Читаем без скачивания Имперская гвардия: Омнибус - Стив Лайонс

— Ленк, убери отсюда своих дворняжек, — нахмурился сержант, — пока не случилось того, о чем ты горько пожалеешь.

Крупный парень, Варнус, шагнул к нему и, покрутив плечами, вытянул вперед шею. Вульфе мельком увидел тату под воротом его туники. Интересно, подумал он, этот бездарь рисуется или реально так глуп, чтобы ссориться со старшим по званию? В данный момент обе возможности казались равновероятными. Тем не менее намерения Варнуса остались нераскрытыми. Ленк вытянул руку и остановил своего подчиненного.

— Пойдемте, парни, — с напускным гневом произнес капрал. — Похоже, нам лучше вернуться на склад за охладителем. Вот он, беспредел младшего командного состава.

Ворча и ругаясь, экипаж «Нового чемпиона» поплелся за Ленком. Внезапно капрал остановился и, повернувшись, указал рукой на Сиглера, хотя его взгляд был направлен на Вульфе.

— При всем уважении, сержант, не мог бы ты в будущем держать своего ручного идиота на коротком поводке?

Вульфе почувствовал, как что-то щелкнуло в его груди. Он метнулся к капралу и схватил его за воротник, заставив Ленка встать на цыпочки. Чьи-то руки, вцепившись в запястья Оскара, попытались помочь капралу. Однако его хватка оставалась прочной, как сталь.

— И что дальше? — насмешливо спросил Ленк, глядя на его нос без малейших признаков тревоги. — Ты знаешь устав.

Вульфе зарычал от ярости.

— Я вырву твой грязный язык, кусок дерьма!

— И заплатишь за это, — напомнил капрал.

— Вот тут ты ошибаешься. Правила не действуют в оба конца. Я могу избить тебя до полусмерти, а комиссар даже слова не скажет.

Ленк прищурился. Его голос превратился в шипение:

— Я не говорю о комиссарах.

Внезапно с башни «Последних молитв-II» донесся крик. Это был голос Горошка:

— Доброе утро, комиссар. Как поживаете?

Вульфе повернулся и увидел фигуру, появившуюся из-за группы танков в сотне метров от них. Его пальцы, вцепившиеся в воротник Ленка, автоматически разжались. Молодой человек быстро отступил на пару шагов. Когда сержант снова посмотрел на капрала, тот сардонически улыбнулся.

— Я уверен, мы еще вернемся к этому разговору, — сказал Ленк. — Мы с парнями будем присматривать за твоим экипажем. До скорой встречи, начальничек.

Вульфе, сжав кулаки, посмотрел ему вслед. «Как далеко я зашел бы? — спросил он себя. — Убил бы его или остановился?» Он не мог забыть страх, испытанный им в тот день, когда давным-давно на Кадии его окружила банда Виктора Данста. Сержант поморщился, вспомнив боль от ножа, вонзившегося в тело. Он помнил смех бандитов, сменившийся проклятиями, когда они услышали вой сирены гражданского патруля.

Парни капрала, уходя, оборачивались и бросали на него презрительные взгляды. «Но Ленк не Данст! — доказывал самому себе Вульфе. — Великий Трон! Он не Данст».

Отойдя на двадцать пять метров, Ленк повернулся и окликнул Вульфе. Он произнес четыре слова. Четыре коротеньких слова. Но они потрясли сержанта, как шквал болтерных снарядов, взорвавшихся в его сознании. Вульфе застыл на месте. Ленк расхохотался и, отвернувшись, повел своих бойцов между двумя рядами «Химер».

Резкий голос, прозвучавший за его спиной, вывел Вульфе из ступора:

— Что происходит, сержант?

Оскар повернулся к комиссару и встретил его леденящий душу взгляд. Глаза Слейта блестели под козырьком черной шапки.

— Извините, — направившись к танку, ответил Вульфе. — Я не понимаю, что вы имеете в виду.

Комиссар шагнул к сержанту, и тот почувствовал, как тяжелая механическая рука схватила его за предплечье. Дробитель посмотрел в том направлении, куда ушел Ленк, но экипаж «Нового чемпиона» уже исчез из виду. Выдержав небольшую паузу, Слейт склонился к Вульфе:

— Похоже, сержант, вы не слышали приказ, переданный по вокс-связи. Полковник Виннеманн велел полку собраться у восточных ворот. Мы покидаем Бэлкар через пятнадцать минут. Убедитесь, что ваши люди готовы к походу. Я отмечу каждого, кто не прибудет туда вовремя.

Вульфе посмотрел на металлическую руку.

— Мы будем готовы, комиссар.

— Постарайтесь, — произнес Дробитель.

Послышалось легкое жужжание механизмов, и он отпустил предплечье сержанта. Слейт направился к другому танку. Очевидно, ему нравилось запугивать простых гвардейцев. Когда он проходил мимо экипажа Вульфе, танкисты молча встали по стойке «смирно».

— Все по местам! — прокричал сержант. — Выдвигаемся через пятнадцать минут.

