до того, как я приду в себя, либо до истечения трех дней, а сам направился в дом чиновника Пао, допросил и управляющего, и слуг. Вот тут-то и выяснилось, что один из них исчез без следа, да не кто-нибудь, а сам Хуан Юе. Уже тогда мастер заподозрил, в чём тут дело, а после моих слов в тот же день без труда добился ареста То Личи и госпожи Пао. Последняя даже и без пыток созналась в любовной связи с управляющим покойного мужа, но потому как тот уже умер, спрашивать с неё было некому, и потому вскоре её отпустили и оставили в покое.
А вот То Личи поведал и помимо этого немало любопытного. Например, о том, что приворовывал у своего господина. И ещё о том, что видел его ночных гостей тогда, когда в их доме появился загадочный ночной сторож, но не посмел расспрашивать о них хозяина. Впрочем, как ни старались мастера дознания, описания спутника Хуан Пао бывший управляющий так и не дал, ссылаясь на то, что тот скрыл своё лицо. Поскольку он сам во всём этом сознался, то суд над ним прошёл быстро на следующий же день и приговорил его к порке и каторге.
Госпожа Пао отделалась испугом и позором, ибо о её задержании и обыске в доме вскоре известно стало всем соседям, а там уж и о прочих её прегрешениях поползли слухи. В ходе обыска мастер Ванцзу и сянь Йе обнаружили в той самой комнате лоскуты кожи, краски с кистями и благовония, а ещё место, где мог быть запрятан небольшой деревянный гроб, но самого его нигде не нашлось. Вторую шпильку у девочки они тоже забрали, как доказательство. А ещё счетные книги управляющего, но просмотреть их не успели;
На следующий же день после обыска, благо погода установилась ясная, мастер Ванцзу, добившись от вана Цзыцзина того, чтоб их сопровождал вооруженный хо конных лучников, вместе с помощниками отправился к храму Кэн-вана. Там сянь Шэ беседовал со жрецами, а сам мастер с приятелем поспешили к той роковой пещере. Его предположения о том, что пещера там не одна, оправдались. Но далее приключилось нечто странное.
Другая пещера оказалась сквозной, и проход привел моих старших товарищей на небольшой луг, со всех сторон плотно окруженный горами. Там они обнаружили землянку, в крыше которой виднелось большое отверстие. Поначалу мастер Ванцзу, с его слов, подумал было, что это дымовое отверстие, но, когда ж они вошли внутрь, то, к великому своему изумлению, обнаружили внутри деревянный гроб, заполненный прахом, прямо под той пробоиной в крыше землянки.
— И вы убеждены, что то был гроб Хуан Пао, и его прах лежал внутри? — не веруя ушам своим, спросил я. Должно быть, мастер Ванцзу и сам сознавал, сколь безумно звучит его рассказ, потому как пожал плечами и ответил:
— И поныне такого убеждения у меня нет, друг мой. Но что ещё думать, коль гроб по размеру подошел к саркофагу из безымянной гробницы, а нападения прекратились? Я сделал всё, как положено, дабы окончательно уничтожить нежить, провёл все ритуалы, используя подлинное имя. Ежли только оно подлинное. А то ведь, знаешь, поговаривали, будто истинный Хуан Пао и впрямь в ссылке в тот же год затосковал да умер, и будто бы место его занял самозванец. Но что есть то есть. Прах я собрал в кувшин и поместил под надзор. Остальные приглядывают за ним посменно — Шэ, старина Йе и вот Амо…
— Сяо-Амо? — поразился я. — Откуда ж он взялся?
— Ох, не спрашивай. Ещё одно странное и скверное обстоятельство. Явился под вечер, буквально за полчаса до того, как я из ведомственного терема уходить собрался. Сказал, что, едва воротился со своего задания, как вот сянь Тан отправил его в Цзыцзин.
— Лихо.
— И не говори.
— Так что ж мы теперь будем делать?
— Спать. Я и так много времени потратил, решив любопытство твоё уважить. Теперь отдыхай и не думай ни о чем.
Легко ему было говорить. Впрочем, я поблагодарил его за то, что всем со мною поделился, и задерживать более не стал. Он отечески потрепал меня по плечу и покинул, а утром принес мне хозяйственные книги То Личи, ссылаясь на то, что ему ещё надлежит кое-что разузнать и кое с кем переговорить, а я вот всё одно в постели день проведу. Слова его меня раздосадовали, но я не посмел его упрекнуть, ибо в действительности он был прав.
Так я и провёл весь день, читая скучные домовые записи лживого управляющего, и в какой-то момент прочитал странное. Так уж вышло, что мы с Сяодином выяснили имена всех девятерых слуг дома Пао, и никого среди них по фамилии Чу не было. А меж тем на протяжении нескольких месяцев, ещё и до смерти Пао Цзяньданя То Личи предписывал выдавать этому человеку жалование. Так мы и приблизились к разгадке одной из главных тайн этой ужасной истории. Жаль только, что главное тогда вызнать так и не удалось.
________________________________________________________________________________________________
[1] Т. е. Хуан Пао родился между 647 и 671-м годами от Я.Л., сослан был в 697-м, попал под следствие в 708-м, а казнен и похоронен был в 709-м.
Глава 22. Ещё три разгадки
Когда мастер Ванцзу вечером воротился и зашёл ко мне справиться о самочувствии и о том, как я провёл день, я показал ему те записи в книге и посоветовал допросить слуг дома Пао сызнова, коли То Личи уже подвергли наказанию и выслали. А ежли нет, то и его самого. Поспрашивав меня ещё немного, мастер согласился со мной, похвалил и ушёл.
Утром, покамест я спал, он переговорил со всеми, кто сумел бы разъяснить то, на что я обратил внимание. Днем ко мне вновь пришёл лекарь и объявил, что меня можно счесть выздоровевшим, но всё ж предписал мне ещё с месяц принимать какие-то пилюли и настои да побольше времени проводить на свежем воздухе. Я мог лишь горько усмехнуться.
А под вечер пришла Байлян, крепко обняла меня и, утирая слёзы пёстрым рукавом, объявила, что лишь минувшим днём узнала о случившемся, и вот только теперь сумела меня
