– Ты опять спасла меня! – стараясь перекричать царивший вокруг шум, прокричал Филито, помогая девушке закрыть оконный проем тяжелым столом. – Я такого не забываю.
– Сочтемся, если выживем! – улыбнулась в ответ Юлдуз. – Защищайте окна!
Греческий десант быстро пришел в себя. Осознав, что добыча ускользает из их рук, гоплиты бросились на штурм. Несколько человек оторвали от постамента мраморную статую и используя ее в качестве тарана, стали долбить дверь. Другие бросились к окнам, стараясь опрокинуть воздвигнутые заграждения. Баррикады не выдержали напора и рухнули. К счастью образовавшиеся проемы не были велики. Через них мог пролезть только один человек.
Врываясь в зал, греки с остервенением бросались на пиратов. Те яростно защищались.
Один из воинов, только протиснувшись в проем, тут же бросился на Юлдуз, опустив копье. Казалось, что в тесноте помещения ей некуда деваться. Вот, вот наконечник должен был пробить тело девушки. Но у Юлдуз на это было свое мнение. Сделав шаг назад, она уклонилась от удара, пропустив мимо себя копье, наконечник которого лишь порвал на боку ее рубаху. Не ожидая такой прыти, гоплит потерял равновесие и стал падать. Развернувшись, девушка рубанула грека по шее. Не обращая внимания на обезглавленное тело, упавшее у ее ног, она тут же приняла удар следующего воина. Из-под скрестившихся клинков вылетели искры. Отбив несколько выпадов, она сама перешла в наступление, заставив противника попятиться. Некоторое время Юлдуз теснила грека к стене, затем изловчилась и нанесла ему мощный удар ногой в лицо. Когда противник повалился на спину, вонзила ему клинок в живот. Не спасли даже доспехи. Выдернув окровавленную саблю, Юлдуз приготовилась к новому нападению. Но его не последовало. Греки перестали лезть в помещение. Осторожно выглянув в проем окна, она увидела, что гоплиты поспешно отступают к берегу. Весь парк усадьбы был заполнен пиратами. Издавая боевой клич, они рубили отступающих греков, тесня их к морю. Но и там не было спасения. В тыл гоплитам ударил другой отряд, прибывший к месту на лодках. Десант был уничтожен.
Бой в зале также завершился.
Заметив, что у Филито рукав его рубахи пропитан кровью, Юлдуз бросилась к нему.
– Вы ранены? – спросила она, осматривая руку командора.
– Ерунда, – попытался улыбнуться капитан, – только царапина.
– Это не ерунда, – резюмировала девушка, осмотрев рану. Клинок греческого пехотинца почти насквозь пробил плечо, – Нужно перевязать.
Юлдуз разорвала рубаху капитана, после чего оторвав свой рукав, перевязала его рану.
– Благодарю, – сказал Филито, слегка поморщившись от боли.
– А где Абошакер? – встрепенулась Юлдуз.
– Успел сбежать, – ответил командор, бережно поддерживая раненую руку, – теперь мы его не скоро увидим.
– Я найду его, – пообещала Юлдуз, – ведь и моя подруга у него в плену.
Глава 17 Морской бой
Наступило утро следующего дня. Легкий морской бриз разогнал туман. Из-за горизонта, осторожно, как будто опасаясь грядущей битвы, показался оранжевый диск солнца, осветив корабли двух эскадр, выстроившихся друг против друга.
Орландо Флоэрино, вывел против греческого флота все имеющиеся у него в наличии суда. Сорок пять боевых галер выстроились в две линии. Венецианские каперы, в полтора раза превосходили по численности корабли эллинов. Но старый флотоводец не обольщался этим фактом. Издавна греки славились своими крепкими кораблями и хорошо обученными экипажами. Их галеры превышали суда пиратов по огневой мощи, а обслуга метательных орудий, была хорошо подготовлена. Видимо и сами греки надеялись на выучку своих экипажей и мощь морских пехотинцев, решив атаковать каперов не смотря на провал операции с высадкой десанта. Греческий флот в тридцать галер, быстро приближался с востока, что облегчало их задачу. Ведь солнце светило им в корму, ослепляя глаза противника.
