императора и дворянство и не случайно на время лишился своих владений. С таким неприятным человеком Парацельсу раньше не приходилось иметь дело. Но он нуждался в деньгах, и предсказание судьбы Ульриху Вюртембергскому оказалось для доктора выгодным.
В своих богословских и астрологических трудах Парацельс задумывался о судьбе Швейцарии: «Если Бог лишает государство своего покровительства, он в дальнейшем попустительствует его разделению». Мир не может быть счастлив, если в нем все продается и покупается. Голоду, войнам, произволу и религиозным разногласиям не должно быть места.
Интерес к астрологии, божественным сигналам во сне или при созерцании природы не оставлял Теофраста всю жизнь. В 1535–1536 годах он написал сочинение «Пророческий проект», посвященный явлениям, связанным с магией и даром предвидения. В нем он отмечал, что любые виды предсказаний подчиняются законам природы: «Вокруг нас есть много такого, чего мы нашими глазами не видим… Почему дует ветер? Кто может оценить его подвижность, даже если он движется вокруг видимых предметов – деревьев, стен и башен? Как измерить его силу? Как это предсказать?»
В 1536 году Парацельс опубликовал небольшое сочинение «Прогноз будущего на 24 года». Но детальные прогнозы он дал только на 1537, 1538 и 1539 годы. А его прогнозы на далекие годы вперед позволяли читателям толковать их по своему усмотрению. Теофраст, в частности, предсказывал, какие страны будут более или менее воинственными. Например, «Германия окажется в состоянии войны, а Франция и Англия будут призывать к миру…». Он предупреждал, что в будущем неожиданно прольется много крови.
Пророчества Теофраста сопровождались размышлениями о падении нравов: «Больше нет ничего волшебного, а есть только шлюхи и распутники, грабители и воры». Парацельс как-то сказал, что у Христа был лишь один Иуда из 12 учеников, а среди его современников наоборот – среди 12 человек в лучшем случае найдется один праведник. Его критическое отношение к окружающему и трудные обстоятельства жизни сопровождали и усиливали друг друга. Он мечтал о возвращении добрых древних времен, когда правители были мудрецами, и призывал людей к евангельской, истинно христианской жизни. Собственно говоря, думал Теофраст, к этому стремился и его друг Михаэль Гайсмайер, только он выбрал чуждый ему путь вооруженной борьбы.
Парацельс немало рассуждал об отношениях между Германией и Францией. Ссылаясь на положение и волю небесных созвездий, он, в частности, пророчил: «Человек, пришедший из Франции, овладеет Священной Римской империей германской нации. Человек этот… назовет себя императором, вернется во Францию, будет причиной многих невзгод, но не удержит за собой ничего… Не следует думать, что он сделается властелином Европы… но созвездия подвигнут его на эти поступки». Толкователи расценивают это как появление Наполеона через несколько веков. Некоторые из них уверяют, что Парацельс будто бы предвидел и дальнейшее развитие отношений между этими странами вплоть до поражения Германии в Первой мировой войне в XX веке.
Прогнозы Парацельса и их толкования не так-то просто читать. Надо знать, например, что Львом он называл папу римского, а Гиперборея – это древняя загадочная страна Севера, которую кое-кто из наших соотечественников отождествляет с Россией. В Интернете встречаются упоминания о прогнозах Парацельса по отношению к России. Великий провидец будто бы предсказал, что Московия возвысится над всеми странами. Ее жители познают и сильный упадок, и грандиозный расцвет. «В этой стране гиперборейцев, о которой никто никогда не думал, что там может случиться что-то великое, воссияет Божественный Свет… и его увидят все жители Земли». По словам Парацельса, золотой век для русских наступит через 500 лет после его смерти, то есть в 2041 году и будет продолжаться до 2091 года.
Прогноз золотого века мог бы порадовать и ободрить российских читателей. Не хотелось бы огорчать их тем, что все это основано на рассуждениях американских оккультистов. А те ссылаются на книгу Парацельса «Оракул» – но таковой нет в академическом собрании его сочинений. Проходят века, а легендам о Парацельсе не видно конца, и это побуждает задуматься о необходимости реальной оценки его деятельности.
Сочинения Теофраста с предсказаниями будущего печатались и покупались, в то время как его главные медицинские труды оставались для современников неизвестными. Астрологические пророчества всегда интересовали людей и в то время были для врачей обычным способом заработка. Оправдывались ли эти прогнозы?
В 1523 году придворный врач императора Георг Танштедтер напророчил, что в следующем году Вена погибнет. В городе началась паника, люди бросали свои вещи и спасались бегством. А когда ни конца света, ни наводнения не случилось, тот же доктор на следующий год предсказал, что в Вене ничего плохого не произойдет. За это жители приносили ему цветы и подарки – он стал всеобщим любимцем. Прославленный Нострадамус, или Мишель де Нотрдам, тоже был врачом, но вошел в историю как знаменитый предсказатель. Парацельс не снискал такой славы пророка. Его прогнозы все же свидетельствуют о том, что он руководствовался не только расположением звезд, а умел анализировать развитие событий и деятельность их главных участников, определять направление изменений в будущем.
* * *
Вернемся к пребыванию Теофраста в Санкт-Галлене в 1531 году. Когда он появился в городе, бургомистр Кристиан Штудер был старше 70 лет, несколько месяцев прикован к постели и смертельно болен. Наши современники, избалованные успехами медицины, привыкли от многих недугов избавляться быстро. А в те давние времена люди страдали даже самыми простыми болезнями долго и на смертном одре могли находиться месяцами или годами. Штудер нуждался в личном враче. Обязанности бургомистра временно исполнял авторитетный городской врач Иоахим фон Ватт (Вадиан), и, казалось бы, Штудер должен обратиться именно к нему. Однако Штудер и Вадиан были очень разными людьми и не питали друг к другу симпатии. Вадиан после ухода Штудера избирался на пост бургомистра каждые три года, вплоть до самой смерти. Штудер был когда-то простым солдатом в армии французского короля, человеком простым и практичным, а Вадиан – известным ученым, реформатом и поэтом. Остальные врачи и лекари в городе не имели ни опыта, ни репутации, чтобы им можно было доверить лечение главы города.
Выход нашелся – купец Бартоломеус Шовингер, женатый на дочери Штудера, предложил тестю пригласить на эту роль известного врача и своего приятеля, с которым он занимался химическими опытами, – доктора Теофраста. Тот поселился в доме Штудера и ежедневно следил за его здоровьем. Организм больного был уже настолько изношен, что доктору оставалось лишь поддерживать его и избавлять от лишних страданий. Уход пациента из жизни нужно было сделать спокойным и безболезненным. Доктор справлялся с этой задачей и прожил в доме больного в Санкт-Галлене больше семи месяцев
