monster in your head and then you'll fly
Fly, phoenix, fly
It's time for a new empire
Go bury your demons then tear down the ceiling
Phoenix, fly
Cailin Russo and Chrissy Costanza, Phoenix
«Santa Maria, я понял. Ты не мне послала байхантку, а меня — ей. Она — неокрепший мост, ей требовалась опора. Но меня подрубили. Я — король на краю доски, меня хотят съесть, и я в окружении. Раньше я был не готов, однако теперь скажу: если это твой замысел — я приму его. Прошу, позаботься о тех, кто был ко мне добр».
Дав молился за рулём. Дорогу освещали частые фонари, на вывесках и рекламных щитах включили ночную иллюминацию. Давиде подумал, что если бы создавал Орден вампироборцев, выбрал бы символом источник света — свечу или лампаду. Вампиры лучше охотились в темноте, а охотники, напротив, нуждались в огне как в оружии. Но Игнатий Вифлеемский настоял на коле и цепи. Чувствовал, что не свет составлял его суть?
Давиде проиграл. Проигрывать следовало с честью, не отдавая до крохи всё.
За Нэнси его пригласили заехать в «Пса», и он, разумеется, отправился не туда. Всё повторялось, как в кривом зеркале: его выманивали на неё, планируя уничтожить. Только утекло уже много лет и надежд, и не он обещал защищать её, а она его. И Дав, наконец, отпускал их обоих.
Он не рассчитывал на успех, просто не желал сдаваться без боя. Они имели дело с масштабной преступной схемой со множеством участников, с логистикой, с финансовыми потоками и побочными бизнесами. Такое невозможно провернуть без основательной документации. А поскольку одним из организаторов в Краствиле являлся тот ещё ретроград, не пользующийся компьютером, информация точно хранилась где-то в виде стандартных бухгалтерских книг. Найти бы их…
Охотница настырно пыталась до него дозвониться. Он добавил её в чёрный список и успел прочитать краткое «Прости, итальянец, отбой» от О’Нелли. Это сообщение было одним из десятков похожих. Все от него откалывались. Теперь ещё и кучу трупов повесят.
Вышел Давиде у Дома вампиров, где на него накинулись изголодавшиеся журналисты. После беспорядков в Дом впускали лишь своих, репортёры мокли под дождём у ограды. Дав приветливо помахал им:
— У меня важная информация для мистера Найтингейла. Возможно, банда, которую поймали — не единственная.
Обаятельно улыбнувшись, он приложил к воротам ключ-карту.
— Сис, это шутка?
— Просто держу в курсе.
— В смысле «в курсе»?! Ты понимаешь, как я буду себя чувствовать, если не пойду?!
— А ты пойдёшь?
К её досаде в интонацию прорвалась надежда. Они с Лином были сработаны, и в паре бы точно всё получилось.
Лин громко дышал в трубку. Долго дышал.
— Мама не оценит, если я закончусь из-за какого-то вампа. Я не имею права так с ней… И ты тоже!
— Привет передай.
Гудки.
На лесопилке Гаусс воскликнул «Да они что, бесконечные?», и то была чертовски верная фраза. От пары десятков прислужников Альберта и пары десятков охотников осталась примерно половина, а в Доме обитали только вампиры. Правда, по-настоящему опасные вампиры: и Виконт, и Мартин не уступали Даву в силе и умениях. А ведь с ними ещё и Лиззи, и охранники…
Дав шикнул на высунувшегося молодого найфа, и тот шмыгнул в комнату видеонаблюдения. До кабинета добрался без препятствий. Охрана Альберта при виде Давиде отступила, и у него засосало под ложечкой от дурного предчувствия. Он вошёл в кабинет и закрыл дверь за собой на ключ, держа при этом виконта на мушке.
— Ну и что это за спектакль? — спросил Найтингейл, поглаживая пальцами старомодный револьвер «Вибли». К столу прислонялась трость с массивным навершием. Напускная немощность Альберта улетучилась, плечи расправились, демонстрируя аристократическую осанку. Даже кожа словно подтянулась, и дряхлый старик превратился в жилистого.
— Сдавайся, — сказал Давиде патетически. — Ваша авантюра с синтезом сыворотки закончена.
— О, и кому же ты на неё пожалуешься?
— В этой стране достаточно честных полицейских.
— Не спорю совершенно. Только нет ничего плохого в маленьком бизнесе, когда выкинутые на обочину найфо добровольно жертвуют кровь. Да, бизнес нелегальный. Но штрафы подъёмные, — он осклабился, обнажая чересчур хорошие для внешнего возраста зубы.
— Вы не всех доили добровольно. Охотники загоняли вам найфо, которых сцеживали целиком.
Найтингейл изогнул бровь.
— Синьор, ты себя хорошо чувствуешь? Ты бредишь.
— Думаешь, не получится отследить переводы? Привязать их к пропажам?
— Вряд ли.
«Наличные. Они расплачивались наличными. Без документов ничего не доказать».
—…Кстати, твоя телохрани…— не договорив, Виконт на полуслове выпустил пулю. Давиде метнулся в бок, врезался в книжный шкаф, и книги обрушились с зашатавшихся полок. Пуля — слава Спасителю, свинцовая! — пронзила предплечье. Вскочив на стол, виконт тростью выбил пистолет Дава и продолжил
