Очень скоро я снова начала стонать, уже даже не пытаясь удержать в себе удовольствие, которое завладело моим телом всего через пять минут после оргазма. Сильные, размеренные толчки заставляли метаться по подушкам, сжимая кулаки и все время повторять одно имя, как мантру.
В какой-то момент Александр одним движением расстегнул ремень, освобождая мои руки, после чего перевернул меня на спину, закидывая мои лодыжки себе на плечи. В такой позе шлепки тел тоже приходились на нижнюю часть ягодиц, отдаваясь импульсами в клитор, но ощущения… Они были совсем другими. Ярче, четче, мощнее. Я потерялась в них, отрешаясь от мира. Пропали слух, зрение, обоняние… Осталась только пульсация и волны удовольствия, которые проходили по каждой клеточке моего тела.
Когда мир в очередной раз взорвался, а Алекс упал на подушки рядом со мной, я поняла, что по-прежнему не могу произнести ни слова. Чтобы прийти в себя потребовалось больше десяти минут, но даже после этого, голова оставалась абсолютно пустой, а тело — ватным.
— Ты очень смелая девочка, каттен, — прошептал Александр, нежно целуя меня в макушку, а затем осторожно, как будто я стеклянная, подхватил на руки и отнес в ванную комнату.
Поставив меня в душевую кабину, Алекс забрался следом, прижимая меня к себе, и включил воду, начав небольшим напором проходиться по моему телу, делая воду более прохладной, когда она попадала на все еще горячие участки кожи.
Никогда не думала, что обычный контрастный душ может принести такое облегчение и удовольствие. Теперь она не имело ничего общего с сексуальным возбуждением, но было до безумия приятным и отдавало покалыванием даже в кончиках пальцев.
— Что-нибудь еще нужно делать? Ну, есть какие-нибудь правила, мази? — слабым голосом спросила я, немного придя в себя.
— Нет, — тихо рассмеялся Нильсен. — Не для этого уровня, точно. Следов не останется, а покраснения должны сойти через пару часов. Если захочешь, можешь намазать кожу смягчающим кремом. У меня с собой такого нет… Как-то не думал, что пригодится.
— А я считала, что ты всегда ко всему готов, — поддела я его.
— С тобой нельзя быть абсолютно готовыми, — улыбнулся он. — Ты же, как торнадо — сметаешь все на своем пути, в том числе и все мои планы, самоконтроль и…
Он замолчал, глядя мне в глаза странным, нечитаемым взглядом. В нем разливалась нежность и какое-то недоумение. Как будто он только что разгадал загадку и сам поразился ответу.
— Что?
— Ммм… Я…
Договорить Алекс не успел — раздался громкий стук в дверь, причем, судя по звуку, визитер явно не отличался терпением. Возможно, этот гость стучал и раньше, но из-за шума воды мы просто не слышали.
— Алекс! Открывай, я знаю, что ты в номере! — голос Макото сопровождался очередным стуком.
— Хм… Нужно открыть, а то он дверь выломает, — буркнул Нильсен со знанием дела.
Кивнув, я метнулась обратно в комнату, хаотично собирая свои вещи. Я вроде бы была аккуратна, но они оказались разбросаны по всем доступным поверхностям. А вот Нильсен совсем не спешил, несмотря на то, что времени явно было мало, а дверь уже ходила ходуном. Он спокойно натянул брюки и даже набросил рубашку на плечи, после чего подошел ко входу, вопросительно взглянув на меня. Подобрав разорванные трусики, я стянула простынь с кровати, на ходу закутываясь в нее, и добежала до первой двери, которую увидела.
Вообще пора привыкнуть, что в кризисных ситуациях мой мозг действует по четкой схеме и выбирает самый плохой вариант из существующих. В этот раз тенденция продолжилась, потому что дверь вела на долбаный балкон!
Чуть не вылетев за перила, я прижалась обратно к двери и сдвинулась влево, скрываясь за полузакрытой шторой.
— Малыш Сэмми, привет, какими судьбами? Я думал, ты уже улетел…
— Собирался, но решил немного задержаться. Полечу утренним рейсом. Нам нужно поговорить.
— Знаешь, ты выбрал не самый лучший момент. Не думаешь, что поговорить можно было по телефону? Ты слегка не вовремя.
