известно, что управление последним городом он поручил префекту-берберу по имени Масгивинис. Более того, из расшифрованной Ж. Каркопино надписи из Арриса явствует, что вождь берберов Ореса Мастиес даже провозгласил себя императором, где-то около 476–477 годов, и на протяжении сорока лет как будто сохранял этот понравившийся ему иллюзорный титул, который, впрочем, никто не оспаривал.
Наступление кочевников-верблюдоводов. По-видимому, вандальское правительство недостаточно энергично противодействовало созданию этих независимых княжеств. Столетие жизни в Африке истощило былую силу и доблесть завоевателей. К тому же с востока надвигался новый, более грозный враг — кочевники-верблюдоводы Триполитании, ведомые коварным князем Кабаоном. Тразамунд столкнулся с совершенно новой для него тактикой, извечной тактикой верблюдоводческих племен, столь живо охарактеризованной Э.-Ф. Готье. Она заключалась в том, что, нанеся удар, кочевники откатывались в пустыню, чтобы переформироваться или скрыться от преследования. Прокопий дает очень любопытное описание диспозиции, принятой Кабаоном перед сражением.
«Очертив круг на поле, где он намеревался сделать окопы, как укрепление стана, поставил он кругом верблюдов наискось, составив ширину фронта из двенадцати этих животных. Он посадил в середину детей, женщин и всех неспособных к оружию вместе с имуществом, а ратным людям велел стать между ног верблюдов, оградив себя щитами».
Вандальские всадники, привыкшие сражаться пикой и мечом, не могли заставить своих коней сблизиться с противником — их отпугивал запах верблюдов. Вандалы, не владевшие искусством стрельбы из лука или копьеметания, представляли собой великолепную мишень для стрел берберов, которые перебили или взяли в плен почти всю армию.
Хильдерих. Тразамунд умер, так и не успев взять реванш (523 год). Его преемником стал изнеженный старец Хильдерих, сын Хунериха и Евдокии, который наперекор своему окружению избрал совершенно новую политическую ориентацию. Пренебрегая советами, которые когда-то давал ему Тразамунд, Хильдерих разрешил вернуть из ссылки священников, восстановить карфагенское архиепископство, избрать новых епископов, открыть церкви и созвать церковный собор (5 февраля 525 года). Эта терпимость должна была казаться вандалам тем более непонятной, что в 523 году император Юстин специальным эдиктом запретил арианство в империи, а другой, арианский государь — Теодорих выступил с энергичным протестом против этой меры.
Но не даром Хильдерих около сорока лет провел при константинопольском дворе и узами дружбы был связан с наследником престола, фактически правящим императором Юстинианом. Все его поведение создавало впечатление, что он действует по указке византийского правительства. Он не только не поддержал Теодориха, но даже провоцировал его на конфликты, бросив в тюрьму, а затем казнив его сестру Амалафриду, стоявшую во главе оппозиции. Смерть готского короля спасла вандалов от высадки десанта, который мог бы сыграть роковую роль (526 год). Регентша Амаласонта, дочь Теодориха и мать его восьмилетнего преемника Аталариха, была столь смирна по отношению к Константинополю, что не посмела напасть на друга императора. Она задержала флот и ограничилась упреками в адрес Хильдериха, на которые он не обратил ни малейшего внимания.
Берберская опасность не нашла столь же счастливого разрешения. Став хозяевами Мавритании Тингитанской, Мавритании Цезарейской, за исключением ее столицы, Мавритании Ситифенской и Южной Нумидии, мавры вели уже наступление на юге Бизацены под предводительством Аниаласа, который командовал оседлыми племенами, занявшими область от шоттов до Капсы (Гафса). Вандалы под командованием родного племянника короля Хоамера были разбиты в открытом бою. Это поражение вызвало среди вандалов недовольство королем, которого и раньше подозревали в том, что он хочет выдать Африку императору.
Гелимер. В мае 530 года армия низложила Хильдериха и арестовала его вместе с двумя племянниками. Переворотом руководил правнук Гензериха и наследник престола Гелимер, который и взял власть, чувствуя за собой поддержку большинства. Юстиниан, который еще три года назад унаследовал трон от своего дяди Юстина и уже мечтал о восстановлении Римской империи в ее прежних границах, не упустил удобного случая вмешаться в защиту своего друга. Он выступил в роли галантного защитника правил о престолонаследии, установленных Гензерихом и впервые нарушенных. Юстиниан предложил Гелимеру оставить на троне престарелого Хильдериха, сохраняя за собой всю полноту реальной власти. Король отказался отвечать послам, но затем, отвергая ходатайство императора об освобождении узников, подвергшихся новым лишениям, велел передать Юстиниану, что византийской опеке он предпочитает нарушение вечного мира. В 532 году Юстиниан заключил договор с персами и решил начать войну в Африке.
Глава X.
Византийская «реконкиста» и организация Африки
I. Юстиниан. «Реконкиста» и организация Африки
Пессимизм экспертов. Планы Юстиниана натолкнулись на решительное сопротивление. Армия, еще не оправившаяся от войны с персами, страшилась опасного похода и боялась, как бы ей не пришлось испытать участь «флотилии» 468 года. Министры, знавшие о неблагоприятном мнении специалистов и бедственном состоянии казны, старались через префекта претория Иоанна Каппадокийского убедить императора в том, что вандалы обладают господством на море и располагают непобедимыми войсками.
С другой стороны, восточные купцы, находившиеся в Карфагене, молили Юстиниана о помощи, а духовенство призывало его освободить африканских католиков от арианского ига. Им хором вторили африканские эмигранты в Константинополе.
Император колебался. Но в это время, по словам Прокопия, один из епископов Востока передал ему прямое указание от бога, гарантировавшее успех предприятия, и последние сомнения отпали.
Как и тринадцать веков спустя христианнейший король Карл X, Юстиниан принял свое решение, не посчитавшись с мнением экспертов. Все предвещало провал кампании, и если, вопреки всякой логике, она увенчалась успехом, то только благодаря непредвиденным обстоятельствам, а отнюдь не личным заслугам Юстиниана.
Никто не мог в то время и подозревать, что вандальское могущество пришло в упадок. Гелимер пользовался прочной репутацией хорошего полководца. Трудно было предполагать, что этот нервный, впечатлительный и порывистый человек менее всего способен противостоять неожиданным опасностям, что он располагал всего какими-нибудь тремя десятками тысяч плохо обученных и весьма посредственно вооруженных солдат. Кроме того, Гелимер допустил ошибку, ослабив армию на 5 тысяч человек, которые он на 120 лучших кораблях направил в Сардинию для подавления мятежа своего наместника — гота Годаса. В то же время он ничего не предпринял против весьма серьезного восстания берберов Триполитании, готовых оказать всяческое содействие высадке византийских войск.
Гелимер не мог рассчитывать ни на лояльность христиан и приверженцев Хильдериха, ни на помощь мавров. Что касается готов Италии, то убийство Амалафриды отбросило их на сторону Юстиниана.
Экспедиционный корпус. Император поручил командование экспедицией Велизарию, который, несмотря на недавние неудачи в войне с персами, слыл выдающимся полководцем. Его считали популярным среди солдат, так как он умел в нужный момент ослабить узду и дать поблажки. Его действительные заслуги в
