Безусловно, наиболее предпочтительным для государства является добровольное и сознательное соблюдение участниками регулируемых правом общественных отношений, требований правовых норм и индивидуальных правовых предписаний. Такое поведение основывается на убеждении в справедливости и полезности государственных велений и поэтому имеет наибольшую значимость.
Однако метод убеждения может быть основным методом осуществления функций государства только в том случае, если оно опирается на широкую социальную базу. Это происходит тогда, когда политика государства соответствует интересам большинства общества и, кроме того, понятна населению. Поэтому так необходима широкая разъяснительная работа, имеющая целью убеждение масс в справедливости и целесообразности мероприятий, проводимых государством, и привлечение их к активному участию в осуществлении функций государства.
Для некоторых функций характерно сочетание государственных и общественных начал. Общественные организации и объединения помогают государству выявлять интересы и волю различных социальных групп, имеющихся в обществе, создавать реальные возможности участия их в управлении делами общества.
К примеру, в осуществлении внутренней функции государства в духовной сфере — поддержки образования и культуры — широкое участие могут принимать различные общественные структуры. Особенно актуально это участие в условиях неблагополучия в экономике, когда государство не в состоянии полностью обеспечить эти направления. При экономическом спаде, а тем более кризисе, деятельность специальных государственных служб может быть эффективно дополнена негосударственными организациями.
Деловое сотрудничество государственных и общественных служб может быть также эффективно использовано в осуществлении функций государства в социальной сфере, например при создании системы занятости, значение которой будет возрастать.
При осуществлении функций государства могут возникать определенные противоречия, в связи с чем возникает вопрос о формах и способах их преодоления. Например, при сокращении армии, когда осуществляется переход к доктрине «достаточной обороны», разоружении, конверсии, словом, когда осуществляется военная реформа, высвобождаются люди и возникает проблема трудоустройства бывших военнослужащих, обеспечения их жильем, а также адаптации к новым условиям жизни. Выход из сложившейся ситуации лежит на путях создания специальных центров для переобучения увольняемых военнослужащих, в том числе и офицеров. При этом необходимо учитывать и максимально использовать прежний опыт этих людей. В частности, присущая офицерам привычка к порядку, точности, организованности, умению контактировать с подчиненными — все эти качества являются залогом того, что из них могут получиться и получаются успешные предприниматели, организаторы производства.
Таким образом, теоретические вопросы функций и обеспечивающего их аппарата современного Российского государства имеют многоплановое, сложное и актуальное содержание. Знание современной деятельной стороны Российского государства, обеспечивающих ее аппаратных структур (органов государства) является необходимой составной частью образования современного отечественного юриста.
О теории российской государственности. Комплекс теоретических вопросов российской государственности — возникновение и эволюция российской государственности, факторы (вечные вопросы), определяющие ее особенности, Советское государство, современное Российское государство — приводит к выводу, что следует сформировать специальную теорию российской государственности.
Теория государства — и об этом речь шла в первой главе — представляет логическое обобщение конкретных исторических политико-правовых процессов. Но степень этого логического обобщения, уровень научных абстракций могут быть разными. Речь может идти о теории наиболее высокого уровня — об общей теории, охватывающей наиболее общие закономерности государственно-правового развития, характерные для всех обществ. Речь может идти и о теории среднего уровня, рассматривающей отдельные государственно-правовые образования, о теории отдельных социальных, государственно-правовых институтов, и т. д.
Такой подход вовсе не означает, что теория более низкого уровня является неверной, ограниченной. Отнюдь. Речь идет лишь о предмете такой теории, ее научном интересе, о степени проникновения научной мысли в глубь событий, в суть политико-правовых процессов.
Наличие таких теорий также не означает, как полагают некоторые ученые, что вообще никакой общей теории государства и права не существует, а теоретическое знание общественной науки должно строиться лишь на «национальном» материале, т. е. на логическом охвате тех конкретных политико-правовых процессов, которые протекают в отдельных обществах, в конкретных государствах.
В таких взглядах содержатся методологически неверные представления.
Положения общей теории государства и права являются применимыми для описания, объяснения и прогнозирования государственно-правовых процессов как во всех обществах, взятых в целом, так и в отдельных, конкретных обществах, в том числе и российском обществе. Но наиболее точные объяснения и прогнозы появляются тогда, когда общая теория сочетается со специальной теорией, изучающей особенности, специфику государственно-правовых процессов.
Вот почему на современном этапе российской государственности становится вполне возможным и, добавлю, даже необходимым формирование теории российской государственности. Такая теория явится органической частью общей теории государства и будет означать, что предметом приложения общего знания о закономерностях и случайностях в государственно-правовом развитии человечества становится Россия. Но не в своем догматическом и утопическом политико-правовом обличий только XX века, обличий, сконструированном на базе формационного подхода, догм и утопий марксистско-ленинской доктрины, а в более длительном диапазоне — с момента зарождения государственности у славянского этноса и до расцвету этой государственности на современном этапе. Это будет означать более глубокое продвижение юридической мысли в государственно-правовом развитии России.
Таким образом, теоретическое рассмотрение государственно-правовой действительности России, с одной стороны, должно происходить на основе открытых юридической наукой общих закономерностей и случайностей, характерных для всех государственно-правовых образований, а с другой — это рассмотрение должно идти с учетом своеобразия, особенностей возникновения, развития Российского государства, его функционирования на разных этапах. На таком методологическом подходе и может возникнуть теория российской государственности.
Попытка реализовать это положение и была сделана в настоящей главе.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Глава девятая. ТЕОРИЯ ПРАВА КАК ЮРИДИЧЕСКАЯ НАУКА
Теория права и теория государства. Предмет и методология теории права. Теория права в системе общественных наук. Общая теория права. Специальные теории права. Теория права и отраслевые юридические науки. Функции теории права.
Во второй части, посвященной теории права, рассматриваются с учетом современного уровня юридического знания функционирование и развитие такого яркого и сложного социального института, как право. При этом главное внимание уделяется закономерному и случайному в праве, основным правовым системам, другим главным характеристикам права в целом как социального института. Происхождение же права было рассмотрено в главе третьей настоящей книги.
Длительное время на предыдущем этапе отечественной юридической мысли право рассматривалось в неразрывном единстве с государством как продукт и инструмент государства, как основа осуществления классового господства в государственных формах. Например, в 30-е годы утверждалось, что право — это не только совокупность норм (правил поведения), установленных или санкционированных государственной властью, но еще и характеризуемых тем, что они осуществляются в принудительном порядке, защищают отношения, «выгодные и угодные господствующему классу». И взгляды «о выгодности и угодности действия права» были далеко не безобидны социально. При желании любое нарушение правового предписания, каким бы оно ни было, можно было при таких утверждениях рассматривать как выступление против «государственно организованного господства рабочего класса», как «подрыв социалистического строя» со всеми вытекающими отсюда последствиями, что, к сожалению, и получило, как известно, широкое распространение на практике в 30-50-е годы отечественной истории.
