеткой-то ездила, она мне предлагала к ней перебраться пожить. Звала за компанию в местный санаторий походить на дневные процедуры. Поеду-ка я к ней, проведу тюнинг организма! – озорно сказала бабуля.

– Ну если только тюнинг, – улыбнулась я. – А если ты по каким другим причинам…

– Нету никаких других причин! – поспешно ответила бабушка.

Даже очень поспешно. Что ж, все понятно. Бабуля так очарована Аристархом, что решила не мешать нам наслаждаться обществом друг друга наедине. Наивная!

Пришлось давать Глебу отбой и помогать бабушке собираться. Она торопилась переехать уже в воскресенье, чтобы с понедельника составить Дусе компанию на «курортных процедурах». По такому случаю пришлось прибегнуть к помощи «официального» жениха, и Аристарх, сияя от удовольствия, нес бабушкины чемоданы и с ветерком домчал нас до Дусиного дома на своей пижонской красной «феррари». Когда мы парковались в крохотном дворике ветхой пятиэтажки, похоже, все жители прилипли к окнам, разглядывая роскошную машину.

О том, что я осталась дома одна, тут же был оповещен Глеб, который страшно расстроился оттого, что не может примчаться ко мне сразу же. Как раз сегодня он следил за ходом сюрприза, который заказал для своей невесты тот самый привередливый жених, доставший Глеба у меня в ванной.

– А ночью я веду клубную вечеринку, – вконец приуныл Глеб. – Может, присоединишься ко мне?

Мы договорились, что он заберет меня ближе к полуночи, и я разлеглась на диванчике, чтобы насладиться первым сезоном «Секса в большом городе».

Время пролетело так незаметно, что, когда Глеб позвонил мне и сказал, что будет через двадцать минут, я еще не была одета.

Я заметалась по квартире, одновременно натягивая на себя шмотки, расчесывая волосы и подкрашивая глаза. Глеб позвонил снизу, когда я в нерешительности перебирала сапоги. Пришлось натянуть первые попавшиеся. Как назло, подходящая к ним сумочка куда-то подевалась. К счастью, мой взгляд упал на трельяж, где лежала крошечная черная сумочка, с которой я была на своей первой вампирской вечеринке. Спасительница моя! Вот и заключительный штрих моего образа. Надо же, после того дня, когда Глеб привел меня домой в бессознательном состоянии, я о ней и не вспомнила. Очевидно, шампанское тогда оказало убойное воздействие на мой неокрепший вампирский организм и к тому же изрядно повредило мозги, если я закинула сумочку невесть куда и думать о ней забыла. Похоже, бабуля обнаружила ее во время уборки. Как вовремя – она идеально подходит к моему черному топику и черным сапожкам.

Я открыла сумочку и обнаружила там тюбик помады, которую считала безнадежно утерянной, зеркальце, расческу и стопку визиток. Визитки я бросила на трельяж, а к содержимому сумки отправила пачку бумажных платочков и упаковку мятных леденцов. Контрольный взгляд в зеркало – и я уже сбегаю по ступенькам и мчусь за угол дома, прямиком в объятия Глеба, который ждет меня у машины.

– Привет, я ужасно соскучился. – Он потянулся ко мне.

– Я тоже…

– Садись быстрей в машину, пока нас не засекли. – Глеб не упустил случая подшутить над тайной нашей встречи.

– Не дрейфь, бабуля уже у подруги, – напомнила я.

– И что, она ни о чем не догадывается? – спросил он, когда мы отъехали от дома.

– Вроде бы нет. А если и догадывается, то никогда не скажет об этом вслух. Сам подумай, как фантастически бы звучала эта версия! Любовник из прошлого века, не постаревший ни на день.

– Что, неужели она не выясняла, не состоит ли он в родстве… с самим собой? – изумился Глеб.

– Если ты помнишь, отчество Аристарха Романович, а не Александрович. Я еще накануне сказала бабушке, что расспросила Аристарха и он меня заверил, что родственников во Франции у него нет, а отец родом из Тулы.

Глеб на это только фыркнул.

Пока ехали по запруженным московским дорогам, в горле запершило, и я полезла в сумочку за спасительным леденцом. Перерыв всю сумочку, я заглянула под подкладку и, вместе с пачкой «Холлса», выудила оттуда скомканную бумажку. Любовная записочка с первой вечеринки? Не помню, чтобы я ее получала. Улыбнувшись своим мыслям, я развернула листочек и замерла.

«Ты сдохнешь, тварь», – гласила надпись, распечатанная на принтере.

Перед глазами поплыло, и в голову хлынул поток воспоминаний, который, казалось, все это время кто-то сдерживал.

…Вот после рок-н-ролла Глеб тянет меня на сцену: «Последний конкурс!» Вот я открываю записочку, которая, по его словам, должна прояснить мое будущее…

…Вот я на негнущихся ногах иду в туалет и вижу мертвую акробатку Мэй…

…Чей-то истеричный женский крик: «Восьмая жертва!»…Приглушенные голоса вокруг: «Сколько же это будет продолжаться? На кой толк нужны эти никчемные Гончие, если они не могут защитить нас?»…Чей-то леденящий шепоток за спиной: «Она будет следующей! Это предупреждение!»

…Сочувствующий голос Инессы:

– Бедняжка, в первый же вечер и такое потрясение. И записку получила, и на мертвое тело наткнулась.

Обеспокоенный голос Глеба:

– Может, ей ни к чему это помнить?

…Выныриваю из воспоминаний и невидящим взглядом смотрю в стекло прямо перед собой. Так, значит, вся забота Глеба продиктована опасностью, которая мне, возможно, грозит от рук неизвестного убийцы? А я-то уже размечталась о любви и серьезных отношениях на целую вечность, глупышка! Глеб просто охранял меня все это время, играл в героя, присматривал за мной… Похоже, провал в моей памяти – его рук дело. Но зачем от меня скрывать? К чему делать вид, что ничего не произошло? Почему никто из других вампиров, с которыми мы встречались на вечеринках и в ресторанах, ни разу не обмолвился о том происшествии? Из деликатности, из сочувствия? Выходит, я для них была жертвой, которая ходила по грани жизни и смерти. И, наверное, каждый из них в душе радовался, что записку получил не он. А значит, пока я жива, другим нечего беспокоиться за свои жизни.