Читаем без скачивания Мы можем жить среди людей - Варвара Еналь

Таис бросила взгляд на экран, заметила:

– Ничего не слышно. Где звуки?

– Их только Эмма может слышать. Мы не можем. Нам и не надо. Это звуки для фриков.

– Антибиотики и мазь взяла? – спросила подошедшая к ней Эмма.

– Да. Все взяла. Мы выберемся оттуда. Вот увидите.

– Выберетесь. Я не сомневаюсь, – тут же согласился Колька, – пошли, что ли.

Подскочил Егор и передал Колючему свой наушник.

– Вот, пусть будет у вас. Здесь с ними будет связь. Если что…

– Давай, очень кстати. Таис расскажет, что и как. А мы можем подсказать, где выход.

Вот теперь ее сон сбылся по-настоящему. Пока Эмма и Колька возились с замковым разъемом, Таис смотрела на дверь и прислушивалась к звукам. Там, за железными сомкнутыми створками, вдруг стало тихо. Совсем тихо, точно за ними находилось безмолвное пространство космоса.

– Работает сигнал тревоги, – тихо проговорила Эмма, – они уходят. Они уже отступили.

– Откуда ты знаешь? – так же тихо спросила Таис.

– Эмма знает. После расскажем тебе. Эмма точно знает, – не оборачиваясь, проговорил Колька.

В руках он уже держал снятую панель замка. Эмма помогла ему с подсоединением к разъему. Таис не присматривалась к тому, что они делали.

– В общем, так, – сказал Колька, – мы начинаем открывать дверь. Ты быстро проскальзываешь в проем, и мы закрываем. Связь у нас через наушники. Как только начнете выбираться – просигналите. Мы откроем.

Таис кивнула, сжимая в правой руке рукоять меча. Все понятно, чего тут непонятного?

Створки медленно поползли в стороны. Точно так же, как было в ее сне. До странности знакомо, до холода в сердце страшно. Тихо, неумолимо проступал мрак за створками. Туда, в темноту, она должна войти одна. Совершенно одна. И найти в этой темноте… Свою судьбу найти. Саму себя. Определиться раз и навсегда – кто она, Таис Зобова.

– Удачи, – тихо шепнула Эмма.

Таис еле заметно улыбнулась и ловко скользнула в темный проем. Тут же створки остановились и поползли обратно. Сухой щелчок, и мрак обступил, нахлынул густой, холодной волной. Таис включила фонарик, ремнями прикрепленный на лбу, оглядела пол. Поцарапанная когтями резина, в некоторых местах подранная в клочья. Шумное дыхание и сопение где-то впереди. Полукруглый потолок над головой. Жаль, что тут не работает электричество.

Только бы Федор не отключился, иначе придется долго искать его тут, в темноте.

– Федь, ты слышишь? – тихо спросила.

Услышала такой же тихий ответ:

– Да. Стая около меня. Ты где?

– Я тут, в чертовых ангарах. За дверью. Как мне тебя найти?

– Как ты прошла?

– Со мной все в порядке. Стаи около меня нет. Объясни, где ты?

– Мне удалось отползти вглубь по вентиляционным шахтам. Сейчас попробую определить, куда тебе идти…

Голос у Федьки хриплый и слабый. Он часто дышит и останавливается, чтобы передохнуть. Видимо, потерял много крови.

– Иди прямо, никуда не сворачивая до первого перекрестка, – велел наконец Федор.

Отлично, хоть какие-то указания. Неужели у них все получится? Неужели сейчас она найдет Федьку?

Таис двинулась вперед, поворачивая голову так, чтобы фонарик освещал углы и повороты коридора. Темно и холодно. Пусто. Но твари здесь.

Они все здесь, где-то в темноте. Таис слышит их ворчание и дыхание. Чувствует их присутствие. Она один на один со стаей, и ей никто не поможет в случае нападения. Если вдруг те самые звуки на планшете, которые не слышны, но которые работают, если эти звуки перестанут работать, стая накинется на нее, как на законную добычу. И тогда…

Лучше не думать, что будет тогда. Лучше вообще сейчас не думать. Просто идти вперед до первого перекрестка.

На самом деле стая животных – это их прошлое. Прошлое всех детей станции. И возможно, будущее. И для Таис тоже стая может стать будущим. Если только она не найдет Федора. Ей надо спасти его. Она спасет Федьку, а Федька спасет ее. Это взаимовыручка, это тесная связь, которая и зовется любовью. А без любви все превращаются в чудовищ…

– Я пришла, – сказала Таис.

– Тогда поверни направо. Я попробую сейчас добраться к тебе, если получится…

– Должно получиться. Федь, ты точно не перепутал? Вдруг ты в одну сторону двинешься, а я в другую?

– Не болтай… – тихо проговорил Федор.

Таис поняла, что он пытается ползти. Обычно вентиляционные шахты слишком узкие, и взрослые парни в них не помещались. Значит, Федька или не в вентиляции, или тут другая вентиляция. Просто повезло Федору, очень повезло…

Где-то в темноте раздался стук железной решетки. Таис кинулась туда и чуть не споткнулась обо что-то живое и теплое. Заорала так, что эхо бешеными скачками запрыгало под потолком.

