— Вчера ночью, через два часа после полуночи, он украдкой пробрался к колодцу рядом со стройкой и что-то в него бросил, — бесстрастно доложил главный Ленин телохранитель. — После этого вернулся в дом. Гвардейцу сказал, что выходил по нужде, живот прихватило после обильного ужина, а потом прогулялся, чтобы освежиться. Диран спустился в колодец, достал это и отнес Милиту. Кроме нас двоих это видел Далин.
— И ты готов даже к допросу мага? — склонила голову набок Странница. — Мага-человека?
— Готов, — не дрогнул эльф. — Мне нет нужды лгать, Светлая. Для нас он не опасен. Но он опасен для тебя.
— Фар, а ты готов к допросу мага? — спросила Странница, слегка подрастеряв свою приветливость. Даже, пожалуй, с угрозой спросила. Тот отчаянно затряс головой. — Что это за сверток?
— Интересный материал, — сказал Милит. — Через несколько дней он растворился бы в воде и вот… — Он вспорол ткань. Завоняло так, что Лена даже шарахнулась. — Полуразложившийся труп животного.
— Здорово, — присвистнул Маркус. — Странница уходит, а через несколько дней эльфы вдруг начинают болеть… или умирать. Что все подумают, Светлая? Где ты только такого прохиндея нашла?
— Допросите его, — вдруг приказала Странница. — Кто тут наиболее сильный маг, ты, Владыка?
— Наиболее сильный — я, наиболее умелый в допросах — Кавен.
— Допросите его.
— Светлая, — слегка озадачился Гарвин, — это имеет слишком уж тяжелые для человека последствия.
— Это уже моя забота, эльф, — отрезала Странница. Ага. Значит, избавление от последствий допроса мага — вовсе не Ленино изобретение. А поделиться не могла, стерва такая…
Фар пятился. В ужасе. Знал он, что такое допрос мага и что не станет Светлая его исцелять, ежели он вдруг действительно виновен. Далеко упятиться ему не дали лучезарно улыбавшиеся эльфы. Так, наверное, людоед сияет перед потенциальным ужином. Уперевшись рюкзаком в эти улыбки, Фар рухнул на колени и взмолился:
— Будь милостива, Светлая! Я все скажу и так, не надо магов!
— Что это за тварь?
— Крыса… Чумная крыса, Светлая.
— Зачем? Зачем, Фар?
— Эльфы! Они мерзки! Они… они убийцы, Светлая. Они убили мою жену, и пусть я ее не любил, но жизни-то она была достойна… Пусть они все умрут, все равно никто никогда на тебя не подумает! Этот материал растворится не через несколько дней, а через несколько недель, и тогда…
— Вот дурак, — прокомментировал Милит, — даже не соизволил поинтересоваться, болеют ли эльфы чумой.
— Люди болеют, — добавил Гарвин. — И умирают. Вымирают даже. Вот, например, посол. Или Карис. Или Аиллена.
Стена эльфов стала гранитной. Лучезарные улыбки растаяли, как не было. У всех моментально появилось выражение лица черных — непроницаемая готовность ко всему. И не посла ведь им жалко, и даже не Кариса. Странница покачала головой.
— Догадывалась я, что ты в некотором роде мерзавец, да думала, что мерзавец ручной, а оказалось такой, что дальше некуда… Ты сестру мою решил убить? Светлую? Отравить воду…
— Не отравил бы, — хмыкнул Гарвин. — Мы предусмотрительные. Не он первый готов бросить дохлую крысу в колодец эльфов. Там, Светлая, частая решетка, которую регулярно проверяют. Особенно если в Тауларме посторонние.
— Жаль, — искренне сказала Странница, — а то я б его в этом колодце утопила. Что вы будете с ним делать, эльфы?
— Это твой спутник, Светлая, — поклонился Лиасс. — Тебе и решать.
— Мне? Ну спасибо, Владыка. Снимай мешок, Фар. И не бойся. Я просто отведу тебя в мир, где нет эльфов. А люди есть, ты не бойся. — Она схватила мужчину за руку и пропала. Наверное, Лена исчезала так же.
— В Трехмирье? — спросил в пространство Гарвин и за пространство ответил: — Скорее всего. Там и правда нет эльфов.
Странница возникла ровно на том же месте, Мне б так научиться, а то вечно в паре миль выносит.
— Я прошу у вас прощения, эльфы, — поклонилась она. — Спасибо, что присмотрели за ним и не дали свершиться такой гнусности. Вы вправе меня подозревать…
— Не говори глупостей, — перебил ее Гарвин. — Вы можете проклясть целый мир, но не можете убить одного эльфа. Ты тут уж точно ни при чем, Светлая.
— Никто тебя не подозревает, — мягко сказал Лиасс. — Ты неспособна на зло. Я вижу твою ауру, Странница. Она светлая. Ты не знала о его планах.
— Зато знала, что он не любит эльфов, — проворчала она. — Ну что ж… Я все равно виновата, потому что именно я привела его сюда. Простите меня, эльфы. И позвольте благословить ваш славный город Тауларм и вашу землю. Пусть рожденные здесь дети никогда не узнают, что такое война.
— Так не бывает, — буркнул упрямый Гарвин.
— Пусть они никогда не узнают, что такое война людей и эльфов. Я желаю вам мира. Искренние желания двух Светлых непременно сбудутся. Спасибо и тебе, сестра. Еще увидимся.
Она легко подхватила обширный мешок и снова исчезла. Но как-то иначе. В другой мир, наверное.
— Хорошая женщина, — одобрительно сказал Милит. — Светлая.
— Ну да, — без восторга согласился Гарвин. — Это верно. Зря я ее пугал.
Лиасс покачал головой и пообещал:
— И за это ты у меня еще получишь. Аиллена, ты расстроена?
— А что, эльфы не болеют чумой?
Эльфы деликатно захихикали.
— Болеют, — сказал Лиасс. — Случается, даже умирают. Но редко. Мы вовремя прекращаем мор.
— И позволяете уйти заболевшим?
— Иногда, — согласился он. — Когда не можем вылечить. Аиллена, мы всегда присматриваем за чужаками. Присматривали поначалу и за Проводником и даже за полукровкой. И за Карисом и послом. И за всеми торговцами, которые к нам приезжают. У нас большой и горький опыт знакомства с людьми. Но за Странницами — нет, потому что они действительно неспособны на зло.
Гарвин что-то пробормотал. Лена догадалась: ага, только по мелочи — мир проклясть… Шут обнял ее за талию, причем довольно крепко, чтоб Лена не высвободилась. Ну и зачем демонстрировать… а впрочем, какая разница, Ариана вон тоже со своим орлом в обнимку стоит. Орел-то орел, а с Маркусом она охотно флиртует.
* * *
Снег начал таять так же стремительно, как падал в начале зимы, и Лена напросилась с послом в Сайбу. Конечно, шут и Маркус не остались в лагере. Им были рады, уж во всяком случае показывали свою радость. Родаг первым делом продемонстрировал ей шедевр картографического искусства: огромную карту Сайбии, на которой официально была выделена территория эльфов со столицей Таулармом. Карту он хотел подарить Лиассу, и Лене показалось, что даже циничному Владыке это будет довольно приятно — снова увидеть слово «Ларм» на карте государства.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
