– Подожди. Мне нужно еще тридцать секунд.
– Я-то подожду. Главное, чтоб дождался, – буркнул боксер, крепче перехватывая оружие.
* * *
– Эй! Эй! Софт! – Никогда не понимал выражения «кричать шепотом». До этой минуты. А сейчас сам едва не надрывался от беззвучного крика, шипя в микрофон и стуча по нему пальцем. – Софт! Да где же ты, хакер долбаный, когда действительно нужен?
Ответом была тишина.
Лифт поднимался снизу. Медленно и неотвратимо, как каток, собирающийся раздавить пригревшуюся на солнышке жабу, которой вздумалось прикорнуть посреди дороги. Только в роли жаб были мы.
– Твою мать! Твою мать! Твою мать! Что делать?
– Не паниковать, для начала, – послышался сверху голос наемника.
Не паниковать? А как тут не запаникуешь? Даже если мы разминемся с лифтом – что сделать, в принципе, не так сложно, – то сам он поедет вверх…
…и неминуемо активирует мины.
* * *
– Шон, я не могу открыть эту дверь, – послышался в ухе голос хакера.
– Вообще никак, nigga? – спросил Шон, встретившись глазами со смотревшим на него ожидающим взглядом Шамилем.
– Есть вариант. Я могу отрубить электричество на несколько минут. Тогда замок откроется, и вы сможете пройти. Но есть и плохие новости.
– Не томи, приятель.
– За дверью лаборатория. Внутри клетки с тварями. Если я отключу электричество, то более чем уверен, что откроется не только эта дверь, но и клетки. Думаю, сам понимаешь, что это значит.
– Я скорее думаю, что у нас выбора нет.
Ответа не пришло. Вернее, пришел, но не такой, какого ожидал бывший боксер.
* * *
Андрей практически повис на металлическом уголке перед лифтовой дверью десятого этажа, пытаясь ее открыть. Если мы решим прорваться через врагов на десятом этаже – шанс выжить есть. Хоть и минимальный. А вот гребаный лифт, надвигающийся снизу, не оставлял даже доли процента на удачный исход.
– Ну давай, родная, давай!
Наемник раскачивал нож, стараясь открыть дверь, но та не поддавалась. Положение осложнялось тем, что сделать это нужно было, по возможности, бесшумно. Чтобы не переполошить врагов, засевших на этаже. До лифта оставалось каких-то пять метров, когда раздался характерный металлический звук, и Андрей поднял голову, глядя на меня.
– Сломался, – обескураженно проговорил он, показывая обломанный клинок.
– Все, – пробормотал я. – Не жди меня, мама, хорошего сына…
Лифт поравнялся с наемником, и тот вынужден был переступить на его крышу, чтобы не быть раздавленным. Правда, что это меняло? Еще пять метров – и все.
Я переместился по штанге перегородки, убираясь с пути лифта. Чисто рефлекторно. Может, лучше было остаться на месте? Чтобы сразу?
– А ты мне деньги не отдал… – проговорил наемник, когда лифт поравнялся со мной.
– Не отдал. На том свете сочтемся. – ответил я, глядя, как сокращается расстояние между лифтом и минами.
– Угу. Прощай, что ли… – услышал я в ответ.
И тут светильники в шахте мигнули и погасли.
* * *
Софт воспринял его фразу как согласие, не утруждая себя дальнейшими вопросами. Секунд десять ничего не происходило, после чего лампы, освещавшие коридор холодным мертвенно бледным светом, погасли.
Одновременно остановились кулеры компьютеров, отключились компрессоры холодильников, в лаборатории наступила практически полная тишина.
А потом скрипнули петли сразу нескольких дверей и из соседней комнаты послышались душераздирающие вопли, перемежающиеся шквальной стрельбой из нескольких стволов, которая затихла практически одновременно, и снова наступила полная тишина.
– Ну что, идем? – спросил Шон, сглотнув. От его уверенности осталось не так уж и много.
Бойцы зажгли подствольные фонари, лучи которых едва-едва пробивались сквозь тьму. Шон потянул на себя створку, швед достаточно быстро проскользнул в проем. За ним отправился и Шамиль.
Лаборатория была разгромлена, и то, что видеть они могли мизерную часть помещения, освещенную подствольными фонарями, только усиливало удручающее впечатление.
Прямо у порога валялось растерзанное тело человека в знакомой «рассветовской» черной форме, разорванной на груди.
– Кем надо быть, чтобы разорвать тавроновый броник? – прошептал Шамиль.
Через секунду парни уже получили ответ на этот вопрос: луч фонаря шведа, шедшего первым, высветил на полу изломанное тело твари. Бледное туловище, с множеством пулевых отметин, длинные руки, выгнутые в локтевых суставах под неестественным углом, окровавленные когти…
С виду эта тварь выглядела братом-близнецом тех, с которыми Артур схватился возле общежития.
Из темноты раздался громкий рык, которому тут же вторил еще один, с противоположной стороны комнаты. Шон резко повернулся, но луч его фонаря высветил лишь разбитые мониторы и поломанное оборудование.
– Смотри, – Шамиль обратил на себя внимание негра. – Клетки. Три штуки.
То, что это означало, даже не нуждалось в пояснении. Значит, вырвалось как минимум три твари, тушка одной из которых сейчас валялась на полу перед ними, нашпигованная свинцом под завязку.
Сколько патронов уходит на одну тварь, бывший боксер помнил прекрасно. А ведь тогда наемник стрелял из пулемета…
Со стороны, противоположной той, куда смотрел негр, раздался грохот, резко развернувшись и едва не ослепив своим фонарем шведа, Шон открыл огонь. Однако на том месте уже никого не было. Тварь перевернула большой металлический стол и исчезла.
Без света у них не было никаких шансов.
* * *
Лифт замер, когда до мин оставалось не более полуметра. Несколько секунд в шахте царила полная тишина, был слышен только лихорадочный перестук двух сердец. Мне стало вдруг очень некомфортно, и я понял, что не дышу.
Из темноты раздался сдавленный всхлип. По ходу, наемник был в таком же состоянии. Однако пришел в себя он значительно быстрее. Послышалась возня, а потом мрак разрезал луч подствольного фонаря.
– Не тормози. Лезь сюда и вскрывай люк скорее. Пока свет не дали опять, – прошептал Андрей.
Я перебрался к нему на крышу лифта, нащупал нож, поддел крышку люка и аккуратно спустился в кабину. Айвэн последовал за мной. Он скинул рюкзак и лихорадочно искал в нем что-то.
– Есть! Думал еще, нужно ли его брать. Вот и пригодился.
В темноте что-то мигнуло зеленым, и наемник пихнул меня в плечо.
– Дай-ка нож! – Насколько я смог рассмотреть в темноте – на нем был ноктовизор.
Я протянул ему клинок. Он загнал его под металлическую полосу, окантовавшую пластик лифта, и достаточно легко оторвал ее.
– Лезь назад. На крышу.
– Какого хрена?
– Лезь, сказал!
– Блин, да объясни ты! – Я начал выходить из себя.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
