мной!
Трое других поспешили следом, пока я, и еще несколько сопровождающих нас солдат отбивались от врагов. Быстро двигаюсь по воздуху и вырываю, кого могу из-под ног врагов, затем доставляю к остальным и быстро лечу. Мне бы хотелось активнее принять участие в битве, но приказ дали совершенно иной. Мне вместе с еще не полностью восстановившимися солдатами, должно спасать раненных и доставлять их в безопасное место. Моя группа, и еще несколько других были организованны заранее для таких дел и мы делаем все что можем, чтобы спасать жизни. Нам помогает несколько человек со щитами и копьями, прикрывая нас, пока мы оказываем первую помощь. Помощь в основном оказываю я, так как могу это делать быстро и эффективно, а остальные только перевязывают и несут, что тоже очень важно, ведь на своей спине я многих не подниму.
Мы переместились дальше.
Там линия фронта сместилась, и на земле валялись убитые и раненные.
Мы быстро проверяли, кого еще можно спасти, а кого поздно. Кто бинтовал, кто вытаскивал из-под завала тел. Приходилось вслушиваться в крики, ведь кто-то мог оказаться завален трупами. Ну и добивали врагов, хотя этим в основном занимался я, да и то, некогда было, пускай и очень хотелось. Мне крайне сильно хотелось убивать, но я подавлял это желание и думал только о том, как спасать.
Нести, лечить, перетаскивать — весь процесс слился для меня в единую кашу и я не мог толком определить, сколько времени уже эти занимают. Битва горела и, казалось, только набирала обороны, ведь все больше врагов покидали Черную гору, а наши все прибывали и прибывали с разных концов поля боя.
Взрывы, треск магических снарядов, крики и боевые кличи, вместе с ревом горнов — создавали дикую какофонию, в которой ничего было непонятно.
— Мастер! Назад! — послышалось за спиной.
Резко отскакиваю, заметив опасность!
Мимо меня проносится огромный огр, закованный в тяжелые латы!
— ГРА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! — вопил монстр.
Прорвавший линию защиты он несся вперед, а за ним бежали другие орки и огры.
Сам огр кричал и рычал словно обезумевший, и причина этому нашлась быстро. Сам огр истекал кровью, из его спины и груди торчали стрелы, копья и мечи, застрявшие в доспехах и самой плоти чудовища. Он явно страдал от боли и в агонии вообще не разбирал дорогу, а остальные ордынцы неслись следом за ним.
— Нет! — крикнул я, увидев, куда именно он бежит.
Именно в той стороне мы оставляли раненных, прежде чем за ними придут целители и унесут в лазарет.
Ускоряюсь на полную и устремляюсь за несущейся толпой.
Никого вокруг кроме нескольких моих подчиненных, сумевший уйти с пути толпы нет, а все остальные слишком далеко, чтобы остановить их.
«Нужно что-то сделать! Срочно!»
Достаю лук и поднявший в воздух пускаю в ведущего всех огра несколько стрел, но те лишь застревают в спине и ничего не делают. Мои попытки использовать магию также провалились и эта махина под одобрительные крики остальных обезумевших тварей, несется вперед, не разбирая дороги. Пара солдат, что попытались его остановить, оказались растоптаны.
«Я должен что-то сделать! Должен! Должен! Должен!»
Но ничего не могу.
Моих сил недостаточно, чтобы остановить это… Я ничего не могу сделать…
«Ничего… снова ничего не могу…»
Перед глазами снова вспыхнули лица.
Мертвые лица.
Подвешенные на веревках и истекающие трупы моей семьи. Отец проткнутый копьем, мама и сестра, убитые орками и надругавшиеся над их останками. Все жители моей деревни… замученные и убитые этими тварями, а я снова… ничего не могу сделать…
«Нет… Нет…»
Ярость вспыхнула внутри меня и подстегнула.
— НЕТ! — я зарычал словно дикий зверь и оттолкнувшись от воздуха арбалетным болтом устремился вперед на перерез врагу.
Тот несся, сбивая с пути все и всех, топча и разбивая своей огромной дубиной, а я уже добрался до него.
Только одно может остановить такого монстра.
Тот удар, что я уже делал.
Тот, которым я снес огромное дерево и открыл путь тауренам.
Кулак Ветра!
Прямо на бегу я стал собирать в руке всю ци, которую только мог. Учения Пандаренов говорили о гармонии с ветром и спокойном разуме, что нужен, чтобы безопасно преобразовать духовную энергию в куда более смертоносную стихийную, но сейчас я не был на это способен. Вместо этого я, будто по наитию, выплеснул свою ярость в потоки окружающего ветра… И ветер ответил. Бешенство что копилось во мне все это время, воплотилось в одном едином действии и потоки стихийной энергии закрутились в ладони, чтобы быть сжатым в кулак.
Оказываюсь перед врагом, и тот в последний миг замечает меня, но уже слишком поздно.
Мой кулак влетает огру прямо в морду и в следующий миг вся сжатая силы вырывается наружу…
***
«Приказ! Выполнить приказ! Выполнить приказ! Выполнить приказ!» — крутилось в голове Гезорима.
Он несся вперед, практически уже ничего не видя на своем пути из-за ужасной боли. Как бы хороши не были доспехи, что ему выковали лучшие орочьи мастера, они не смогли защитить его от всех ударов врага. Стрелы торчали в сочленениях брони, копья и мечи застряли в прорехах пластин, а кожа горела и ссадила от магического пламени и проклятий.
Легкие горели огнем, он вдыхал пламя и пепел, от чего едва ли не задыхался, но продолжал двигаться, размахивая дубиной. За его спиной бежали остальные. Он не видел, кто и не знал кто, но лишь надеялся, что вождь Оргрим среди них.
Ему было ужасно больно, и огр понимал, что если он остановиться хоть на миг, то уже просто рухнет без сил. Боль от множества ран была настолько сильна, что она забивала слух и все мысли, но воля выполнить приказ заставляла телохранителя вождя продолжать бежать.
«Выполнить приказ! Выполнить приказ! Выполнить приказ!»
Дубина отшвырнула от него кого-то, ноги растоптали преграждающих путь врагов, а несколько уколов в спину Гезорим даже не заметил и продолжил движение.
«Прика… ВоТ!»
На короткий миг его зрение прояснилось.
Он снова мог видеть и узрел практически пустую область без врагов.
«Прорыв! Я смог! Вождь, я смог! Я выполнил приказ!» — он хотел закричать все это.
Он рассмеялся, полный радости и счастья, но в следующий миг его инстинкты завопили в полную глотку, и он узрел это…
Мутное зрение, агония и ужасная усталость не дали ему возможность рассмотреть фигуру, что возникла перед его лицом. Он успел увидеть лишь что-то сияющее, увидел глаза, из которых били яркие белые молнии. А затем он узрел, как кулак устремляется в
