— Могу тебя утешить, дружище, — Хайярд быстро и оценивающе оглядел с головы до ног их обоих, явно не замечая между ними никаких других отличий, кроме явных, и насмешливо добавил, — она уже не аристократка. Скорее всего, ее имя с позором вычеркнули из родовой книги.
Кира заставила себя поднять голову, перестав буравить глазами землю, и взглянула на демона, слишком много знающего о людях.
— Оно все еще там. Имена умерших членов семьи не вычеркивают, просто обводят черной краской, в знак скорби.
— Эм, умерших?
— Я умерла на восемнадцатом году жизни, — подтвердила она, с трудом выдавив из себя ничего не значащую улыбку, — за два месяца до собственной свадьбы с мужчиной, принадлежащим к высшей аристократии.
— Да, такого ответа я явно не ожидал, — демон почесал лоб, — у людей это любимое занятие, сбегать со свадеб. Вот только твой способ довольно оригинальный, я о таком впервые слышу. Он выглядел так же жутко, как упырь в полнолуние?
— Нет. Жених, которого выбрала для меня семья, был достойным человеком и привлекательным мужчиной. Даже разница в возрасте ограничивалась одним десятком лет, а это большая редкость в случае вторых браков.
— Но ты все равно сбежала от него.
— Не от него. От своей семьи…
О собственном близком замужестве Кира узнала совершенно случайно, подслушав разговор, не предназначенный для ее ушей.
Леда в страшном волнении примчалась наверх. Едва не сбив ее по дороге, что-то твердя о том, что ей срочно нужно сменить платье и припудрить лицо, потому что к родителям приехал очень важный гость. Кира ничего не слышала о предстоящем визите кого-то из соседей, поэтому на всякий случай решила спуститься вниз, чтобы попытаться оторвать от дел отца, незадолго до этого вернувшегося домой. Несколько дней она ходила за ним по пятам, но мать каждый раз мешала ей, не давая возможности переговорить с ним с глазу на глаз и обсудить ее желание продолжить обучение не на дому, под руководством многочисленных специально приглашенных учителей, а в академии.
Она прокралась к парадному залу, где обычно принимали только самых важных гостей, туда даже дверь в обычные дни была наглухо закрыта, чтобы никто случайно не причинил вреда мебели или многочисленному дорогому, но совершенно бесполезному антиквариату. Голоса доносились именно оттуда, заставив Киру, обычно не отличающуюся чрезмерным любопытством, подойти на цыпочках ближе и приблизить лицо к едва видимой глазу щелочке, оставленной не плотно закрытой дверью. Сильный, властный и красивый голос мужчины, говорящего с ее родителями, она узнала сразу. Девушка сталкивалась с аристократом из числа приближенных к трону довольно часто, чтобы убедиться, что он отличается от остальной знати не только отсутствием всякого высокомерия и спеси, но и острым умом и широкой эрудицией. Впервые она встретила его на одном из приемов, которые проводили их соседи в честь совершеннолетия своей старшей дочери. Кира, не слишком горящая желанием попасть в стайку возбужденно перешептывающихся девушек, жарко обсуждающих неожиданный приезд на торжество нескольких человек из столицы, отправилась в обширную библиотеку, чтобы там в тишине и спокойной обстановке почитать. Она едва успела открыть книгу, когда дверь за ее спиной открылась, кто-то вошел и сразу же раздался мужской голос, вежливо извиняющийся за вторжение. Девушка едва успела спрятать за спиной книгу, с трудом выдавливая вежливую приветственную улыбку. За ее последнюю выходку в таком духе мать наказала Киру, посадив под домашний арест на две недели, поэтому теперь она вела себя осмотрительнее, не позволяя ей найти подходящий предлог для следующей попытки удержать ее дома в четырех стенах. Она не рассматривала мужчину, вошедшего в библиотеку вслед за ней, просто кивнула в знак того, что принимает его извинения и торопливо ускользнула, по дороге ставя книгу назад на полку, поглубже, чтобы ее не было заметно. В тот вечер, после возвращения домой, разговоры были исключительно о приехавшем на лето в свое загородное поместье аристократе, принадлежащему к особому кругу знати и вхожему не только во дворец, но и в покои королевы. Поговаривали, что он принадлежал к тем негласным, тщательно скрываемым советникам, которые помогали ей править…
Его появление взбудоражило всех в округе, заставив девушек на выданье взбодриться, ведь сразу же откуда-то стало известно, что он овдовел два года назад, потеряв жену, умершую при родах. Вернулся же он в поместье, бывшее когда-то родовым, только из-за своей малютки дочери, очень болезненной и слабой, которой лекари посоветовали больше времени проводить на свежем воздухе, желательно, вдали от столицы. Естественно, все местные почтенные знатные особы сделали справедливый вывод, что мужчине просто необходимо жениться второй раз, чтобы у крошки, так рано осиротевшей, появилась мать. Кира полагала, что заменить настоящую мать, любящую свое дитя, не сможет никакая другая женщина, но промолчала, потому что ее собственная терпением и пониманием не отличалась, а никакую другую ей, в отличие от неизвестной малышки, не предлагали. Второй раз она столкнулась с мужчиной случайно, во время верховой прогулки. Вильтены уже не было с ней, поэтому она просто бессмысленно бродила по округе, ведя кобылку в поводу, чтобы просто отвлечься от бесконечных нравоучений матери и собственной тоски по демонессе, оставившей ее одну. Он едва не налетел на нее, с трудом сдержав жеребца в последний момент. Быстро спрыгнув с лошади, он торопливо направился к ней, на ходу извиняясь и интересуясь, как она себя чувствует, хотя в его голосе и звучали признаки раздражения.
Кира пожала плечами и честно ответила, что пострадала только ее гордость, потому что мужчина ведет себя с ней так, будто едва не сбил на своем огромном жеребце маленького ребенка.
Присмотревшись к ней внимательнее, он хмыкнул.
— Как, оказывается, мала округа. Разве вы не должны сейчас в компании остальных девушек и юношей быть в другой стороне, на специально расчищенной дороге?
— Так же, как и вы, я полагаю, — она вовремя вспомнила, что одна из подруг Леды хвасталась, что приезжий аристократ будет сопровождать их во время прогулок, потому что приходится дядей одной из девушек.
Мужчина рассмеялся ее замечанию, навязавшись в сопровождающие, хотя она изо всех сил пыталась от него отделаться.
После этого все их многочисленные встречи носили явно направленный характер, и искал их именно он.
Поэтому она не слишком удивилась, когда услышала разговор насчет их предполагаемой свадьбы. Мать, которая, похоже, даже дышать боялась в присутствии такой важной персоны, была предсказуемо согласна на все, и даже больше. В неуверенном голосе отца явно звучало сомнение, исчезнувшее сразу после заверения о том, что мужчина, просящий ее руки, не станет ни в чем ограничивать ее в роли своей супруги, позволив делать все, что она пожелает.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
