Выдохнул в самые губы.
А как мы пришли в замок, так выяснилось, что к вечернему застолью в замок приехал маркиз. Он сидел прямо напротив меня и изредка посматривал неким таинственным взглядом. Переговорить с ним получилось только после ужина, когда все покинули свои места. Я вышла на открытую террасу подышать перед сном свежим воздухом, а он, прихватив со стула мною забытую накидку, последовал за мной.
— Ну, здравствуй, милая, — набросил теплую ткань мне на плечи и встал рядом. — Не будешь против, если я закурю?
— Совсем нет. Мой папа иногда курит сигары. Мне это должно быть напомнит его.
— Ах, да, папа! Наслышан. Вы с ним встречались. Оттого так и задержались в Реномере.
— А я слышала, что это ты спохватился и обнаружил мою пропажу из Амвия. Вычислил последующие мои действия, точно угадал, что появлюсь в Реномере и доложил об этом герцогу. Там уже обнаружить карету на дворе гостиницы стало делом одного часа.
— И чем ты недовольна? Да, я волновался за тебя. А ты? Хорошо поступила? Исчезла и не предупредила меня ни одним намеком. А у нас с тобой, милая, между прочим, был договор. Ты помнила про него?
— Имеешь в виду, что начали изображать из себя возлюбленных?
— Именно, что начали. А теперь герцог объявил, что назначил тебя, золотко, своей фавориткой. Представляешь, каким дураком я после этого выглядел?
— Извини меня, Георг. Кто же знал, что все так получится?!
— Легко сказать, извини! А от меня еще ни одна любовница не уходила по собственной воле. Не трудно представить, что сейчас чувствую.
— Так и я тоже… не по своей. Если хочешь знать, то я…
— О чем воркуете, голубки? — неожиданно за нашими спинами возник Уильям.
— А-а! Виль! — с радостным возгласом развернулся к другу маркиз.
А я удивилась, отчего бы это ему было изображать сейчас перед герцогом, что вышел на террасу за мной следом лишь для того, чтобы передать накидку. Неужели серьезно опасался вызвать у того какие-либо подозрения на наш счет? Странно это было, они же друзья, не разлей вода.
— Ты уже назначил день бала, Ви? — продолжал занимать друга разговором маркиз. — Через неделю? Это день в день, значит? А успеешь все подготовить? Король на этот раз, наверное, не сможет приехать?
— Не знаю. Как будет себя чувствовать. Пока вести о его здоровье не очень утешительные.
— А по какому случаю бал? — подала и я голос.
— У господина твоего сердца день рождения, Аглая. А ты не знала?
Но так получилось, что я сначала большее внимание обратила на слова «господин твоего сердца», и лишь потом до меня дошло, что совсем скоро Уильяму, как и мне, исполнится двадцать три. Выходило, разница в нашем с ним возрасте была не год, а несколько месяцев.
— Надеюсь, я приглашен на торжество? — рассмеялся Георг, но в его смехе заподозрила легкую тревогу. Или мне только показалось?
— Как же без тебя? — улыбнулся ему Уильям, но почти сразу после этого ухватил меня за руку и потянул с террасы. — Вечером, и правда, посвежело. Пойдем, дорогая, в тепло. Не хотелось бы мне, чтобы ты подхватила простуду перед балом. Уверен, что станешь на нем блистать, даже не терпится дождаться этого зрелища. Да…Георг! Ты, должно быть, уже домой поедешь? Так доброй ночи тебе, друг мой.
Ночевал герцог снова в моей постели. Оставался в ней почти до утра, лишь с первыми лучами солнца уходил к себе. И когда он был рядом, я забывала обо всем, но стоило остаться одной, как начинала кусать губы. И как иначе, ведь шли самые благоприятные для зачатия мои женские дни. Не мудрено, что до завтрака ощущала себя совсем разбитой по этим самым причинам. А потом приходило время занятий верховой ездой, и они помогали отвлечься от тревожных мыслей. А вечерами повадилась подолгу засиживаться за чтением книг в библиотеке, обнаруженной на третьем этаже замка. И так день шел за днем. И уже подходила к концу неделя.
Приготовления к празднику были на лицо. Многие залы, лестницы и главную площадь перед парадным входом уже успели украсить. А к сроку приема гостей к цветным огням, развешанным там и тут, добавились гирлянды из лент и живых цветов. Получилось очень нарядно, и отлично поднимало настроение у всех обитателей замка, начиная от слуг и кончая нами с Ангелиной. Надо признать, что эта девушка почти всегда выглядела жизнерадостной, а тут улыбка вовсе перестала сходить с ее лица. Я еще задавалась вопросом, что являлось источником ее неизменного хорошего настроения? Мне бы такое!
— Аглая? А ты в каком платье будешь на балу? — спросила она меня всего за день до торжества. — Мне Виль неделю назад подарил голубое великолепие. Сказал, что этот цвет изумительно подходит к моим глазам. А ты, какое наденешь?
Только тогда я осознала, что бала действительно не избежать. Вот оно, время шло-шло и приблизило час моего позора. До того все как-то не верилось, что такое случится. А еще слова о подарке в виде платья навели на мысль, что не только меня, оказалось, посещал любвеобильный герцог. Интересно было знать, когда же это было у него с Ангелиной, если мои ночи все до одной наполнял своей страстью. И вот оно, случилось. Я их застала. Вернее было сказать, засекла присутствие Уильяма в спальне этой рыженькой девицы. Все из-за того, что мне понадобилась заколка для волос. А Ангелина сказала, что у нее таких, какие мне были нужны несколько.
— Могу уступить тебе одну или пару, если хочешь. Пришли горничную ко мне перед балом. Я ей передам.
Но я отправилась в ее покои сама. Не знаю, что на меня нашло, пошла и все. И не совсем перед самым балом, а за несколько часов до него, вернее сразу после послеобеденного отдыха. Вошла, предварительно постучав, но не очень дожидалась ответа. Возможно из-за того, что из-за дверей слышался громкий и веселый смех Ангелины.
— Могу я войти? — спросила и толкнула дверь ее спальни.
А там, на краю постели, сидел герцог. Правда, полностью одетый. Только Ангелина в тот момент примеряла новый гарнитур из голубых бриллиантов, очень похожий
