Текст был написан при жизни Аксенова.
“Беседы о малой прозе”. Авторская программа Леонида Костюкова. В гостях у ведущего Мария Галина. — “Литературное радио”, 2009 <http://litradio.ru>.
“ Мария Галина: Так же, как, скажем, в Бунине, в „Темных аллеях” — это примерно та же ситуация, потому что есть некий утраченный мифологизированный мир прошлого, который восстанавливается автором. И при всем при том, что эти рассказы кажутся, с одной стороны, неловко сказать, но эротическим бредом старика, поскольку довольно часто…
Леонид Костюков: Ну, это говорили.
Мария Галина: …немолодые люди начинают писать прозу, демонстрируя свою витальность, вирильность и т. д.
Леонид Костюков: Ну, хотя бы память.
Мария Галина: Или хотя бы память. Я не знаю, почему это происходит, — отчасти, возможно, в какое-то время сдает кора, она самая молодая структура головного мозга и самая уязвимая, остается древняя страшная подкорка, которая еще была у ящеров и змей. И она начинает рулить миром. То есть это голод, и страх смерти, и секс, основные самые, простые самые…
Леонид Костюков: А после восьмидесяти автор уже пишет спинным мозгом. <...>
Леонид Костюков: <...> „Темные аллеи” — я вижу в этом некоторое, ну, кроме всего, высшее достоинство Бунина, что ему все говорят, условно, как же вы можете со всем вашим гением в 43-м году, когда здесь фашисты, здесь Советская армия, писать что-то там о подмышках и т. д. А он, значит, как бы отвечает: — Вот Гитлер погибнет, Сталин погибнет, а это останется.
Мария Галина: Ну так оно и произошло <...>”.
Владимир Бондаренко. 50 поэтов ХХ века. — “День литературы”, 2009, № 7, июль <http://zavtra.ru/denlit/lit_index.html>.
“Решился, пока еще есть силы и пока газета „День литературы” со скрипом, но выходит, назло всем недоброжелателям продолжить подведение литературных итогов ХХ века. На этот раз хочу предложить читателям список 50 лучших русских поэтов”.
“Конечно, как заядлый русский патриот, я мог составить список 50 лучших, исходя лишь из своих патриотических воззрений. И это тоже был бы достойный список, от Александра Блока и Николая Клюева до Николая Рубцова и Юрия Кузнецова. Но надо ли осознанно обеднять нашу поэзию?”
Дмитрий Быков. Манифест трудоголика. — “Новая газета”, 2009, № 65, 22 июня <http://www.novayagazeta.ru>.
“Я работаю постыдно мало и далеко не так хорошо, как мог бы. <...> Мы сегодня беспримерно снизили планку: 90 томов Толстого, 60 — Горького, 40 — Золя кажется даже не экзотикой, а фантастикой. Мопассан до сумасшествия прожил 40 лет и написал 40 книг, и с ума сошел не от переутомления, а от сифилиса. Полное собрание Розанова, до сих пор не законченное, уже насчитывает более 20 объемистых томов, и многое Николюкин опубликовал впервые. Я не знаю, на чьем фоне могу выглядеть гиперактивным. Если я кому-то мешаю — это не моя проблема. Мне не мешает никто”.
“Мысль о смерти побеждается только самогипнозом работы — все прочее пасует. <...> Все, кроме работы, ужасно бренно и бессмысленно, а любовь, нет слов, очень хороша — но особенно хороша тогда, когда у вас с любимой есть общее дело”.
Дмитрий Быков. Но во тьме не бывает теней. Почему умер триллер? — “Новая газета”, 2009, № 78, 22 июля.
“Традиционная декорация триллера — пустынность, дикость, романтическая заброшенность — для нас антураж убежища. Вспомним леоновскую „Пирамиду”, где странствующий священник Матвей Лоскутов прячется в 30-е годы на кладбище, ночует в склепах, и ему не страшно, а — спокойно, даже уютно. Страшно ему дома, где его может сдать сын родной”.
Алексей Верницкий. Силлабика времен кризиса. — “ TextOnly ”, № 29 (2009, № 2) <http://textonly.ru>.
“<...> я изобрел и пишу (и предлагаю писать другим) силлабические стихи, ориентированные на чтение определенным размером. Например, все стихи в этой подборке я написал, имея в виду, что их следует читать как четырехстопный ямб. Конечно, при таком чтении приходится в некоторых словах отказываться от нормативного ударения и ставить ударение там, где этого требует размер”.