Находясь на палубе галеры, оставленной в резерве с другими двадцатью кораблями, Юлдуз с интересом наблюдала за приготовлениями противоборствующих флотов. Столь масштабное морское сражение ей еще не приходилось видеть. И она с нетерпением ожидала возможности самой принять в нем участие.
Старшина каперов дал сигнал и двадцать пять его галер, развернувшись в линию, устремились навстречу греческому флоту. Еще двадцать, формировали вторую линию и остались в резерве.
Не смотря на то, что ветер только усиливался, корабли, не переставая сближаться, начали готовиться к бою. Вначале исчезли паруса. Затем команда сняли мачты, уложив их вдоль бортов и закрепив специальными ремнями. Из гребных портов появились весла. В дело вступили гребцы.
Две эскадры сближались. Подойдя на расстояние полета стрелы, галеры открыли огонь друг в друга из установленных на их палубах метательных орудий.
Хотя до развернувшегося сражения было далеко, Юлдуз явственно представляла себе, как тяжелые камни крушат надстройки, пробивают борта и палубы, превращают в мешки с переломными костями, тела моряков.
Греки стреляли точнее. Все же это были регулярные вооруженные силы, с подготовленными экипажами и обученной обслугой орудий. Им противостояли, по большому счету, простой сброд, набранный из различных сословий. Хотя пиратам было не занимать отваги, но "артиллеристы" из них были никудышные.
На глазах Юлдуз, несколькими точными попаданиями, греки смогли повредить стразу четыре галеры, которые, набирая воду, потеряли ход, накренились и попытались выйти из боя. Представляя легкую мишень, они были тут же добиты второй волной снарядов. С гибнущих судов за борт посыпались люди. Те кто удосужился надеть доспехи, сразу же шли к дну под их тяжестью. Остальные в отчаяние гребли в сторону берега. Но греческие лучники добивали их, расстреливая как в тире.
В ответ каперам удалось потопить только одну вражескую галеру. Находящихся на ней пехотинцев постигла та же участь. Тяжелые доспехи утащили их на дно. Еще одна галера, получив пробоину, вышла из боя и сумела отойти за вторую линию.
Зная, что в артиллерийской дуэли они проигрывают, каперы стремились быстрее преодолеть разделяющее их с противником расстояние и вступить ними в ближней бой.
Тем временем греки применили горшки с зажигательной смесью. Пираты ответили тем же. Вот тут, удача способствовала обеим сторонам. Пылающие галеры прекратили движения, пытаясь справиться с огнем. По их палубам метались матросы, но затушить пожар ни как не получалось.
Наконец две эскадры сблизились, и обстрел из катапульт прекратился. Корабли сошлись в ближнем бою. Набрав ход галеры, таранили противника. Получив пробоину ниже ватерлинии, жертва быстро набирала воду и шла ко дну. Те, кто не упал в воду после столкновения, прыгали за борт.
Другие суда сцеплялись друг с другом абордажными крюками. С бортов перекидывались штурмовые мостики, по которым на палубы вражеских кораблей устремлялись пехотинцы. Завязывалась ожесточенная схватка, где никто ни кого не жалел и не просил пощады. Баллисты работали с обеих сторон, превращая солдат врага в кровавое месиво. Они прекращали обстрел, только когда противнику удалось перебить всю обслугу.
Кто побеждает в этой мясорубки, было не понять. В одних схватках верх брали пираты, в других греки. Но было ясно, что более организованные и обученные эллины, скоро опрокинут каперов. Чувствуя скорую победу, греки бросили в бой вторую волну своих кораблей. Легко разметав пиратские суда, они настолько увлеклись атакой, что позабыли об осторожности. Пока греки добивали врага, Флоэрино бросил в бой свой резерв, который теперь превышал флот эллинов вдвое.
Каперские суда, набрав ход с на большой скорости ударили в приостановившиеся греческие корабли.
Галера, на которой находилась Юлдуз, сделав изящный разворот, протаранив борт греческого судна. Раздался страшный треск. Когда каперы дали задний ход, расцепившись с повреждены судном, греческая галера резко накренилась на бок и перевернулась, накрыв собой, повалившихся в воду, пехотинцев. Но радость от первой победы, была кратковременной. Тут же к их борту подошло другое вражеское судно. Его команда бросила абордажные крючья, а когда борта судов соприкоснулись, были наведены широкие настилы. На палубу каперской галеры ринулись гоплиты.
