Читаем без скачивания Эффективный Черчилль - Дмитрий Медведев

В предыдущей главе, посвященной ответственности, было показано, что одно из условий эффективного делегирования состоит в точном определении властных полномочий. В качестве примера был рассмотрен эпизод определения Черчиллем полномочий для министра военного производства. Черчилль часто прибегал к подобной практике, определяя полномочия и зоны ответственности при делегировании рабочих заданий. Однако он поступал так отнюдь не всегда. В некоторых случаях британский политик считал, что для повышения эффективности будет лучше не детализировать полномочия. Что это были за случаи и что давала подобная свобода? Прежде чем ответить на эти вопросы, совершим сначала небольшой экскурс в историю менеджмента.

МЕНЕДЖМЕНТ ПО ЧЕРЧИЛЛЮ: в некоторых случаях британский политик считал, что для повышения эффективности будет лучше не детализировать полномочия.

Первые организационные структуры, которые применялись в теории управлении, получили название механистических структур . В их основе лежала теория бюрократии, разработанная немецким социологом Максом Вебером в 1900-х годах. Для механистических структур характерны высокая специализация рабочих заданий, жесткая департаменализация, развитая иерархия управления, высокий уровень формализации с наличием огромного количества правил и всевозможных предписаний, а также ограниченный информационный обмен между сотрудниками.

Американский социолог, почетный профессор Колумбийского университета Роберт Кинг Мертон в процессе своих исследований выявил ряд серьезных недостатков, присущих механистическим структурам. По его мнению, «трудности, возникающие в бюрократических структурах, связаны с преувеличением значимости стандартизированных правил, процедур и норм, обеспечивающих надлежащее выполнение сотрудниками своих задач, выполнение запросов других подразделений этой организации, а также взаимодействие с клиентами и общественностью. Это приводит к тому, что организация утрачивает гибкость поведения, поскольку все возникающие здесь вопросы и проблемы решаются только исходя из прецедентов. Постепенно тщательный поиск альтернатив начинает сокращаться. Клиенты и общественность могут ощущать неадекватность реакции на их потребности, поскольку все их проблемы будут решаться в соответствии с установленными правилами, процедурами и нормами. Если сотрудникам бюрократических организаций указывают на неадекватность их действий, они, защищаясь, ссылаются на соответствующее правило или инструкцию. Это, в свою очередь, легко может испортить взаимоотношения с клиентами или общественностью»[612].

МНЕНИЕ ЭКСПЕРТА: «Трудности, возникающие в бюрократических структурах, связаны с преувеличением значимости стандартизированных правил, процедур и норм, обеспечивающих надлежащее выполнение сотрудниками своих задач».

В начале 1960-х годов многие организации столкнулись в своей деятельности с тем, что описанные Мертоном недостатки механистических структур стали превышать их достоинства. Обычно это были компании, работающие в высокотехнологичных и наукоемких отраслях, внешняя среда для которых характеризуется высокой степенью подвижности. Длинные цепочки команд и жесткое закрепление полномочий привели к тому, что организации оказались неспособны эффективно реагировать на происходящие изменения. Они напоминали тяжелое артиллерийское орудие, у которого время наведения настолько велико, что к моменту выпуска снаряда цель уже успевает скрыться за горизонт.

Именно в этот период начались разработки новых типов организационных структур, которые за свою приспособленность к внешним изменениям получили название адаптивные или органические . Отличительными особенностями таких структур стало отсутствие жесткой стандартизации при определении рабочих заданий и повышение степени участия сотрудников в процессе принятия управленческих решений.

Безусловно, Уинстон Черчилль ничего не слышал об адаптивных организационных структурах. Однако на интуитивном уровне, возглавив в 1940 году коалиционное правительство, он понимал, что ему придется работать в совершенно новых условиях, а для этого потребуется внести серьезные изменения в существующую систему управления.

Во-первых, согласно принципу соответствия — в связи с возложенной на него всеобщей ответственностью за все политические и военные решения британского правительства — Черчилль рассчитывал получить высшие полномочия как в политической, так и в военной сферах.

Во-вторых, в связи с тем, что перед британской армией стояли небывалые по масштабу и степени серьезности задачи, а также учитывая острую нехватку ресурсов, необходимых для достижения поставленных целей, Черчилль считал недопустимым проявление эгоистичных интересов со стороны различных родов войск. Все оказались в одной лодке, и грести следовало в одном направлении. А для того чтобы эта слаженность не осталась на бумаге и воплотилась в жизнь, необходимо было создание эффективного механизма координации сухопутных войск, военно-воздушных сил и военно-морского флота, о чем Черчилль говорил еще за двадцать лет до означенных событий.

В-третьих, ввиду высокой турбулентности внешней среды, система управления должна была, по мнению британского премьера, синтезировать жесткий контроль и гибкость.

МЕНЕДЖМЕНТ ПО ЧЕРЧИЛЛЮ: ввиду высокой турбулентности внешней среды, система управления должна была, по мнению британского премьера, синтезировать жесткий контроль и гибкость.

Черчилль нашел единое решение, удовлетворяющее всем трем условиям. Он создал новое ведомство — Министерство обороны — и назначил себя его главой. Благодаря совмещению должностей ему удалось сосредоточить в своих руках такую власть, какой не обладал ни один британский государственный деятель со времен лорда-протектора Оливера Кромвеля. Будучи премьер-министром, Черчилль полностью контролировал все политические вопросы. Став министром обороны, Черчилль также наделил себя высшими полномочиями и в военной сфере. Спустя годы он напишет, что благодаря совмещению двух постов он «получил возможность осуществлять всеобъемлющее руководство почти всеми аспектами военных действий. Такой метод руководства был принят потому, что каждый понимал, насколько близко мы находились от смерти и полного краха. Близка была не только смерть каждого из нас — это общий удел человечества, — но под угрозой находилось нечто несравненно более важное — само существование Британии, ее миссия и ее слава»[613].