его оставить. А вот остальной стае придется туго. Ах, бедная моя стая! Не больно хорошо я ей служил в последние месяцы.
— Но, Коналл, ты не виноват! Пожалуйста, не расстраивайся. Я что-нибудь придумаю. Мне всегда это удается, — Алексии хотелось найти решение немедленно, не сходя с этого места, лишь бы с милого ей лица исчезло это ужасное огорчение, но у нее глаза слипались.
Граф, склонившись, поцеловал жену в губы, а дочку — в маленький лобик. Алексия заподозрила, что он собирается спуститься и посовещаться с Лайаллом, потому что предстояло еще немало дел.
— Залезай в постель, — сказала она.
— У вас, дамочки, очень умиротворяющий вид. Может, я и вздремну совсем чуток.
— У Лайалла в помощниках сейчас и Флут, и Румпет. Эти трое при желании всей империей править смогут.
Лорд Маккон ухмыльнулся и заполз к жене под бок, пристроив свое большое тело на перине.
Алексия удовлетворенно вздохнула и устроилась рядом, свернувшись крендельком вокруг ребенка. Муж разок ткнулся носом ей в затылок и сказал:
— Малютке надо имя придумать.
— М-м-м? — только и ответила ему Алексия.
— Не уверен, что это хорошее имя.
— М-м-м.
* * *
— Прошу простить за беспокойство, милорд, но о вас спрашивают вампиры, — голос профессора Лайалла был тихим и извиняющимся.
Алексия Маккон проснулась, как от толчка, почувствовав, что муж у нее за спиной пошевелился. Он определенно пытался выбраться из постели, не потревожив ее. Бедняга, способность перемещаться бесшумно не входила в список его достоинств. Во всяком случае, в человеческой ипостаси.
— Который час, Рэндольф?
— Солнце только-только село, милорд. Я решил, что лучше дать вам отоспаться остаток дня.
— Правда? А сами вы так и не спали?
Ответом ему было молчание.
— Ясно. Значит, расскажете, как мех лег, а потом отдохнете.
Алексия услышала слабый вой. Самые молодые оборотни, неспособные контролировать себя в такое близкое к полнолунию время, снова покрылись шерстью. Их и на эту ночь заперли в подземелье. Вместе с вампирами.
— Кто за ними присматривает? — спросил граф, тоже услышавший вой.
— Чаннинг, милорд.
— Ох, проклятье, — забыв о намерении двигаться осторожно, лорд Маккон вскочил с кровати.
Это потревожило малышку, и из-под подбородка Алексии раздался тоненький жалобный плач. Алексия сильно вздрогнула, потому что совершенно забыла о ребенке. О своем ребенке.
Она открыла глаза и посмотрела вниз. Полдня прерывистого сна не улучшили внешности дочери. Та была красной и сморщенной, и вдобавок лицо у нее искривилось, когда она заплакала.
Коналл, определенно пребывавший в заблуждении, будто Алексия еще спит, поспешно обошел кровать и подхватил крохотное создание. Плач немедленно перешел в короткий скулеж, и на руках у альфы вместо ребенка оказался новорожденный волчонок.
Лорд Маккон чуть не выронил дочку.
— Зубы божьи!
Алексия села, не осознав до конца, свидетельницей чего только что стала.
— Коналл, где малышка?
Онемевший от потрясения муж протянул ей волчонка.
— Что ты с ней сделал?
— Я? Ничего. Просто на ручки взял. Она была совершенно нормальной, а потом вдруг — р-раз!
— Ну, в таком виде она явно симпатичнее, — заметила прозаичная Алексия.
— Ну-ка, возьми ее, — и лорд Маккон вернул скулящего пушистого волчонка жене.
В тот же миг волчонок превратился в девочку. Алексия почувствовала, как деформируются под пеленками косточки и все тельце. Казалось, это достаточно безболезненный процесс, потому что тот, кто испытывает настоящие муки, плачет совершенно иначе.
— Вот так так, — Алексия подумала, что с учетом обстоятельств ее голос звучит довольно ровно. — Во что это нас угораздило вляпаться?
В голосе профессора Лайалла прозвучало настоящее благоговение, когда он произнес:
— Никогда не думал, что доживу до рождения настоящего шкуродера. Это потрясающе.
— Ах вот оно что! — Алексия посмотрела на дочь. — Ну и диковинка.
Профессор Лайалл улыбнулся.
— Полагаю, так и должно быть. И как же вы ее назвали, миледи?
Алексия нахмурилась.
— Ну да, еще и это.
Лорд Маккон ухмыльнулся, глядя на жену сверху вниз.
— С такими родителями, как мы, ее нужно назвать Пруденс, что значит «благоразумие».
Леди Маккон, однако, шутки не поддержала.
— На самом деле мне, пожалуй, нравится такое имя. Как насчет того, чтобы звать ее Пруденс Алессандра, в честь моего отца? А третье имя пусть будет Маккон, потому что, когда лорд Акелдама ее удочерит, она станет носить его фамилию.
Лорд Маккон опустил глаза на дочку.
— Бедная малютка, столько имен, и всем придется соответствовать.
— Милорд, — встрял бета, — не то чтобы я не понимал всей важности конкретно этого дела, но не может ли оно подождать? Биффи пошло бы на пользу ваше присутствие. И вампиры расшумелись, устроили суету. У нас нет оснований держать их запертыми в подземелье. Что нам с ними делать?
Лорд Маккон вздохнул.
— Как ни печально, мы должны думать, что нам делать не с ними, а с собой. Нам нельзя жить в одном доме с роем, а они уйти не могут. Теперь уже нет. Когда ты пригласила графиню, Алексия, ты отдала вампирам замок Вулси.
— Нет, такого не может быть.
Профессор Лайалл опустился в ближайшее кресло. Алексия никогда прежде не видела его побежденным, но в тот миг бета стаи Вулси выглядел пришибленным. Оказывается, его можно было уничтожить так же, как любого другого из встреченных ею в этой жизни людей.
Лорд Маккон выглядел собранным и мрачным.
— Ничего другого не остается. Нужно перевести всю стаю в Лондон. Придется купить еще один дом, чтобы все могли там разместиться, и оборудовать подземелья.
Профессор Лайалл запротестовал, потому что ему не понравилось такое решение.
— Где нам там бегать? Как охотиться? Милорд, такого понятия, как городская стая, вообще не существует.
— Сейчас эпоха промышленности, изобретений и изысканного поведения. Полагаю, Вулси придется научиться идти в ногу со временем и стать цивилизованной стаей, — лорд Маккон был полон решимости.
Алексия посмотрела на свое дитя.
— Это всего где-нибудь лет на шестнадцать, пока Пруденс не подрастет. Тогда мы сможем поискать себе новую территорию. Шестнадцать лет для оборотня не такой уж долгий срок.
Не похоже было, что такое ограничение предстоящего пребывания в городе взбодрило профессора Лайалла.
— Стае это не понравится.
— Я принял решение, — заявил альфа.
— Ее величеству это не понравится.
— Нам придется просто убедить ее, что это в интересах короны.
— Думаю, это очень хорошая идея, — сказала графиня Надасди, которая в этот миг вошла в комнату, сопровождаемая Джанелом и мадам Лефу.
«Что тут поделать, — подумала Алексия, — это теперь ее комната».
— Как вы трое выбрались из клеток? — буркнул профессор Лайалл.
Графиня бросила на него уничижительный взгляд.
— А вы что, думали, я просто так стала вампирской королевой? Это мы изначально додумались до
