мы ни с кем не делились, откуда ты всё это узнала, я даже не буду спрашивать.
— Так вы поможете мне? — пропустив мимо ушей его двусмысленное замечание, спросила я.
— Ну так как я в хлам разругался с Рого, то теперь я орк, ха-ха, — лицо старика просветлело и он ехидно захихикал, — отныне я гномо-орк, а что, звучит занимательно! Я тебе помогу, и с материалами, которые лучше всего подойдут, тоже. А вот печати, вот эти, — он ловко соскочил со стула и, позабыв о своей клюке, довольно проворно подошёл к доске и принялся изучать придуманные мной связки, — они отличаются от наших. Более совершенные, вот этот ход, когда чисто ливеновская печать заключена в безупречную связку из рун. Очень впечатляет, Аруна, — и кинул на меня ещё один пристальный взгляд. — Сама придумала?
— Джерард помог, — пожала плечами, — он многое знает.
— Откуда он такой взялся, а?
Но ответить на его вопрос я не успела: дверь резко распахнулась и на пороге воздвигся запыхавшийся Торн:
— Аруна, твоему отцу неожиданно стало плохо — он упал, когда осматривал будущие места для вышек, и с тех пор не может подняться.
Моё сердце сжалось в тревоге, я даже на миг оторопела, не зная, что сказать.
— Он в сознании? — вместо меня заговорил гном.
— Да, но не чувствует обе ноги, — в голосе Торна слышались тревожные нотки — парень переживал за своего вождя, но старался не подать вида.
— Понятно. Наставник, вы меня простите, но мне нужно поспешить, — лёгкий полупоклон и я мчусь на выход.
— Подожди меня! — послышался голос Ворнэ, но мне было не до него — я спешила на остров.
Торн бежал рядом, стараясь поспеть за мной. Я даже не стала задерживаться у выхода из школы, чтобы накинуть полушубок — на дворе были первые дни зимы и дул холодный порывистый ветер.
— Куда отнесли папу? — спросила я.
— Он в переговорной. Анс запретил волновать жену, приказал позвать только тебя и Джерарда. Но Джера я найти так и не смог, он словно сквозь землю провалился, — пожал плечами парень.
— Ты иди к вождю, — вздохнула я, на секунду останавливаясь, чтобы скастовать заклинание воздушного кокона, дабы оградить себя от ледяного ветра, — у меня есть важное дело.
Орк вопросительно на меня посмотрел, но не получив ответа, понятливо кивнул и рванул прочь.
А мой путь лежал на остров. Туда, где в стене колодца были спрятаны Шелестайн и Монестайн.
Река давно не была для меня препятствием, ветер, он окружал нас всех и был подвластен мне, энергии хватало, чтобы перелететь расстояние от Большой земли до островка в центре Сольваны.
Чувство парения невероятно, ни с чем не сравнимо и незабываемо! Особенно когда воздушные порывы бьют в лицо, а находясь в «доспехах» ощущение всеобъемлющей свободы было размыто.
— Дочка, — мама подошла ко мне, когда я уже стояла у самого края колодца, — ты что тут делаешь? Да ещё раздетая⁈
— Мама, не волнуйся, мне всего лишь понадобились артефакты древних для кое-какого эксперимента, — уклончиво ответила я и спокойно улыбнулась Райле. — Меня заклинание согревает, за это тоже не переживай.
— Хорошо, коли так, — чуть нахмурилась она, — будь осторожна с этими камнями, они меня пугают, — попросила женщина и, погладив меня по плечу, медленно, чуть вразвалочку, направилась домой. На улице в такую погоду почти никого не было, а те, кто находился на промозглом ветру, спешили закончить свои дела и спрятаться в тёплом жилище.
Дождавшись, когда немногочисленные орки разойдутся, прикрыла веки и беззвучно зашептала заклинание: прыгать в зев колодца больше не было никакой необходимости — за меня всё сделает друг ветер…
Вернувшись на основную землю, побежала в сторону домика для переговоров, где Ансгар проводил важные совещания и где в основном сидел сам, закопавшись в какие-то свитки.
Отца положили на широкую лавку. Мужчина был неестественно бледен, а на его лице проступила обильная испарина.
— Всем выйти, — приказала я, стоило мне перешагнуть порог его кабинета.
Трое дюжих орков, среди которых были Стейн и Торн молча поднялись и, поклонившись вождю, кивнули мне и один за другим потянулись наружу.
— Проследите, чтобы нас никто не тревожил, — вдогонку добавила я и, плотно прикрыв дверь за воинами, подошла к папе. — Отец, что ты сейчас чувствуешь?
— Аруна, — буквально вытолкнул он из себя, голос Анса осип и был непривычно сиплый и тихий, словно из орка вырвали стержень, — ноги, обе… их, как будто и нет вовсе… всё, что ниже таза не ощущаю… и боль, она скручивает внутренности, выворачивает кишки наизнанку…
Я перешла на иное зрение и проследила за магическим фоном короля орков. Но Ансгар не был классическим колдуном и я мало что смогла рассмотреть.
— Не переживай, — как можно спокойнее заметила я, подтягивая стул к лежанке.
— Какой из меня король, если от меня осталась всего лишь половина? Хромоту приняли, но вот такую ущербность… Да я даже защитить вас, свою семью, теперь не в состоянии! — орк нервничал, его голос срывался, наполняясь ненужными сейчас сильными эмоциями и душевными переживаниями. — Я думал, плата за хитрость не будет такой непомерно большой… просто неподъёмной!
— Тебе сейчас никак нельзя нервничать, — снова постаралась немного приободрить. — И, — я вынула из-за пазухи два тугих свёртка, — у меня есть кое-что, и давай попробуем для начала Монестайн.
Вынув камень из крепкого холщового платка, положила его на низ живота отца и принялась ждать. Белый яркий свет озарил комнатушку так, что я прикрыла веки: настолько интенсивно горел артефакт.
Минут через пять сияние утихло и в итоге сошло на нет.
— Мне стало легче, боль отступила, — почти нормально заговорил Ансгар, — вот только ног всё так же не чую.
Я недовольно поджала губы: целительский камень не помог, облегчил муки, но и только. Пришло время испытать Шелестайн.
— Попробуем просканировать тебя, хочу понять, где именно «поломка», — предупредив его, прижала пальцы к рунам-активаторам.
Камень загорелся ярко-алым и я, почувствовав, как он налился приятным теплом, положила артефакт в центр груди Ансгара. Прикрыла веки, снова переходя на магическое зрение, и через мгновение залюбовалась картой тела вождя, развернувшейся в 3D проекции прямо передо мной.
Некогда живые магические каналы, позволявшие Ансгару видеть