Далее — силлабические стихи об экономическом кризисе.
Евгений Головин. Айвенго. — “Завтра”, 2009, № 28, 8 июля <http://zavtra.ru>.
“Мифы о Геракле, Ахилле, Орфее, Язоне отдаленно сказочны, давным-давно потеряли животворный свет и обрели общую занимательность для культурных людей. Мифический принцип перешел в высокоромантическую литературу типа Вальтера Скотта, Байрона, Гюго, Понсона дю Террайля, в Новое время — к Конан Дойлу и Рафаэлю Сабатини. Можно сравнить Айвенго с капитаном Бладом, но отнюдь не с Ахиллом или с Энеем. Мы в лучшем случае преклоняемся перед героями древности, они доходят до нас как блики крайне далеких и недостижимых звезд качественно иной вселенной, тогда как Айвенго или капитан Блад, несмотря на разделяющие их столетия, несравненно ближе нам, как парадигмы животворного света”.
“Разные эпохи только формально переходят одна в другую, образуя общее течение человеческой истории, на самом деле они хаотичны, непоследовательны, сталкиваются и уничтожают друг друга, так что легче представить себе историю горностаев, нежели людей”.
Николай Гуданец. “Чести клич”, или Свидетельство благонадежности. — “Крещатик”, 2009, № 3 <http://magazines.russ.ru/kreschatik>.
“Всюду в собраниях сочинений Пушкина принято публиковать стихотворение „Свободы сеятель пустынный…” как отдельную, самостоятельную пьесу. В результате затушевывается то крайне значимое обстоятельство, что это пушкинское произведение является частью письма к А. И. Тургеневу от 1 декабря 1823 г.”.
“Но парадоксальный разрыв между беспечным неряхой и великим мастером стиха в одном лице, эта дразнящая тайна гениальности, увы, объясняется с обескураживающей простотой. Никакой тайны тут нет. Вопреки общепринятому мнению, пушкинское творчество вполне под стать творцу, оно так же изобилует неряшливостями словесными, умственными и нравственными, как жизнь и быт поэта”.
Екатерина Дайс. Алхимик Андерсен. — “Нева”, Санкт-Петербург, 2009, № 7 <http://magazines.russ.ru/neva>.
“Сказки Андерсена, знакомые нам всем с детства, содержат неожиданные, казалось бы, отсылки к алхимическим символам и метафорам, которые можно объяснить либо через увлеченность автора этих сказок алхимией, либо через общее для алхимии и сказок коллективное бессознательное, выражаемое в форме интуитивно понятных аллегорий. Причины возникновения этих отсылок на самом деле не слишком важны. Главное — убедиться в связи сказок Андерсена и алхимических текстов”.
Александр Елисеев. Обама и “царь машин”. — “Правая.ru”, 2009, 23 июня <http://www.pravaya.ru>.
“Гестапо и НКВД — это ушедшая эпоха индустриализма. Человека, скорее всего, попытаются подчинить включением в „виртуальное пространство”. И тем самым решить множество проблем. Например, проблему „лишних людей”, не вписывающихся в современные экономические реалии. Им предложат проводить большую часть времени в воображаемых мирах, где они могут „реализовать” все свои заветные мечты и желания. Ну а на самого человека при этом будет тратиться самый минимум, необходимый для поддержания жизни”.
“Уход людей в виртуальность станет, по сути дела, концом истории и самой нашей реальности”.
Александр Кабанов. Писать стихи — удовольствие телесного уровня. Беседу вела Елена Орлова. — “Областная”. Общественно-политическая газета. Иркутск, 2009, № 83, 27 июля.
“В русской поэзии много „последних” поэтов. Парадокс в том, что на протяжении 250-летнего ее существования звучат стоны, что поэзия умирает, а это последний русский поэт. Что пушкинское солнце закатилось, Бродский умер, а вот этого не досмотрели, Мандельштама уничтожили, и вот этого не уберегли. Но я считаю, что мы сейчас живем в замечательное время — бриллиантовый век русской поэзии. Я могу назвать 30 — 40 поэтов „первого звена” от Цветкова до Кенжеева, от Гандлевского до Льва Лосева, от Кушнера до Юнны Мориц. Если сравнивать с началом прошлого века, это соизмеримые вещи. Мы, говоря про Серебряный век, также можем назвать примерно 40 имен”.
