Но и бездействовать, пока девушка умирала, он тоже не мог. Так что Алистер подхватил Инну на руки и выскочил в коридор вслед за Мизуки. В дверях он обернулся:
– Если Инна умрет, я тоже умру, так что ты добьешься своей цели. Но перед тем как уйти, я заберу тебя с собой.
– Доктор Кроссман, быстрее! – крикнула Мизуки.
Алистер побежал за ней. Но куда им бежать? Здание было огромным, к тому же заполненным сотрудниками, которые, правда, слишком беспокоились из-за взрывов, чтобы обращать на них внимание. Они растерянно замерли посреди коридора. И в этот момент атомы в их телах как будто разбежались в стороны, а потом передумали и все-таки вернулись на свои места. Только оказалось, что больше они не в коридоре.
Доктор Вебер, с потерянным лицом сидящий у лабораторного стола, подскочил на месте, увидев их появление. Алистер в шоке оглядывался, не понимая, как он тут оказался, но Мизуки сориентировалась быстро.
– Доктор Вебер! – воскликнула она. – Инна умирает. В ее крови какой-то яд. Клод дал нам это, – она протянула врачу пробирку. – Вы можете сказать, это ей поможет или нет?
Вебер без лишних вопросов взял предполагаемое противоядие и вылил в какой-то агрегат для химических опытов. А потом повернулся к Алистеру и сказал:
– Мне нужно взять у нее немного крови.
Мужчина быстро посадил Инну на один из стульев. Вот только она по-прежнему была без сознания, а потому тут же начала падать. Алистер ее придержал, пока доктор Вебер брал кровь из вены. Дыхание Инны было таким тяжелым… Алистер с отчаянием подумал, что они опоздают. Ему хотелось просто влить ей эту жидкость в рот… Но что, если Клод наоборот, принес что-то, что ее убьет? Этому парню больше не было доверия. Лучше дать Веберу возможность убедиться.
Врач тем временем уже что-то химичил над столом. Мизуки мерила шагами комнату и поторапливала его, в то время как Алистер по-прежнему придерживал Инну, не забывая проверять пульс. Тот становился все более редким. На глаза мужчины выступили слезы, которые он даже не стал вытирать. Он уже потерял своего лучшего друга. Если еще и Инна умрет… Алистеру показалось, что он смотрит в бездну. Бездну отчаяния, в которую он вот-вот упадет. Мир казался таким жестоким и бессмысленным… Почему он не покинул его много лет назад, когда его оставили две важнейшие женщины в его жизни – мать и Эшли?
Кстати, об Эшли. Что с ней? Последнее, что Алистер помнил, это как Андмор бил ее так, словно она воплощала собой все, что он ненавидел. Потом она перестала кричать, и Алистер не решился на нее посмотреть. Возможно, она еще жива, и, если Инна… Нет, покачал он головой. Даже если Эшли выживет после этих побоев, он больше никогда с ней не будет. Она раз за разом предавала его, а потому точно не станет той, кто поможет ему удержаться. Так что Алистер наклонился и поцеловал Инну в лоб, хоть та и не могла почувствовать. Вот единственная, кто может ему помочь.
– Да! – вдруг воскликнул Вебер. – Это противоядие. Насколько я понимаю, его нужно ввести внутривенно. Мизуки, подай мне стерильные иглы из того шкафа.
Та стрелой пронеслась по комнате и вернулась с какой-то коробкой. Алистер наблюдал за тем, как Вебер набирает противоядие в шприц. Он боялся надеяться. Что, если уже слишком поздно? Зачем Алистер столько тянул? Врач подошел к своей неподвижной пациентке, закатал другой рукав и воткнул иглу в вену. Лекарство медленно вошло в кровь.
– И что теперь? – хрипло спросил Алистер.
– Теперь будем ждать, – сказал Вебер.
И он ждал. Ждал полчаса. Ждал час. Цвет кожи возвращался, пульс выравнивался, дыхание стало более легким, но все же Инна не приходила в себя. Все это время Алистер стоял рядом с ней, мягко придерживая девушку за плечи, и даже не шевелился. Мышцы болели, тело затекло, Вебер много раз предлагал ему сесть. Но Алистер лишь качал головой.
В лабораторию зашла та, другая Инна. Алистер даже не посмотрел на нее, но он не мог не слышать. Светлана убила практически всех людей на Земле, кроме тех, что находились в заповедных зонах, а также детей. Ависоны сейчас облетали на своих кораблях планету в поисках выживших. Говорят, что это не более чем 0,05 процента взрослого населения Земли, плюс почему-то все форисяне. Рассудив, заведующая решила, что форисяне заслужили уважение Светланы тем, что не разрушили планету, на которой жили. А дети, по ее мнению, были еще слишком невинны и не так вредили экологии, как взрослые. Дети не успели сформировать свои характер и мировоззрение, а значит, их можно было перевоспитать и внушить им все, что нужно. Вебер признал, что еще во время их со Светланой совместных исследований на корабле квантовитов они пришли к выводу, что дети скорее трансляторы, чем генераторы собственных идей. В общем, поэтому она оставила детей в надежде, что им можно еще объяснить, как нужно обращаться с планетой. Только теперь выживших взрослых не хватало для того, чтобы о них позаботиться. Заведующая рассказала, что дети в панике, не слушаются и убегают от странных птиц, которые пытаются доставить их в пункты сбора – выделенные им для временного проживания дома. Но даже те, кого удалось уговорить пойти с ависонами, без конца плачут. Выжившие взрослые пребывали в растерянности. Они не знали, как помочь бедным сиротам, как теперь их кормить, если рабочих рук не хватало, как обеспечить им жилье… Ависоны послали сигнал на свою планету за новыми кораблями с помощью, но пока те не прибыли, мир находился в отчаянии.
Светлана уничтожила не только большую часть взрослых Земли, но и многие колонии на Марсе, Венере и Луне. Космическую платформу Эйрену не тронула. Теперь оттуда спускаются корабли с волонтерами, помогающими пострадавшим и осиротевшим детям.
Андмора и нескольких выживших квантовитов заключили под стражу. Остальные представители этой расы либо мертвы, либо по-прежнему в квантовой реальности, откуда их никак не достать. Регулятор не переставая смеется, и многим кажется, что, лишившись связи с другими своими версиями, он заодно лишился и рассудка. Возможно, это и произошло с его сородичами – все-таки они, в отличие от людей, не были созданы для такой жизни.
Рассказав все это Веберу и Мизуки, Инна Викторовна повернулась к Алистеру. Так как мужчина на нее не реагировал, она подошла к нему ближе и со вздохом произнесла:
– Эшли Маклейн мертва. Полученные ей травмы несовместимы с жизнью, и даже медицина ависонов тут бессильна. Говорят, она Ваша
