Читаем без скачивания Визит к Тёмным - Валерий Иванов

Снизу послышался шум открывающихся дверей лифта и в люк сразу же забарабанили. Затем прибыл и второй лифт. Они таки до меня добрались. Удары по люку сыпались непрерывно.

А вот вам — дудки! Здесь нужен здоровенный домкрат, который вряд ли находился у фиолетовых под рукой. Рядом с рубкой внезапно брызнули фонтаны черных брызг. Это были осколки вещества, из которого была сделана Черная Башня. Как я и предполагал, у фиолетовых имелось в наличие и оружие, почище их треугольных трезубцев. Судя по разрушениям, они обладали ужасающей пробивной силой, ведь материал, из которого строилась башня, был прочнее любого земного металлопластика.

Картина постепенно прояснялась. Со спутника планеты фиолетовые завозили сюда руду, а здесь ее преобразовывали, удаляя примеси, в чистое вещество, которое земляне и нарекли даркснитом. Вероятно, масса руды была огромной и дешевле ее было перерабатывать на месте, нежели строить для ее перевозки огромные космические корабли. Затем крохотные звездолеты брали курс на сверхмассивную черную дыру, размером с целую галактику, быстро попадали в зону ее чудовищной гравитации и исчезали со своим грузом навечно в жадном и ненасытном чреве космического монстра. Возможно, даркснит, в силу своих уникальных свойств, и не превратится в нечто иное, однако извлечь его оттуда уже будет невозможно.

Я быстро завинтил капсулу и с трудом засунул ее под броник, который тотчас плотно ее обхватил, не давая упасть. Теперь очередь за сигналом t`Альту. Отцепив от пояса клубок нитей, поджег его зажигалкой и швырнул вниз с башни. Верный t`Альт должен увидеть его густой черный дым. Затем я сунул руку подмышку, нащупал крохотную подушечку сигнализатора и сильно сжал ее пальцами. Ощущение нестерпимого жара сразу исчезло. Это означало, что сигнал об обнаружении даркснита мини-передатчиком отправлен на Землю. По его получении в рейс к этой планете отправится космический земной флот с боевой поддержкой союзников из других миров.

Все — дела завершены. Пора делать ручкой хозяевам этого негостеприимного приюта.

Ad'ju,[28] kameraden![29] — как всегда, в волнении путая языки, но вложив в них тайный смысл, проорал я во всю глотку, не надеясь, впрочем, быть услышанным.

Будто в ответ на мой прощальный спич, какой-то чудовищной силой люк с лежащим на нем звездолетом отбросило в сторону. Но я уже включил режим полета и устремился вниз.

Увы! Слишком много я отдал энергии предыдущим активным действиям, и через несколько секунд мой полет превратился в свободное падение. До земли оставалось метров пятнадцать и, с учетом меньшей силы тяжести, по сравнению с земной, — все бы ничего, но даркснит утяжелил мое тело почти в два раза, поэтому все равно удар получился будь-будь. Конечно, я постарался приземлиться, как парашютист, сгруппировался, слегка согнул ноги в коленях и, коснувшись земли, постарался завалиться набок. Все же ускорение с такой высоты дало себя знать, подняв облако пыли, я дважды кувыркнулся и врезался в стену башни. И хотя броник привычно принял удар на себя, моя голова мотнулась и прошлась юзом по черной гладкой обшивке.

Пару мгновений я лежал на земле ошеломленный и не соображал ничего. Все тело ныло, ноги страшно болели, а голова гудела церковным колоколом.

— Вставай, а то простудишься, — со злой иронией произнес внутренний голос, и я, пошатываясь, встал на ноги.

Верный t`Альт, сидел, нахохлившись, на облучке коляски и имел вид изумленного пингвина, впервые увидевшего человека. Мое падение из ниоткуда поразило его настолько, что он застыл согнутым изваянием, даже забыв порадоваться становлению старого друга на ноги.

В два прыжка я очутился рядом с коляской и схватил корзину с бомбой. Очнувшийся, наконец, t`Альт засуетился, пытаясь мне помочь с тяжелой поклажей, но я отстранил его рукой и жестом предложил оставаться на месте. Смертоносный груз я положил у подножия башни со стороны, противоположной входу, чтобы высочившие наружу фиолетовые не сразу его нашли.

Специальный детонатор должен был запустить процесс активации стартовых ядер серебра нейтронным потоком, начнется цепная реакция и бомба рванет. Любопытствующие более подробно могут поизучать это явление в любом современном учебнике физики. Детонатор был снабжен бикфордовым шнуром, изготовленным в секретной лаборатории мэтра t`Ламбера по моему рецепту и был рассчитан ровно на двадцать три секунды горения. Большего времени фиолетовым я дать не мог, иначе они могли найти и обезвредить бомбу. За это время мы должны были добраться на коляске до рва и скрыться в нем, оберегаясь от последствий ядерного взрыва.