Сиглер, Миркос и Мецгер без слов полезли в люки. Взглянув на мрачное лицо командира, они не стали задавать ему лишних вопросов. Вульфе, как всегда, забрался в танк последним. Спустив ноги в отверстие люка и заняв командирское сиденье, он подумал о словах Ленка. Они холодили его кровь и звенели в ушах. Неужели капрал узнал о его секрете? Каждое из четырех слов било по броне его мозга, как пушечный снаряд.

«Следи за призраками, сержант!»

Глава 17

Через два дня пути к востоку от Бэлкара экспедиционные силы достигли Варгаса — скалистого региона пустыни Хадар. «Экзолоном» командовал генерал де Виерс, перемещавшийся в специально экипированной «Химере». Длинная колонна кадианских машин медленно двигались по глубокому каньону, отмеченному на картах Официо Картография как Красное ущелье.

Каньон, представлявший собой почти триста километров извилистого пути, вел Восемнадцатую группу армий к месту самой важной и кровавой битвы последней Голгофской войны. Именно там генерал надеялся найти легендарную «Крепость величия». И именно там он ожидал встретить серьезное сопротивление орков. По отчетам историков, предгорья и долины Ишварских гор были усеяны обломками бронетехники. Наверняка зеленокожие дикари построили в этом регионе несколько больших поселений.

Несмотря на вероятность жесткого противостояния, настроение людей было приподнятым. Многие солдаты радовались финальной стадии операции, считая ее концом мучительного времени во враждебном человеку мире. Впрочем, некоторые гвардейцы не разделяли их оптимизма. Часть офицеров — в том числе и генерал-майор Берген — предчувствовали, что по достижении координат, предоставленных Механикус, их ожидает большое разочарование. Но даже эти реалисты стремились завершить поход с тем же пылом, что и оптимисты.

С другой стороны, почти никто не испытывал счастья от того, что все экспедиционные силы оказались в Красном ущелье. К сожалению, других вариантов не было. Каменные утесы и ближайшие высокогорья изобиловали пропастями и расщелинами. Многие из них оставались скрытыми до тех пор, пока не становилось слишком поздно. При других обстоятельствах истребители «Вулкан», переданные «Экзолону» коммодором Гэлбрайзом, могли бы сопровождать колонну с воздуха. Но полетные условия в пустыне Хадар оказались далеко не идеальными. Частые пылевые бури сбивали показания приборов и затрудняли видимость. Поэтому пилоты «Вулканов» летали лишь на низких высотах — фактически в нескольких метрах над головами кадианских солдат. Они патрулировали каньон и высматривали возможные засады орков.

Вульфе, сидя в куполе, наблюдал за пролетом истребителей. Черные птицы с ревом пересекли полоску красного неба над его головой. За ними тянулись шлейфы серого дыма, дрожавшие в воздухе, словно ленты на ветру. Сержант мучительно переносил эту фазу путешествия. Остроконечные скалы и глубокие затемненные овраги, вдоль которых двигалась колонна, напоминали ему о каньоне Луго. Когда каменные стены с двух сторон поднялись до фантастических высот, его туника стала мокрой от холодного пота.

«Следи за призраками, сержант!»

Даже теперь, после двух дней похода, эта фраза, брошенная Ленком, проедала ему кишки. Что капрал имел в виду? Самым прямым ответом было признание, что он узнал о каньоне Луго. Но как? Исповедник Фридрих не выдал бы его. И Вульфе сомневался в том, что кто-то из экипажа выболтал его секрет капралу. Горошек вообще не знал о событиях на Палмеросе, поэтому его можно было исключить из списка подозреваемых.

Возможно, Ленк намекал на Виктора Данста? На призрак прошлого, а не на мертвого Боршта? Нет, это уже какие-то игры разума. Он сам назвал Ленку имя Данста. Разве не так? Вульфе мучительно вспоминал, кому он рассказывал историю о Дансте. Он редко говорил о ней. Она не входила в число его любимых баек. Но среди кадианских солдат существовал старинный обычай: гвардейцы хвалились своими шрамами и рассказывали о том, как получили их. В ранние годы Оскар делился историей о Дансте со многими людьми. Неужели кто-то из них передал ее Ленку? Проклятье! Значит, чертов капрал уже знает, почему его внешность так сильно беспокоит Вульфа?

Когда день пошел на убыль, сержант попытался загнать эти вопросы в дальнюю часть сознания. Он по-прежнему сидел в куполе и смотрел по сторонам, пока его танк громыхал в облаке пыли, поднятом другими машинами. В каньоне имелась растительность — первая, какую он видел с момента крушения на Голгофе. Не много, конечно. В основном сухая трава и чахлые кусты, покрытые острыми колючками. Однако их наличие указывало на присутствие влаги. Он заметил и местную фауну — не только клещей, терзавших кадийцев. На скалах грелись большие ленивые ящерицы. Их кожу покрывали мелкие костяные пластины. Расцветка была такой же ярко-красной, как и у скал на этой территории. Когда имперские машины проезжали мимо ящериц, они шипели и быстро исчезали в черных расщелинах.