– Что случилось? – тут же прохрипел в наушниках Федор.

– Нормально все, – пробормотала Таис, наклонившись.

Она не могла поверить своим глазам. Под ногами у нее сидел, сжавшись, крошечный звереныш. Детеныш-фрик. Пушистый, большеглазый. С коротеньким хвостиком-пумпочкой. Смешно и беззвучно открывал рот, полный мелких беленьких зубков, и жалобно щурил темные глаза.

– Тебя бросили? – спросила Таис и осторожно присела, так, чтобы вовремя закрыться, если звереныш бросится на нее.

– Ты с кем говоришь? – не понял в наушниках Федор.

– Тут зверек, Федь. Мелкий такой, ужас просто…

Таис осторожно прикоснулась к голове зверька и погладила. Тот тут же припал к резине пола, зажмурился и еще раз жалобно раскрыл пасть. Видимо, он издавал какие-то звуки, но Таис их не могла услышать.

– Тебя тоже бросили, малыш… – проговорила она, потом поднялась и сказала, обращаясь к зверенку: – Они всегда бросают. И нас тоже бросили. Так что привыкай к своей доле, малыш.

Сказала и пошла дальше. Откуда тут этот зверек? Стая что, стала размножаться? Ничего себе, этак никаких мечей на них не хватит, если они будут рожать себе подобных. И сколько детенышей тут, в этих ангарах? Может, и гнезда тут есть?

– Кошмар какой-то… Ты где, Федь?

В ответ совсем рядом громыхнула железная решетка вентиляционного люка.

Это были не вентиляционные люки. Это были старые шахты для труб. Тонкие блестящие трубы проходили в них бесконечными дорогами. Как Федька умудрился забраться в них – оставалось загадкой.

Таис сначала увидела руку друга, чуть придерживающую решетку. Тут же кинулась вперед и перехватила из холодных пальцев злополучный, сильно погнутый металл. Следы лап с когтями оставили вмятины на простеньком решетчатом узоре.

– Я пришла, Федь, – торопливо заговорила она.

Показалась Федькина голова. Лицо перепачкано кровью, бровь и щека расцарапаны.

– Не смогу сам выбраться, наверное… – тихо проговорил он. – А ты – балда, что пришла сюда.

– После поругаешь. Коль, слышишь меня?

– Слышу, – тут же отозвался Колючий.

– Ого, у тебя поддержка, – попробовал пошутить Федор, но шутка вышла не очень веселой.

Он морщился и изо всех сил сдерживался, чтобы не застонать. Таис видела это и чувствовала, как сжимается все внутри от страха. Как сильно ранен Федор? Что, если она пришла слишком поздно?

Чтобы выбраться головой вперед из узкого отверстия, Федору пришлось упереться руками в пол. Как раз это у него вышло очень плохо. Он охнул, дернулся. Таис подхватила его за плечи и при скупом свете фонарика разглядела широкие рваные полосы на правом плече и запястье. Фактически вся правая рука была здорово подрана.

– Ничего себе, – выдохнула Таис, проглотив комок в горле.

Помогая другу, она чувствовала, как становятся липкими руки.

Сколько тут крови… мамочки родные, сколько тут крови…

– Мне удалось перевязать запястье и остановить кровь, – пробормотал Федор, сваливаясь на пол.

Он перевернулся на спину и улыбнулся:

– Пришла все-таки за мной, мартышка…

Старое детское прозвище, которое Федор дал ей еще на Втором уровне, теплыми звуками дернуло сердце. Торопливо смахнув навернувшиеся слезы, Таис громко заговорила, прижимая наушник:

– Он жив, я нашла его. Слышишь, Колючий. Попробуем выбраться.

– Руку я перевязал, но что с ногой – не могу понять, – снова заговорил Федор, – видимо, вывих. Или перелом.

– Ты сможешь встать?

– Попробую.

Встать Федор не смог. Вообще. Любой упор на поврежденную ногу вызывал у него крик боли. Он падал вниз, ругался.

– Это бесполезно, – выдохнула Таис, – придется ползти. Или нести тебя.

Она подстроилась под плечо Федора, попробовала помочь ему подняться. Тот снова закричал от боли, но удержал равновесие. Уперся рукой в стену и с усилием сказал:

– Зря ты пришла сюда. Все равно я не смогу выйти… вот же черт!

– Еще как сможешь. Даже не думай, без тебя я не уйду. И точка.

Внезапно в наушнике зазвучал голос Эммы.

– Ребята, всего в двух шагах ангар от вашего поворота, где находятся диспетчерские рубки. Там вы найдете укрытие, воду. Там можно будет обработать раны Федора. Там есть свет и удобства. Таис, попробуй довести Федора туда. Правда, в рубку придется забираться по лестнице. Мы там были с Колючим и Вовкой.