Читаем без скачивания Vesyoly Rodzher - Vechnaya Olga

- Добрый день. Я звонил Марату Эльдаровичу насчет встречи, он сказал, что будет ждать меня сегодня, - говорю вежливо, без вызова. Я настроен на мир, надеюсь, они – тоже.

- Виктор Станиславович? – тянет мне руку – пожимаю. – Меня зовут Руслан Эльдарович, можно просто – Руслан. Проходите, я ждал вас.

Мы заходим в дом, идем по просторной прихожей, краем глаза я отмечаю ужасно безвкусный, но бесстыдно дорогой ремонт, те самые малахитовые гобелены, позолоченные диваны с рюшами и кисточками, на которых так настаивал мой бывший клиент. Неуютно тут, будто пыльно. А может, я просто понимаю, куда попал, и что могу не выбраться. В прошлый раз они закрыли меня в гараже, нацепив мешок на голову, облив бензином, чего ждать на этот?

Но бежать поздно. В кабинете нас двое. Руслан чувствует себя здесь, как дома. Пока он серьезен, снова похож на Марата Эльдаровича, вероятно, его близкий родственник. Делаю ставку на брата. Мне предлагают присесть напротив стола, за которым уже устроился в громадном кожаном кресле Руслан, предлагают чай, кофе. Все это лишнее.

- Рад с вами познакомиться, Руслан, но о встрече договаривался с другим человеком, - снова пытаюсь начать разговор.

- Знаю, Виктор. Но Марат Эльдарович очень занят, его сейчас нет в стране. А поговорить с вами нужно. Тем более мы не ожидали, что вы позвоните сами, да еще решитесь приехать после случившегося.

Скрещиваю руки на груди, можно подумать, мне оставили выбор. Он продолжает:

- Я восхищен. Думал, что потерял вас после шоу, который устроил Анатолий Петрович.

- Потеряли меня? В каком смысле?

Он отвечает на сообщение в телефоне, просит подождать одну минуту.

- Давайте договоримся хоть до чего-нибудь в отношении… - начинаю говорить и резко замолкаю, прервавшись на полуслове.

- Продолжайте, я в курсе всего.

Ах, вот оно что. Вся семья Эльдаровичей в курсе.

- В отношении моей травли. А раз вы в курсе всего, что со мной случилось много лет назад, моих слабостей, страхов, то, скажите, наконец, чего вы в итоге добиваетесь. Уничтожить Костикова удалось и без моей помощи. Хотите преподать урок – так у вас вышло.

- Вы пришли за этим?

- Да. Я понимаю, что мне с вами не тягаться ни в плане денег, ни в плане связей. Вы прочитали историю моей жизни, которую я скрываю всеми возможными способами, играючи. И теперь жжете мое имущество, угрожаете мне или моим близким. Чего вы от меня хотите? Скажите – я сделаю. Только отпустите уже.

- Стоп. Виктор, вы запутались. Экспертиза показала, что поджога не было. В студии перемкнуло проводку или что там еще.

- Да, но…

- Не было поджога. Случился несчастный случай. Виктор Станиславович, вы за кого меня принимаете? Маньяка какого-то? Вы уже встречались с одним, поэтому ищете черты того сумасшедшего, который вас изувечил, в каждом теперь?

- Методы у вас не внушают доверия. Гараж, мешок…

- Я хочу предложить вам работу, - вздыхает он, откинувшись на спинку стула. Дверь открывается, заходит Анатолий Петрович – я тут же напрягаюсь всем телом, но тот идет мимо с подносом. Ставит на стол кофе для себя, меня и Руслана. Сам присаживается на диван поодаль, коротко поздоровавшись.

- Вы извините, что так вышло. Цель была иной. Мы хотели выяснить, кто вы такой, почему не идете навстречу, отвергаете все предложения. И такое узнали… Ваша история переполошила всех. Не каждый день встретишь человека, прошедшего через ад и оставшегося в своем уме. Передайте спасибо вашей подружке, кстати, без нее бы мы не знали куда копать.

- Алиске.

- Кажется, да. Хорошенькая и очень на вас обиженная блондиночка. Мы решили провести эксперимент. Наверное, это было слишком, но, даю слово, никто не ожидал, как на вас подействует обливание бензином. Хотели припугнуть, не более.

Включается Анатолий Петрович:

- А потом сгорела ваша студия. И грех было не воспользоваться ситуацией.

- Случайно ехали мимо, а тут сюрприз? – саркастически улыбаюсь, не веря ни единому слову.

- Именно. У вас с утра съемка должна была быть, это я забронировал часы. Нужно было поговорить с вами. Подъезжаю и вижу – здание погорело. И вы рядом сидите.

- Решили добить? – усмехаюсь.

- Это было лишнее, - сухо перебивает Руслан. – Анатолий Петрович должен был с вами связаться для того, чтобы переговорить насчет нашего предложения, а не устраивать похищение.

- Какого предложения?

