— Вы двое выглядите жалко, — сказал Шепли.
— Им бы было гораздо веселее, если бы они нарочно не строили из себя скучающих, — проворчала Америка.
— Не забывайте… мы не хотели идти, — напомнил им Финч. Америка состроила свою знаменитую рожицу, перед которой я обычно не могла устоять.
— Ну ты могла бы и притвориться, Эбби. Для меня.
Как только я открыла рот, чтобы ответить что-то резкое, Финч дотронулся до моей руки.
— Думаю, свой долг мы выполнили. Ты готова идти, Эбби?
Большим глотком я допила оставшееся пиво и взяла Финча за руку. Мне не терпелось уйти, когда снизу донеслась та самая песня, под которую танцевали мы с Тревисом на вечеринке в честь моего дня рождения, и мои ноги застыли. Я схватила бутылку Финча и сделала еще один глоток, пытаясь заглушить воспоминания, которые вызывала эта музыка.
Возле меня появился Брэд, облокотившись на стойку.
— Хочешь потанцевать?
Я улыбнулась ему, качая головой. Он начал что-то еще говорить, но его прервали.
— Потанцуй со мной.
В нескольких шагах от меня, протянув руку, стоял Тревис. Америка, Шепли и Финч уставились на меня, так же нетерпеливо, как и Тревис, ожидая ответа.
— Оставь меня в покое, Тревис, — сказала я, скрестив руки на груди.
— Это же наша песня, Пташ.
— У нас нет песни.
— Пташка…
— Нет.
Я посмотрела на Брэда и выдавила из себя улыбку.
— С удовольствием потанцую с тобой, Брэд.
Его веснушки растянулись по щекам, как только он заулыбался, позволяя мне первой спуститься на танцпол. Тревис попятился назад, в его глазах медленно появлялась боль.
— Тост! — прокричал он.
Я вздрогнула, поворачиваясь как раз тогда, когда он взбирался на стул, заимствуя бутылку пива у шокированного «брата» Сиг Тау, который стоял ближе всего. Я взглянула на Америку, она смотрела на Трева с выражением боли на лице.
— За мудаков! — сказал он, показывая на Брэда. — И за девушек, которые разбивают твое сердце, — он кивнул в мою сторону.
Его глаза смотрели в никуда.
— И за ебанный страх потерять свою лучшую подругу, из-за того, что ты был таким идиотом, чтобы в нее влюбиться.
Он запрокинул бутылку пива, допил ее до дна, а затем бросил на пол. В комнате повисла тишина, только музыка играла на нижнем этаже, и все пялились на Тревиса в полном замешательстве.
Расстроившись, я схватила Брэда за руку и повела его на танцпол, вниз по лестнице. За нами пошли несколько пар, ожидая, что я заплачу или еще как-либо отреагирую на тираду Тревиса. Я расслабила все мышцы своего лица, отказываясь давать им то, чего они хотели.
Мы немного потоптались под музыку, и Брэд вздохнул.
— Это было…странно.
— Добро пожаловать в мою жизнь.
Тревис прошел мимо танцующих парочек, остановившись позади меня и в одно мгновение поставил ногу между нами.
— Позвольте вмешаться.
— Нет, ты этого не сделаешь. О, Господи! — сказала я, отказываясь смотреть на него.
После нескольких напряженных секунд, я подняла голову и увидела, что Тревис впивается взглядом в Брэда.
— Если ты не отойдешь от моей девушки, я вырву твой ебанный кадык. Прямо здесь — на танцполе.
Решай.
Казалось, что Брэд начал сомневаться: он смотрел то на меня, то на Тревиса.
— Прости, Эбби, — сказал он, медленно отводя руки в стороны.
Он отошел к лестнице и стал там один, униженный.
— То, что я чувствую по отношению к тебе, Тревис, в настоящий момент… очень напоминает ненависть.
— Потанцуй со мной, — умолял он, пытаясь удержать равновесие.
Песня закончилась, и я вздохнула с облегчением.
— Иди выпей еще одну бутылку виски, Трев.
Я отвернулась, чтобы потанцевать с единственным свободным парнем на танцполе.
Заиграла более быстрая музыка, и я улыбнулась своему новому удивленному партнеру, пытаясь игнорировать тот факт, что Тревис находился всего в нескольких шагах позади. Другой член братства «Сиг Тау», танцующий рядом, схватил меня за бедра. Я отступила назад, притягивая его ближе к себе.
Это напомнило мне, как Тревис и Меган танцевали той ночью в «Багрянце», и я изо всех сил попыталась восстановить ту сцену, которую столько раз хотела забыть. Две пары рук блуждали практически по всему моему телу, и было легко игнорировать свою сдержанную сторону, после стольких алкогольных напитков.
Внезапно, я оказалась в воздухе. Тревис перекинул меня через плечо, в то же самое время с силой оттолкнул одного из своих студенческих братьев, повалив его на пол.
— Отпусти меня! — закричала я, молотя его кулаками по спине.
— Я не позволю тебе опозориться из-за меня, — прорычал он, перепрыгивая через две ступеньки.
Глаза всех присутствующих смотрели на нас, как я дерусь и кричу, пока Тревис несет меня через комнату.
— А ты не думаешь, что вот ЭТО унизительно? Тревис!
— Шепли! Донни на улице? — спросил Тревис, уворачиваясь от моих ударов.
— Эмм…да. — сказал он.
— Поставь ее на землю! — закричала Америка, делая шаг нам навстречу.
— Америка, не стой просто так! Помоги мне!
Она открыла рот и засмеялась.
— Вы двое смешны.
Я нахмурила брови, услышав ее слова; я была шокирована и зла от того, что она нашла что-то смешное в этой ситуации. Тревис направился к двери, и я посмотрела на Америку.
— Спасибо большое, подруга!
Холодный воздух пронзил открытые части моей кожи, и я еще громче стала сопротивляться.
— Поставь меня, черт возьми!
Тревис открыл дверь машины, бросил меня на заднее сидение и сел рядом.
— Донни, ты сегодня всех развозишь?
— Да, — сказал он, нервно смотря, как я пытаюсь сбежать.
— Мне нужно, чтобы ты отвез нас ко мне на квартиру.
— Тревис…Я не думаю…
Голос Тревиса был сдержанным, но пугающим:
— Поехали, Донни, или я ударю тебе по затылку и потом изувечу, клянусь Богом.
Донни съехал с обочины, а я ринулась к дверной ручке.
— Я не поеду к тебе!
Тревис схватил меня за оба запястья и я наклонилась, чтобы укусить его. Он закрыл глаза, а затем глухое мычание вырвалось сквозь его стиснутую челюсть, когда я зубами впилась в его руку.
— Давай, покажи, на что ты способна, Пташ. Я устал от твоих штучек.
Я отпустила его кожу и резко дернула рками, пытаясь вырваться.
— Моих штучек? Выпусти меня из этой ебанной машины!
Он поднес мои руки ближе к своему лицу.
— Я люблю тебя, черт возьми! Ты никуда не уйдешь, пока не протрезвеешь и мы не разберемся!
— Ты единственный, кто еще не разобрался, Тревис! — сказала я.
Он отпустил мои руки, и я скрестила их, дуясь оставшуюся часть дороги до квартиры.