— Это я заметил по звукам, которые доносились из этого номера еще пятнадцать минут назад, — заметил Макото, заставив меня похолодеть.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Агата, ну вот какого хрена ты такая громкая?! Черт, нужно было в секс-шопе вместе с флоггером еще и кляп брать!
— Ну хоть вламываться на этот раз не стал, — фыркнул Алекс.
— Уже научен горьким опытом. Кстати, не подскажешь, что ты здесь делал? — обманчиво спокойным голосом спросил Сэм.
— Ммм… Порно смотрел.
— Порно?
— Да, малыш Сэмми, порно. Когда подрастешь, я обязательно познакомлю тебя с этой прекрасной стороной интернета.
— Черт, Алекс, как же ты меня достал, — прорычал Макото, а потом шумно выдохнул, как будто пытаясь успокоиться. — В этот раз я даже склонен поверить в твою версию про порно и знаешь почему?
— Просвети меня.
— Стоны были женские.
— И что это значит?
— Алекс, не держи меня за идиота, — раздраженно бросил Сэм. — Думаешь, если я редко появляюсь в особняке, то не знаю, что там происходит? Мне хватило провести там буквально пару часов перед полетом, чтобы составить картину происходящего, а поездка только подтвердила мою теорию. У тебя ведь роман с Харви…
— Сэмми, — почти разочарованно вздохнул Нильсен. — Я же тебе обещал, что если переключусь на мальчиков, то ты будешь первым в очереди.
— Это был не вопрос. В твоей комнате его вещи. Совсем немного и не на виду, но они есть. Вторую спальню в твоих покоях начали убирать чаще. Ты посадил его рядом с собой в самолете и даже уступил место возле окна, хотя раньше готов был драться за кресло у иллюминатора. Но самое главное — я вижу, как вы друг на друга смотрите.
Повисла тишина, которая не предвещала мне ничего хорошего. Ну все, кажется, намечается мой выход. Если Алекс позволил считать себя геем рыжей курице, то с Сэмом ситуация точно не повторится. Так, сейчас нужно собраться и выдать что-нибудь адекватное…
Я феминистка и ношу мужской костюм в знак протеста…
Это был опыт по соблазнению гетеросексуального мужчины на основании не внешности, а исключительно феноменов…
Родители хотели мальчика, а я не привыкла разочаровывать старших…
Я тут это… сценку из пьесы репетировала…
Но тишина все продолжалась, а Александр не спешил опровергать выводы Макото и вытаскивать меня с балкона за шкирку для предъявления доказательств.
— Не подумай, что я осуждаю, — продолжил Сэм, когда понял, что ответа не дождется. — Конечно, твоя бисексуальность стала для меня сюрпризом… Но не стоило скрывать это от меня. Если честно, мне абсолютно плевать, с кем ты спишь. Главное — чтобы это не навредило тебе… Ты по-прежнему не хочешь, чтобы я как следует покопался в прошлом Харви? Он слишком подозрительный, Алекс…
— Не хочу, — серьезным голосом ответил Нильсен. — Поверь, я знаю все, что необходимо. А вот тебе его полное досье совсем ни к чему.
— Как знаешь, — согласился Макото, но по голосу было слышно, что он не совсем доволен ситуацией. — Я рад за тебя, — выдал он. — Но если возникнут проблемы, расскажи мне о них, хорошо?
— Обязательно, — отозвался Алекс. — Как только решусь на каминг-аут, непременно позову тебя на это историческое событие.
— Дурак, — фыркнул Сэм, а затем послышался хлопок двери.
Через минуту Александр выглянул на балкон, застав меня стоящей в простыне на бетонном полу.
— Замерзла? — спросил он, подхватывая меня на руки.
Нильсен отнес меня в кровать и даже заботливо укрыл одеялом, пытаясь согреть. И эта забота, которая проявлялась в его действиях все чаще, начала бить по самому больному.
— Прости, — тихо сказала я, дрожащим голосом.
— Не извиняйся. Ты не виновата, что малышу Сэмми приспичило поделиться секретами на ночь глядя, — улыбнулся он. — Лучше давай спать. Ты устала, — распорядился Александр, ложась рядом со мной и прижимая к себе.
Хотелось сказать, что Сэм снова все испортил и немного смазал впечатления от такого хорошего вечера, но я не могла его винить. Он действительно заботится об Александре и его интересах. В отличие от меня…
