Виант окинул взглядом участок позади дома. Да, это и в самом деле огород. Соток двадцать, может быть даже все двадцать пять, убранными грядками, фруктовыми деревьями, одной большой теплицей и плодовыми кустами. Под отдых на свежем воздухе оставлен клочок пять на пять метров. Именно на нём стоит навес от дождя, гриль, круглый столик и три пластиковых стула.
Шарики и ролики в голове зашуршали несколько веселей. Урожай собран подчистую. Те же грядки старательно перекопаны, теплица разобрана, под кронами яблонь ни одного яблока, даже гнилого, а на кустах не видно ни одной ягоды. Вообще-то, ещё только вторая половина сентября. Может, для столь тщательной уборки ещё рано. Может, хозяева таким образом решили подстраховаться.
– Инга, ты ведь дом осмотрела, – Виант схватил напарницу за плечо.
– Пока тебя искала, – Инга сердито стряхнула с плеча лапу Вианта.
– Кладовка. Ты видела хоть что-то похожее на кладовку?
– Спрашиваешь, – Инга усмехнулась. – Там такая…
– Веди! – Виант перебил напарницу.
Инга подозрительно глянула на него, но ни ругаться, ни уточнять не стала. Вместо этого она молча развернулась и потрусила в глубь дома. Виант направился вслед за Ингой. Неужели сейчас последний пазл головоломки встанет на место?
Пробежаться по первому этажу конкретно этого коттеджа Виант так не успел. Но всё равно не удивился, когда знакомой дорогой Инга привела его на кухню. Стандартный проект, первые два дома, которые Виант успел осмотреть, имеют точно такую же планировку. Хотя не совсем.
– Кладовка здесь, – Инга остановилась перед небольшой дверцей.
В двух других домах на этом самом месте нет никаких дверей, только кухонный стол. Впрочем, Виант подбежал ближе, ничего удивительного. Это небольшая и не слишком дорогая переделка.
Как и везде в доме, небольшая дверца на кухне распахнута настежь. Вниз уходит деревянная лестница. Ого, Виант перепрыгнул через порог, а кладовочка здесь и в самом деле более чем основательная. Это не кессон с вертикальной лестницей, а небольшой домашний склад. Переделка тем более знаменательная, ибо в однотипных коттеджах подвал отсутствует в принципе. Как не сложно догадаться, это ещё одна очень приятная для покупателей экономия расходов на строительство.
В пространстве три на пять метров царит полумрак. Электричества нет, на потолке три светильника слабо блестят стеклянными полусферами. Однако и так можно рассмотреть, что стены маленького склада обшиты светлыми рейками. Широкие деревянные полки до самого потолка. Кладовка не по дизайну, но по духу напоминает кладовку в доме лесника. Виант на миг закатил глаза. Боже, как давно это было. Только в прошлый раз многочисленные полки были заставлены самой разнообразной домашней снедью и промышленными консервами. Здесь же шаром покати. Пыли и той нет.
– Великолепно! – с восторгом выдохнул Виант.
– Чего тут хорошего? – недовольно спросила Инга. – Ни хрена тут нет. Вон, – Инга поднялась на задних лапах, – чистота какая.
– Вот именно, что чистота, – радостно согласился Виант.
– Всё равно не понимаю, – решительно заявила Инга.
Понятно, Виант улыбнулся, придётся объяснить на пальцах. Инга – коренная москвичка. Ни со стороны отца, ни со стороны матери у неё нет деревенских бабушек и дедушек. Династия учёных, конченных интеллигентов, если коротко.
– Инга, – Виант заговорил вновь, – ведь ты сама отметила, что редко кто из обитателей подобных коттеджей любит копаться в земле. Парк – и то редкость. Обычно зелёная лужайка с барбекю, мангалом или другим приспособлением для жарки мяса.
– Ну да, – Инга кивнула.
– Если же хозяева этого дома так любят копаться в земле, то с вероятностью в сотню процентов они так же любят заниматься домашними заготовками. Ну не на рынок же они снесли помидоры, огурцы и прочее, что они там вырастили в теплице и на прочих грядках. Любители огородов очень любят хвастаться домашними консервами. Типа, экологически чистые продукты питания, в магазине ничего подобного не купишь, ну и далее по списку.
К привычке заниматься домашними консервами очень часто примыкаете ещё одна. Осенью, когда цены на продукты нового урожая опускаются до минимальной отметки, они дополнительно закупают да хоть те же яблоки и помидоры, либо фрукты из более жарких стран типа абрикосов и алычи. Закупают, и тоже консервируют.
– Зачем? – Инга не смогла удержаться от очевидного вопроса.
– Это какая же экономия получится, – Виант тихо рассмеялся. – И, опять же, эксклюзив, в магазине не купишь.
А теперь посмотри ещё разок, – Виант демонстративно развёл передние лапы в стороны. – Посмотрела? А теперь представь, сколько тут влезет всяких банок. Не одна сотня! Хвост на отсечение: хозяева этого коттеджа каждую осень заготавливали всякую снедь сразу на год.
– Откуда ты всё это знаешь? – недоверчиво поинтересовалась Инга.
– Мои бабушка и дедушка хоть и жили в самой обычной деревенской избе, но всё равно очень даже любили как копаться в огороде, так и по осени затариваться консервами впрок. Только это не блажь была, а суровая необходимость. Откровенно говоря, колхозники в СССР жили бедно. Вон, мои бабушка и дедушка только при Хрущёве паспорта получили.
Я до сих пор помню, как мать раздавала по знакомым и соседят бабушкины разносолы совершенно бесплатно, – Виант вновь тихо рассмеялся. – Лишь бы только съели и банки вернули. А иначе бабушка и дедушка за несколько лет превратили бы свой дом в склад домашних консервов. Они сами и пятую часть не съедали. Помню, мне самому приходилось бабушке помогать и консервы закатывать.
– Ну, хорошо, – нехотя согласилась Инга. – А нам какой прок? Здесь и сейчас нету ни хрена.
Напарница упорно не догоняет, а только злиться с голодухи. Виант закатил глаза. Объяснение на пальцах придётся продолжить.
– Инга, ну включи мозги, – попросил Виант. – Сентябрь на дворе, урожай убран и переработан. Хозяева физически не могли увести из этой кладовки все свои консервы. Даже если у них в гараже джип стоял, всё равно не могли. Консервов тут было до неприличия много. Стеклянные банки, да ещё трехлитровые, перевозить очень неудобно. Я до сих пор помню, как отец тихо матерился, когда ему приходилось бабушкины разносолы в город везти. Стекло имеет свойство биться. Ну? Поняла?
– Ты хочешь сказать, – глаза напарницы заблестели от радости и предвкушения, – что если не все, то некую часть консервов из этой кладовки хозяева перепрятали?
– Вот именно! – с облегчением произнёс Виант.
– А вдруг мародёры уже всё
