фронт-киком я не стал, и выдал хоу дэнтуй — на ходу, с разворотом на триста шестьдесят градусов. Так что вложиться на этот раз получилось в полной мере: от удара прихвостень рухнул на пятую точку и проехался на оной чуть ли не пару метров. Но, к моему изумлению, так и не вырубился — видимо, потому что затылком о камень не приложился, как я на то рассчитывал. И даже довольно резво поднялся на ноги, подозрительно быстро восстановив дыхание. Опять же, не сбежал, за что честь ему и хвала. А заодно и награда: приняв неумелый и не самый сильный кросс на пак-сао, я подшагнул к замешкавшемуся прихвостню и принялся на скорости всаживать один чун-цюань за другим в грудину — в пузо, в «солнышко», снова в пузо, опять в «солнышко» — естественно, меняя руки. Получилось не очень сильно, зато быстро и точно. Ну а в финальный тычок — пятый — я вложил и силу, и вес, таки снова посадив паренька на задницу. Что характерно, подняться он уже не смог, хоть и попытался, а я за это не стал вырубать его окончательно.
Но на самом деле просто не успел — пришлось быстренько развернуться, среагировав на шум за спиной. И да, это снова оказался первый «клиент». И снова с дубинкой, каковую и попытался обрушить мне на затылок, но вместо этого попал на блок ган-сао, который я тут же перевёл в захват лап-сао, и от души дёрнул прихвостня за запястье, в буквальном смысле слова насадив оппонента лицом на заботливо подставленный кулак. Следующим движением — подшаг, перевод левой ладони на контроль вражеской конечности и чун-цюань правой точно в нижнюю челюсть — я завалил оппонента навзничь, заставив чувствительно приложиться затылком. Смотри-ка, опять не вырубился! Они под веществами, что ли?!
Не удовольствовавшись достигнутым результатом, я рухнул на живучего прихвостня коленкой, придавив тому впалую грудь, и принялся, как и в случае с его коллегой по несчастью, поочерёдно всаживать кулаки в уже порядком окровавленную физиономию, с трудом остановившись то ли на пятом, то ли на шестом ударе. А может, и на десятом, не суть. Главное, что превращённый в котлету «клиент» наконец отключился. И только в этот момент я позволил себе немного расслабиться и подняться на ноги. Затем лишь, чтобы, развернувшись, сбить невысоким, но размашистым лихэтуем второго шаманова ученичка. Да-да, он за эти несколько мгновений почти оклемался и предпринял очередную попытку встать. Как показала практика, напрасно.
Ну что, вроде как путь свободен?.. Хочешь, не хочешь, а в зал наведаться придётся…
— «Первый» «Четвёртому», приём! — прорезался в эфире голос Розанова, заставив меня испуганно вздрогнуть.
Ну да, как-то не ожидал подобного, больше на мордобой настроился…
— Что, дядь Мить?!
— Вань, шаман исчез!
— В смысле?! — полезли у меня глаза на лоб.
— Сигнал пропал, — пояснил главный спец. — С полминуты назад, но ты занят был, поэтому не беспокоил!
— Ясно! — в сердцах сплюнул я. — Похоже, до маячка добрался…
— Вань, не тупи! Если бы он маячок выбросил, сигнал бы просто шёл из одного места! А тут вообще пропал!
— Точно, блин! Тэ-эк-с… и что же делать?.. Дядь Мить, отметь мне на навигаторе точку, где… ну, ты понял. Пройдусь, проверю.
— Уверен, Вань? Может, людей прислать?
— Не, сам справлюсь! — отрезал я. — «Первый» «Четвёртому», конец связи!
Вот так вот, быстро и решительно. В полном соответствии с девизом «Слабоумие и отвага»! Просто, чтобы не нудел над ухом. Да и что-то мне подсказывало, что лучше без лишних глаз обойтись… опять же, относительно недалеко — через зал и в отнорок налево… почти дошёл уже, по сути.
— М-мать!..
Всё-таки подстраховался куму-пойаи Агуэй! И подстраховался неслабо — посреди довольно просторного зала меня поджидал здоровенный прихвостень. И «здоровенный» вовсе не для красного словца — паренёк размерами чуть ли не вдвое превосходил Лукиньо в лучшие его годы… буквально человек-гора, блин! Н-да… здесь вин-чун вряд ли поможет, тут плазмер нужен…
3
… однако ж делать нечего, нужно как-то справляться. Можно, конечно, просто сквозануть мимо, благо бугаина наверняка не отличается ни реакцией, ни скоростью, ни уж тем более ловкостью. Но… что ему помешает заблокировать вашего покорного слугу в каком-нибудь не самом просторном лазе? Ну, типа того, по которому я до зала добирался? И уж там в любом случае придётся с проблемой разбираться. Что характерно, в крайне стеснённых условиях, где у меня самого манёвр будет сильно ограничен. Поэтому что? Правильно! Поэтому устраняем проблему здесь и сейчас, благо выбор вариантов действия довольно богатый. Можно, например, найти что-нибудь более-менее подходящее да и запустить прихвостню в башку. Или не заморачиваться с метательными снарядами, а подойти поближе да пустить в ход ноги… пожалуй, так и сделаю. А если он ещё и сам мне навстречу пойдёт, так ещё лучше. Про обработку на противоходе я уже как-то упоминал. Правда, сам же и обломался совсем недавно, но это уже детали, детали…
Впрочем, надежды мои не оправдались: бугаина меня хоть и заметил, но не счёл нужным предпринять хоть какие-то меры по перехвату. Такое ощущение, что у него приказ просто стоять посреди зала и источать угрозу. Демонстрировать, так сказать, серьёзность намерений. Хм… ладно. Тогда попробую последовать старой мудрости, что умный в гору не пойдёт, умный гору обойдёт. Даже если это всего лишь человек-гора, хе-хе.
И знаете что? Не прокатило! Стоило мне лишь чуть изменить направление, как прихвостень начал проявлять признаки жизни. Нет, насчёт тактико-технических характеристик данной конкретной особи я ничуть не ошибся, двигался он, как такой туше и полагается: нарочито неторопливо, но вместе с тем и неумолимо. Можете представить, как прибой накатывается на берег? Или, там, цунами? Вот примерно так же. То есть вариант с фланговым обходом на самом деле не вариант — мне потом тупо пути отхода перекроют со всеми вытекающими. Так что я не стал мудрствовать лукаво и попёр прямиком на парня. Можно, конечно, разбежаться да в прыжке зарядить с ноги, но что-то мне подсказывало, что я в лучшем случае отлечу от массивного противника, что твой мячик, а в худшем ещё и навернусь крайне болезненно. А посему я просто сократил дистанцию до минимально безопасной, застыл напротив человека-горы в излюбленной батюшкиной позе, то есть сложил руки на пузе, предварительно сунув ладони в рукава — правую в левый, а левую, соответственно, в правый, и уставился парню в глаза. Смею надеяться, что пронзительным взглядом.
У батюшки, к слову, обычно прокатывало
