Потери среди разведчиков порой составляли более 80 % от состава группы. Многие группы погибли полностью. Случалось, десантные группы прыгали прямо на головы врагов, в самую их гущу, и умирали еще в воздухе, прошитые очередями пулеметов и автоматов, или в неравном бою в первые минуты
«Парусники» перед прыжками с парашютом. 1976 год.
(Фото из архива автора)
После приземления. Бывало, что попадали в плен. Условия выполнения задания были крайне тяжелыми — враждебно настроенное население, отсутствие больших лесных массивов, активная работа гестапо, хорошо развитая сеть автомобильных дорог, высокая концентрация войск. Как вспоминал боец разведгруппы «Джек» Геннадий Юшкевич, которому в 1944 году было 16 лет, «леса здесь были чистыми и сухими и, на нашу беду, просматривались на значительные расстояния. Мы видели множество хуторов, пахотных земель, пастбищ. Там, где сейчас сплошные болота, была густая сетка полноводных каналов. Несмотря на военное время, люди заготавливали сено и дрова, пасли скот, работали в поле».
К большим, неоправданным потерям также приводили недостаточная подготовка некоторых разведгрупп, плохая оснащенность и экипировка, старые карты, не соответствующие местности, и особенно — голод. Но разведчики, несмотря на трудности, выполняли задание и регулярно снабжали командование оперативными данными о противнике.
Особенно отличилась разведгруппа «Джек». Достаточно лишь сказать, что вместо предполагаемого месяца группа продержалась почти полгода! Группа высадилась 27 июля 1944 года у поселка Эльхталь в составе 10 человек: командир группы капитан Павел Андреевич Крылатых, помощники командира группы лейтенант Николай Андреевич Шпаков и Иван Иванович Мельников, разведчики Геннадий Владимирович Юшкевич, Иосиф Иванович Зварика, Иван Семенович овчаров, Иван Андреевич Целиков, радистки Анна Афанасьевна Морозова и Зинаида Михайловна Бардышева и переводчик Наполеон Фелицианович Ридевский.
К слову, короткая жизнь Анны Морозовой (1921–1945) была более чем героической. До того как попасть в разведывательно-диверсионную школу, молодая Анна Морозова проявила себя с самой лучшей стороны. Когда гитлеровцы оккупировали станцию Сеща на Брянщине, где проживала Морозова, она осуществляла связь подполья с партизанами. Позже она организовала и возглавила интернациональную советско-польско-чехословацкую подпольную группу. Подпольщики долгое время водили за нос гитлеровскую контрразведку, взрывая тайно проносимыми на немецкий аэродром минами десятки вражеских самолетов — как в воздухе, так и на земле. Овидий Горчаков и Ян Пшимановский написали об этом книгу «вызываем огонь на себя», по мотивам которой в 1964 году был снят популярный в СССР одноименный фильм. А в 1965 году Анне Морозовой было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.
Перед отправкой их напутствовал начальник фронтовой разведки: «Помните! вы глаза и уши фронта! Зря не рискуйте». именно поэтому группа всячески старалась избегать открытых столкновений с врагом. Но противник был силен и умен: облавы, засады, стычки проходили постоянно. Только за первые четыре месяца действий группа выдержала 14 облав. В отдельные дни разведчикам приходилось до 20 раз с боем прорываться сквозь кольцо окружения.
При высадке шестеро десантников повисли на высоких соснах. Грузовой парашют с тюком, в котором лежали боеприпасы, запасные комплекты радиопитания и двухнедельный рацион продовольствия, был утерян. Вскоре все неудачники были сняты товарищами с деревьев, но парашюты их остались висеть на ветках — разведчики торопились как можно скорее уйти от места десантирования. Немецкий самолет-разведчик засек парашюты, и немцы организовали погоню.
«Джековцы» наблюдали за дорогой Кенигсберг — Тильзит. Для ведения наблюдения к дороге уходили по трое: один для связи и два наблюдателя, фиксировавших передвижение немецких войск. Радистки Бардышева и Морозова почти ежедневно передавали короткие сообщения в центр. Но уже когда радистки группы первый раз вышли в эфир, их сразу же засекли немецкие «слухачи». Пеленгаторы точно указали, в каком квадрате леса скрывались разведчики, и через час после радиосеанса в лесу начали облаву специальные команды по борьбе с парашютистами. Группе пришлось петлять, путать следы, минировать свой путь противопехотными минами и посыпать его пропитанным бензином табаком, чтобы обмануть собак.
