очень попросили пробежать мимо вас, с нашей стороны вам всё подписать и зафиксировать.
— Чтоб старшие не отвлекались? — понятливо переглянулись патрульные. — Раз свой человек всё равно рядом?
— Ну. Где сам труп?
— А-а-а, — полицейские расслабились. — Вот, но он ещё живой пока.
— Видимо, ненадолго, раз система утверждает обратное, — вздохнула прокурорская. — Блин, прощай обед, это теперь не на пять минут.
— Почему? — сержант даже не изображал радушия, а транслировал его абсолютно искренне.
Тёлка классная, отсюда не уйдёт, пока всё не закончит. Занудные канцелярские мероприятия лично для их пары теперь гарантированно скрашены её компанией.
Её появление, полицейским это было понятно, чистая случайность и совпадение. Приятное.
— Он же пока живой, — фыркнула менталистка. — Пока умрёт, это какое-то время. Потом пока на наш сервер видео с моего жетона прогрузится, пока обратно подтверждение.
Кстати, самого жетона на её достаточно фривольной одежде не было. Наверняка лежал где-то в кармане, что для телеметрии сегодняшней техники не преграда. Ещё и модель небось лучше полицейской.
— Половина минуты же обмен данными максимум? — озадачился более высокий.
— Это у вас, — фыркнула Виктория Сергеевна Федорцева, как следовало из её идентификатора.
Кстати, на должности помощника прокурора района сидит, вернее, помощницы.
— А у вас? — настроение патрульных ещё больше улучшилось.
Её ответ, разумеется, они теперь предполагали и так, но почему бы не поболтать. Глядишь, и потом можно будет встретиться, уже без фуражек, вечером.
— У нас намного дольше, специфика. — Прокурорская не стала вдаваться в подробности и перешла к профессиональной части. — У меня медсканера нет в системе, что говорят ваши? Залейте прогноз.
— Летальный исход, без вариантов, — более высокий патрульный следом за ней пожал плечами. — В пояснительной строке куча слов, я их не понимаю, но сам прогноз выделил. Держи. — Он вежливо активировал голограмму личного интерфейса так, чтобы содержание могла считать Федорцева.
Та пробежалась взглядом по виртуальному дисплею, благо, любая снаряга правоохранительных органов отлично интегрировалась друг с другом:
— Ух. Я тоже слов таких не знаю. М-да уж, прогноз однозначный. Ладно, ждём.
— А чего вы ждёте? — заболтавшись, они все как-то упустили момент, когда рядом с ними словно из ниоткуда возник ещё один тип.
Причём с претензией в голосе.
— Кто такой?! — Виктория на рефлексе в первую секунду искренне возмутилась.
— Врач. А вы чё, стоите и смотрите? Эй, алё, слуги закона! — непонятный мужик а в середине многомиллионного города додумался наехать сразу на троих правоохранителей. — Вам давно никто мозги вручную не протирал?
— Сейчас у вас так принято?! — незнакомец напирал так, словно за этим что-то стояло.
Или кто-то. Хотя на неадеквата не похож.
Сержант без стеснения подвесил над его головой виртуальный сканер:
— Барласов, Александр.
Отсутствие отчества автоматически выдавало то же происхождение, что и у сбитого.
Коллеги нюанс уловили с половины пинка. К официальной врачебной деятельности этот персонаж мог иметь отношение очень вряд ли: вторая категория гражданства почти исключала официальный же диплом, во всяком случае, в части медицины.
Конечно, случаются исключения, но их вероятность настолько ничтожна, что учитывать подобное следует в последнюю очередь. Для начала, кто бы его, второсортного, в медицинский принял. Точнее, кто бы это удовольствие оплатил.
— Ты в своём уме? — Вика даже не возмутилась, а скорее удивилась. — Ты понимаешь, с кем сейчас разговариваешь?
Ну да. Переть что на полицейский наряд, что на менталистку четвёртого ранга — не очень хорошая идея для нечистокровного.
Но присутствовали и нюансы. Во-первых, долбаный заказ на лежащий под ногами труп — наглеть не стоило и патрульным. Такие моменты очень любят тишину.
Во-вторых, парень выглядит на возраст от девятнадцати до двадцати трех. Но то если на вид судить, ибо система говорит, что ему за тридцатник.
Поскольку есть такой разрыв между внешностью и документами, значит, деньги у этого гражданина тоже имеются, и деньги немаленькие — второсортные никогда не выглядят моложе на десятку, как правило наоборот.
Получается, профессионально следит за собой, что более чем недёшево. Наводит на мысли. Опять же, в розыск объявлен у соседей — но гуляет спокойно.
Значит, что-то не просто.
"Ничего не делаем. Пусть всё катится, как идёт", — быстро скомандовал сержант напарнику в закрытом чате, сориентировавшись. — "Никаких отклонений от закона".
"А тот звонок? 0_0".
"Нештатный спаситель предварительно не оговаривался, пусть теперь сам разгребает. Мы не шпана из подворотни".
"Шмотки на нём от Ирфе", — заметила в другом мессенджере уже Федорцева.
"Откуда знаешь?" — живо заинтересовался более высокий полицейский. — "Этикеток и лейблов нет, обычная рванина на вид?".
"Именно что на вид. Это их последний выпуск, я знаю. Коллекции меньше месяца".
В принципе, у такой тёлки свои возможности быть в курсе новинок от кутюр.
Естественно, по лицам чистокровных никто из непосвящённых не заподозрил бы, что они ведут вторую параллельную беседу.
Сержант коротко задумался. С его точки зрения странной в одежде самозванца являлась тоже её дороговизна: конкретного бренда он в отличие от Виктории не знал, но общее качество того, что видел, оценивал точно.
Может, патрульный был и не ходок по Высоким Домам, но на улице учишься иной раз быстрее.
Такой гардероб был не по средствам не то что большинству второсортных, а даже и многим из первой категории. Точности ради, чистокровным не то чтобы не по средствам, скорее, ощутимо для бюджета.
Например, ему и напарнику, несмотря на их более высокий социальный статус. Сама прокурорская, кстати, щеголяла сходным прикидом, но по ней как раз понятно, откуда у неё деньги.
"Хотя пугнуть для пробы стоит, вдруг прокатит", — а в реале сержант с абсолютно нечитаемым лицом обратился ко второсортному:
— Вообще страх потерял? Или закинуться чем-то успел — мозги не варят?
— Отвечу твоим языком. Давно в чужих руках не усирался? — назвавшийся доктором решительно развернулся и навис над полицейским, впившись взглядом тому в переносицу. — Тебе неприятность прямо сейчас устроить? Или сам мозги протрёшь?
«Эй, ну его нах*й!», — более молодой напарник предсказуемо заволновался в их чате на двоих. — «Завязывай!».
Клиент явно при деньгах, хотя и дворняга. Ведёт себя настолько уверенно, что почти нагло. При этом абсолютно трезв, что подтверждается медприложением полицейского сканера.
— То, что вы сейчас вытворяете, при определённом старании независимого адвоката потянет на соучастие в убийстве, — Барласов бросил наугад, но