- Сигарету, может? – услужливо протягивает мне пачку Анатолий Петрович. Издевается, сука. Ладно. Киваю, беру из его рук. Подкуриваю от протянутой зажигалки. Они оба наблюдают за мной неотрывно. Видимо, правда разузнали все от и до. Заинтересовал их, надо же. Пожимаю плечами. Щелкаю зажигалкой, подношу к огню ладонь, терплю, затем отдергиваю. При этом смотрю Руслану в глаза. Он хлопает в ладоши, без шуток. Это перебор, поэтому никак не реагирую.

- В подвале было страшно, - добавляю.

- Методы, которыми пользуются люди моего брата, - я не одобряю, - сухо добавляет Руслан. – Я хочу предложить вам хорошее место. Мне нравятся все ваши идеи по отелю на Яблоневой, и впечатлило то, как вы спорили с Маратом, отстаивая свою точку зрения – корректно, настойчиво и аргументировано. Так же я посмотрел другие ваши проекты и даже фотографии. И вы мне угодили. Как человек, личность. Вы активный, смелый, преданный. Полный энтузиазма. Не хотите поработать на меня?

- Спасибо, нет. Уже поработал.

- Вы не поняли, не на брата. А на меня. Он затеял всю эту возню с Костиковым из-за меня, но я его не просил. Мне уже давно нет дела ни до вашего бывшего босса, ни до его жены, бывшей когда-то моей женой. Ладно, не суть. Я готовлю огромный проект сети отелей по Черноморскому побережью начиная от Крыма и заканчивая Адлером. Возможно, прорвемся и в Абхазию. Кое-что будем строить, если найдем подходящие отели – выкупим и переделаем.

- А какая концепция?

- Вот вы мне и скажете. Вернее, не только вы. Набирается команда. Нужен новый бренд, который будем раскручивать с нуля. Что-то неожиданное, уникальное для нашего юга. Уютные номера, отличный сервис, незабываемые СПА. Мне нужны люди, на которых можно положиться, опереться. Работы будет адово море. И денег тоже. Вам как, интересно?

Молчу. Думаю. Предложение, конечно, заманчивое. Но снова связываться с этими людьми не хочется.

- Не сомневайтесь даже, зарплата – белая, официальное трудоустройство. Детали обсудим. С уже набранной командой можно познакомиться. Если кого-то порекомендуете, то проведем собеседование. Давайте, решайтесь. Нам нужны такие, как вы – молодые, талантливые, честные. Не боящиеся трудностей.

- Пока вы зарекомендовали себя как не самый лучший работодатель, - тяну время, хаотично соображая, что ответить. У меня девушка беременная, нельзя мне ввязываться во что-то рискованное. Но деньги тоже нужны, причем по той же причине.

Он протягивает мне визитки.

- Поговорите с этими людьми, они вам расскажут обо мне. Наведите справки. И позвоните. Но лучше, поскорее. Потому что в следующем месяце мне бы уже хотелось всех собрать в Адлере, где будет центральный офис, и приступить к работе. Два здания уже выкупили…

Он говорит и говорит, и с каждым словом все больше хочется согласиться. Знает, на что давить, умеет заманивать. В моем случае – не работа, а мечта. Затем он берет телефон, что-то печатает, и мне приходит сообщение – на карту свалилась значительная сумма.

- Считайте, что это аванс или, если все же откажетесь, возмещение морального ущерба. Идите, думайте, Виктор Станиславович. Посоветуйтесь с вашей девушкой. Что вам делать в Москве? На юге стройка в самом разгаре, вы, как дизайнер, там больше пригодитесь.

После этих слов он поднимается, я тоже. Жмем руки, затем меня провожают на улицу. Так и не понял, как оказался за воротами. Артем высовывается из машины и спрашивает: «Все нормально?» - Киваю в ответ.

В голове сумбур. Руслан произвел впечатление, он совсем не такой, как его старший брат. Видно, что человек современный, умный, методы Марата Эльдаровича ему неприятны. Но… нельзя же быть до конца в этом уверенным? С другой стороны, в любой момент можно нарваться на того, кто кинет на деньги. От всего не застрахуешься. Такая уж у меня профессия – временами неблагодарная. А в Москве мне действительно пока делать нечего. Работы нет, студия сгорела, фотографировать свадьбы – не хочется. Бродить по компаниям – искать место? Слава раздавленного «Континента», боюсь, еще долго будет наступать на пятки.

Зачем-то набираю номер Софии.

- Вик привет! – радостно говорит она. – Как дела? Мы с Верой созванивались, она там скучает у родителей, бедняжка. И у них какие-то перебои с интернетом, представляешь?

Какая хорошая новость! Вере бы вообще его вырубить навсегда.

- София, я посоветоваться. Как со второй мамой.

- Да, слушаю, - говорит она серьезнее, даже строго. Тем же тоном, каким общается с дочерьми: – Что такое? Ты можешь рассказать мне все, - категорично заявляет, и я расплываюсь в улыбке.