Ночью 30 июля разведчики напоролись на охрану концлагеря Хохенбрух, который не был отмечен на карте. В этой скоротечной стычке погиб капитан Павел Крылатых. Командование группой принял его первый заместитель Николай Шпаков.
Прошло два месяца, силы группы таяли. Постоянные бои. Разведчиков мучил голод. Лишь изредка удавалось «Джеку» принять ночью груз — мешали то погоня, то погода. Почти после каждой выброски груза снова группу обнаруживали гитлеровцы. и снова разведчики шли на прорыв, отбиваясь огнем автоматов и «феньками» — так называли в группе гранаты «Ф-1». 10 сентября 1944 года, прикрывая своих товарищей, погиб Иосиф Зварика. В другом ночном бою с засадой 28 сентября группа потеряла трех бойцов. Повредивший ногу Ридевский и приставленный к нему Юшкевич отбились от своих и потом долго скрывались в лесах и даже на хуторе у одного немца, разуверившегося в победе Гитлера. К сожалению, без связи с Центром они ничем не могли больше помочь своему командованию. Второй командир группы «Джек» Николай Шпаков был отрезан от своих кинжальным огнем гитлеровцев. Сначала ему повезло. Разыскивая «Джековцев», он набрел в лесу на группу советских разведчиков от штаба соседнего 2-го Белорусского фронта. Как и «Джек», эта группа несла тяжелые потери и голодала. и уже в составе этой группы Николай Шпаков погиб во время боя. А группу «Джек» после исчезновения Николая Шпакова возглавил Иван Мельников.
Немцы называли парашютистов «лесными призраками». Бледные и изможденные «Джековцы» в своих пятнистых желто-зеленых куртках действительно были похожи на лесных духов. Как-то Центр выбросил разведчикам по их просьбе винтовку с глушителем звука. из «бесшумки», стрелявшей специальными облегченными патронами, удалось подбить косулю, но мясо быстро испортилось — не было никакой возможности развести огонь, а первая же попытка сделать это едва не погубила группу. В восточно-прусских лесах было множество опасного для разведчиков народа — егерей, объездчиков, лесников, лесозаготовителей. Правда, это были в основном старики да инвалиды, но каждый из них мог в два счета связаться с гестапо, полицией и жандармами, которые сразу бы наводнили лес. Часто на помощь гитлеровцы вызывали молодых юнкеров военных училищ и отряды гитлерюгенда. При этом всюду, где это было возможно, «Джековцы» продолжали брать «языков». Причем первого «языка» успел взять еще капитан Крылатых.
Проходили октябрьские дни, а «Джековцы» питались лишь ржаным зерном, брюквой да морковкой с еще не убранных полей. Лили холодные осенние дожди. Промокали маскировочные костюмы, промокала насквозь грязная, полуистлевшая одежда, но просушиться было негде. Грузов с продуктами не было из-за нелетной погоды. Все чаще стали заморозки. Мельников берег «Джековцев», подыскивая для дневки в лесу стога сена, заготовленного немецкими егерями для зимней подкормки лесного жвачного зверя. К утру стог, прятавший «Джековцев», снаружи покрывался густым белым инеем. Скоро должен был выпасть первый снег, и тогда каждый след разведчиков станет отпечатываться на пороше. На шоссейных дорогах уже появились выкрашенные в белый цвет танки. Немецкие солдаты надели белые маскировочные костюмы с белыми капюшонами поверх касок. А Центр все не слал груз — погода нелетная!
В середине ноября Центр выбросил группе «Джек» нового командира — Анатолия Моржина. Разведчики приняли его в районе роминтенского леса, заповедного леса Гогенцол-лернов, и сразу же двинулись на юг в новый район действия, к Растенбургу. Позднее ради спасения последних «Джековцев» в Центре разрешили группе покинуть заданный район действий, покинуть восточную Пруссию и направиться в Польшу. Разведчикам предстояло пройти по оперативным тылам почти всей группы армий «Центр» — в тыловом районе 3-й танковой армии, 4-й и 2-й полевых армий вермахта, как раз там, где шло формирование частей и соединений для обороны восточнопрусской цитадели Третьего рейха. До польской границы дошли только четверо — Иван овчаров погиб, а Иван Целиков был отрезан от своих. Потом он самостоятельно вышел к частям Красной армии, но долгое время ничего не знал о судьбе своих товарищей.
В Польше разведгруппа стала налаживать деятельность в районе Мышинецкой пущи, приняла груз с Большой земли, связалась с местными польскими партизанами. Впервые за много недель разведчики отведали горячую пищу и помылись в бане.