Щелк! Зажигалка выбросила снопик искр, но пламени не дала. Щелк-щелк-щелк — тот же результат. Очевидно, в ней закончился газ. Я зачем-то потряс ее и взмолился:

— Ну, зажгись! Ну, пожалуйста! Ну, давай же.

О чудо — молитва помогла. Крохотный язычок пламени воспламенил сердцевину шнура.

— Погоняй! — я запрыгнул в коляску и огласил окрестности оглушительным свистом в четыре пальца, от которого бедный t`Альт чуть сам не свалился с облучка.

Лошади, однако, вполне уловили этот ямщицкий призыв и рванули во всю мочь. Секундомера у меня не было, и я начал считать вслух:

— Раз и, два и, три и….

Бедняга t`Альт уже перестал адекватно воспринимать мои лихие деяния. Да, в плане психологической нагрузки, у него был сегодня тяжелый день — врагу не пожелаешь. То ли еще будет… При счете девятнадцать мы уже были на перекидном мосту через ров, и я плечом выпихнул ошеломленного партнера в темневшую внизу воду, а сам перевалился на другую сторону. Лошади продолжали нестись прочь. Т`Альт моментально, даже не пикнув, пошел камнем на дно, и я нырнул за ним, опасаясь, что он наглотается воды и утонет.

Взрыв застал нас уже на поверхности, но мы были надежно защищены стенкой рва и недостижимы для смертоносного лучевого излучения. Сначала ярчайшая вспышка окрасила все вокруг в какой-то нереальный бледно-золотистый цвет, полностью скрыв контуры окружающей местности. Затем рвануло так, что чуть не лопнули барабанные перепонки, и наступила ватная тишина. Последовавшей далее взрывной волной нас выплеснуло вместе с водой на берег и отнесло на пару десятков метров. Мы с t`Альтом валялись на земле мокрыми, в позах оглушенных рыб, и чувствовали себя стопроцентными покойниками.

Скажете, жестоко было не рассказать единственному другу, над чем мы фактически работали, и какие нехорошие ощущения нас будут ждать впереди. А теперь вспомните незабвенного шефа гестапо Мюллера из известного фильма с его знаменитым изречением «что знают трое, знает и свинья». По нашему уговору с Первым министром об операции «Лупус», кроме нас двоих, никто не должен был знать. Даже сам император. Полный успех могла обеспечить только полная секретность.

Очнувшись, я первым делом оглянулся назад. На месте Черной Башни стоял высоченный черно-серый косматый гриб. Он кипел, клубился и поднимался все выше и выше. Красивое зрелище, доложу я вам, если знаешь, что этот зонтик навечно укрыл ваших смертельных врагов. Заворочался и t`Альт, я помог ему приподняться. Совершенно безумными глазами он смотрел то на диковинный гриб, то на меня.

— Это сделал ты? — его запекшиеся губы едва шевелились.

— Это сделали мы, — ответил я значительно, делая ударение на «мы» и тем самым, деля победу со старым верным другом.

Он сразу же приободрился и стал приставать с расспросами.

— Потом, — устало произнес я, — потом я тебе все расскажу, а сейчас встаем и пошли прочь, оставаться здесь небезопасно.

Он воинственно таращил глаза и хватался за меч, не зная, что главным врагом являются уже не фиолетовые, а последовавшее за взрывом невидимое и пока неощутимое радиоактивное заражение местности. Наши лошадки далеко убежать не смогли и лежали на земле запутавшись в упряжи. Коляска также валялась на боку, одно колесо ее продолжало вращаться. Впрочем, животные оказались целы и встретили нас жалобным ржаньем. Мы с t`Альтом обрезали их постромки, они поднялись на ноги, и наш потрепанный караван медленно пополз к городу…

— Куда сейчас? — спросил мой верный спутник, когда мы оказались в пределах городской черты, — может, наймем коляску, переоденемся дома и хорошенько посидим в каком-нибудь уютном трактирчике?

Бедолага еще не осознал полностью, что произошло, и находился в полушоковом состоянии.

— Берем коляску, — согласился я, — но едем во дворец.

— Зачем?

— Нас ждет император.

— Император? — не поверил t`Альт, нас ждет император?

— Ну, да. Он нас примет.

— Ну, это вряд ли, — сразу успокоился мой друг, кто мы такие, чтобы получить аудиенцию у самого императора.

Наполовину оказался прав я, наполовину он. Император принял, но только меня. Т`Альт остался в приемной в обществе переместившегося сюда с Первым министром вездесущего t`Ортега.