Мужчины, закончив с контейнерами, вернулись к автобусу, держа в руках распылители бионейтрализатора. От души обработав пассажирский салон, водительскую кабину и багажное отделение автобуса, а также землю и траву между автобусом и гравиходом, они с довольными лицами закинули опустевшие баллончики в такой же контейнер, как и те, в которые паковали чемоданы. Теперь обследовать автобус биосканером можно было сколько угодно — нулевой результат плотность обработки гарантировала. Спавших на земле людей перенесли в автобус.
Затем поверх баллончиков из-под бионейтрализатора в том же контейнере оказалась одежда всех четверых — обычные рабочие комбинезоны. Женщина и двое мужчин, теперь одетые просто и неброско, но не в рабочую униформу, заняли места в гравиходе, а третий мужчина, самый молодой, аккуратно положил в контейнер с комбинезонами и пустыми баллончиками термитную гранату, закрыл крышку и успел отскочить в сторону на секунду раньше, чем из контейнера послышалось угрожающее гудение. Через двадцать секунд на месте контейнера осталось лишь черное пятно выжженной земли да небольшая кучка искореженного металла. Мужчина ловко забрался в гравиход, тот с тихим шипением приподнялся над землей и, медленно выбравшись из балки, двинулся в сторону космопорта, все сильнее и сильнее набирая скорость.
За все это время не было произнесено ни слова — трое мужчин и женщина общались лишь на пальцах, и то изредка. Ну, как говорится, кто на что учился. Надо полагать, когда жандармы из группы штабс-ротмистра Карапаева учились своему делу, они ходили в отличниках.
Глава 38
— Три… два… один… Давай! — по команде лейтенанта Спенсера дверь между центральным постом и вторым коридором раскрылась и тут же лейтенант и еще двое офицеров открыли беглый огонь сразу из четырех лучевых пистолетов — Спенсер стрелял с двух рук, как ковбой в кино. Шквал огня разорвал в клочья бунтовщиков, пытавшихся вскрыть дверь и ворваться в центральный пост. Крики и вопли, грязные ругательства и жалобные стоны не мешали слышать мерзкое чавканье рвущейся человеческой плоти, хлюпанье крови, обильно хлещущей из огромных рваных ран, и глухой стук, с которым ударялись об пол и стены коридора оторванные конечности. И сразу створки двери снова съехались вместе.
— Отлично! — Спенсер коротко хохотнул и принялся менять опустевшие обоймы в своих пистолетах. — Штук пятнадцать покойников сразу!
— Тринадцать, — с улыбкой поправил его уоррент-офицер[45] Лигеро, всмотревшись в картинку на экране, показывавшем обстановку во втором коридоре. — Еще шестеро пока шевелятся, но это ненадолго.
«Вот же идиоты! — мысленно оценил восторг Спенсера и Лигеро коммандер Белл. — Чему радоваться? Перестреляли самых отмороженных и дурных, теперь веселятся… Остальные будут умнее и нам все равно конец…»
Черт, команда все-таки взбунтовалась. И теперь Белл сидел по уши в дерьме. Отступать ему и другим остававшимся пока в живых офицерам некуда, держаться до прибытия корабля, который должен был эвакуировать офицеров и часть старшин, нужно было еще почти сутки, а самое поганое — Белл был почти уверен, что узнав о бунте на «Джипси», начальство прикажет эвакуационному кораблю развернуться и уйти, а скорее всего, расстрелять его крейсер торпедами. Так, конечно, лучше, чем попасть в руки озверевших матросов, поэтому Белл молил давно забытого им Бога, чтобы для эвакуации, которая так и не состоится, прислали хотя бы фрегат, а не быстроходный транспорт. Да пусть даже и корвет, лишь бы с торпедами!
Все началось, когда по защищенной связи пришел тот самый чертов приказ. Белл тогда не мог даже предположить, как и откуда в головы его таинственного начальства пришла сама идея этого приказа. Было ли это его, коммандера Белла, предвидением или же он сам, силой своей мысли, вызвал убийственный приказ из каких-то одному дьяволу известных глубин?
Совсем недавно Белл рассуждал о том, что едва ли не единственная реальная возможность сделать так, чтобы русские не нашли его корабль — это оставить его здесь, в тайном убежище на безымянной луне безжизненной планеты на самом краю Желтого космоса, и увезти людей туда, где они могут пересидеть какое-то время. Рано или поздно русские все равно прекратят поиски, и, очень может быть, смирятся с мыслью о том, что подсунутые им обломки и есть останки разыскивавшегося ими крейсера. А что уничтожен крейсер неизвестно кем — да мало ли кому он еще насолил?
Увозить и прятать в этом случае весь экипаж никакого смысла не было. Офицеров и старшин, разумеется, вывезти необходимо, слишком дорого обходится их подготовка и слишком ценным опытом они обладают. А вот матросами при таком раскладе вполне можно пожертвовать, их потом не так сложно будет набрать заново.
Именно таким образом Беллу и приказали поступить. Офицеров эвакуировать в полном составе, список старшин, которым выпадало жить дальше, оставался на усмотрение коммандера, матросов приказано было ликвидировать всех. Закончить было приказано до прихода корабля для эвакуации.
Получив приказ, Белл, будучи офицером, англосаксом, а еще и пиратом, не стал углубляться в самокопание и уж тем более как-то переживать. Да, приказ, конечно, преступный, но сколько уже преступных приказов он исполнил? Собственно, разница тут лишь в том, что раньше он убивал исключительно чужих, а сейчас ему приказали убить своих. Да и черт с ним, раз для дела надо, значит, надо. Есть вещи поважнее жизней его матросов.
С учетом специфического состава экипажа на «Джипси» была предусмотрена система пуска газа в матросские кубрики, как и блокировка кубриков с центрального поста. Вообще-то предполагалось, что газ будет слезоточивым, для быстрого и надежного приведения бунтовщиков в чувство. Но на крайний случай имелся запас ядовитого газа, который и предстояло применить во исполнение полученного приказа.
Как и ожидалось, остальные офицеры приняли приказ без оговорок. Если у кого и были какие-то сомнения или иные неуместные мысли, их придерживали при себе. Поручив офицерам экстренно подготовить план консервации подведомственных им систем корабля, Белл приказал остаться лейтенанту Шелтону.
— Лейтенант, — разводить на корабле вольницу в стиле древних пиратов из кино, Беллу и в голову не приходило, — через час жду от вас список старшин на эвакуацию. Вопросы?
— Сэр, я бы посчитал нецелесообразным ликвидировать часть матросов. Я имею в виду команду мастер-старшины Мартинеса.
Хм… Команда Мартинеса была, конечно, незаменимым орудием для пресечения своеволия и буйства, время от времени проявлявшихся среди матросов, однако какой смысл оставлять ее в живых? Предугадав вопрос командира, лейтенант продолжил:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
