Читаем без скачивания Сердце змеи (СИ) - Turner Jane

– Когда ты узнала? – спросил он тем же высоким холодным голосом, который всегда ее пугал. Но сейчас в нем проскальзывало какое-то другое чувство, которое Реддл явно пытался пока сдержать, но оно прорывалось даже через его идеальное самообладание.

– Где-то в октябре… кажется. Мне ничего не было известно о твоей биографии, – заверила Миранда, заметив его напряжение. – С нашей первой встречи я полагала, что ты убийца, но не более. Это уже потом до меня дошло…

– Что же меня выдало?

– Твои последователи, – Миранда выдавила слабую полуулыбку. – Точнее, их фамилии и то, как беспрекословно они тебе подчиняются. В будущем многие из них добьются известности, почти не уступающей твоей, как твои самые преданные слуги. Пожиратели Смерти… Никогда не нравилось, как это звучит.

– Забыл спросить твое мнение, – съязвил он, но сразу же замолчал, поглощенный какими-то своими мыслями. Эта пауза так затянулась, что Миранда даже отвлеклась от размеренных выстрелов в голове, от которых череп, казалось, собирался разлететься на части, и посмотрела на него внимательно. Том на секунду закрыл лицо руками, а когда убрал их, Миранда увидела совершеннейший восторг на красивом лице, который он больше не пытался скрыть. Это был чистый триумф, радость на грани исступления. Однако сейчас эти эмоции не красили Реддла, а странным образом искажали его черты, делали их больше похожими на звериный оскал. Отсветы огня в камине плясали на его лице, придавая чертам что-то демоническое.

– У меня получится, – прошептал он, обращаясь к самому себе. О присутствии Миранды Реддл, казалось, позабыл и теперь в волнении расхаживал по комнате, не в силах справиться с охватившими его эмоциями. – Я добьюсь того, чего хотел! Я знал, что все было не напрасно, что мои планы не фантазия, их можно осуществить!

У Миранды по коже прошел озноб. Ипостась снова сменилась, и перед ней был уже не Том Реддл, а именно лорд Волдеморт, которому она только что дала уверенность, что ему удастся осуществить свои безумные бесчеловечные затеи. Не изменила ли она этим что-нибудь? Что, если после этих слов он станет еще более жестоким тираном, абсолютно уверенным в собственной правоте?

– До твоей окончательной победы в моем времени дело еще не дошло, – решила напомнить она, морально готовясь, что Реддл сейчас запустит в нее какое-нибудь проклятие за подобные речи. – Когда я перенеслась из своего времени, противостояние было в разгаре. Ты пока не победил.

– Я добьюсь своего, – небрежно махнул Том рукой, не испытывавший ни малейшего сомнения в собственной правоте. – Это лишь вопрос времени. Пусть не сразу, но я осуществлю то, что считаю необходимым. Перекрою мир так, как мне кажется правильным… Остановить меня никому не удастся.

У Миранды перед глазами появился Гарри, который стал надеждой всего магического мира. Ну уж нет, Тому о нем она ничего не скажет. Мальчик-Который-Выжил должен остаться таковым… Она медленно опустилась в кресло у камина, вызывая в памяти лучшие школьные воспоминания – собрания ОД, полеты в облике ворона, обсуждения с Гермионой интересных моментов из учебников, проделки близнецов Уизли…

– А тебя, значит, обучали бороться со мной, – протянул Реддл внезапно, и Миранда, вынырнув из своих мыслей, обнаружила, что Том теперь пытается просверлить в ней дыру прямым, жестким взглядом. – Мы с тобой будем врагами?

Она нервно хихикнула, представив себе подобное, отчего выражение глаз Реддла стало угрожающим, и Миранда решила разъяснить:

– Это довольно громко сказано, знаешь ли. Я же сказала, в будущем мы будем совершенно несоизмеримыми величинами… И я сильно сомневаюсь, что тебе вообще будет известно о моем существовании. Но с объективной точки зрения… Да, я буду на той стороне, что противостоит тебе.

– Значит, ты умрешь, – констатировал Реддл уверенно. – Я не оставляю врагов живыми.

– Поверь, эта твоя черта мне хорошо известна.

Том остановился посреди комнаты и посмотрел на нее. Его явно удивляло ее полнейшее спокойствие, но Миранда в самом деле точно утратила способность бояться, удивляться и тревожиться о своей жизни.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Почему ты ничего не предприняла, очутившись в этом времени? – внезапно спросил он. – Когда поняла, кто я? У тебя было преимущество передо мной… Ты могла попытаться что-то изменить, каким угодно способом… Что, гриффиндорское благородство не позволило?

– Шляпа подумывала над тем, чтобы отправить меня в Слизерин, – напомнила Миранда и следующие слова произнесла, глядя ему в глаза. – Я попыталась тебя убить.

Секунду он молча смотрел на нее совершенно нечитаемым взглядом, а затем бесцветным голосом произнес:

– Тогда у озера, когда ты оглушила меня.

– Да. Я знала, что мне не удастся победить тебя в поединке, и знала, что едва ли смогу застать тебя врасплох. Составила план, все продумала. Обеспечила себе алиби, и на следующее утро весь Гриффиндор подтвердил бы, что я вечером находилась в башне факультета. Превратилась в птицу, чтобы подкрасться ближе. Оглушила тебя. Оставалось только произнести Убивающее Заклятие.

Она выдавила кривую ухмылку, до сих пор не зная, как стоит относиться к тому провалу. Должна была она переступить через себя, свои убеждения и довершить начатое?

– Почему же ты этого не сделала? – спросил он тихо.

Миранда пожала плечами, не видя смысла скрывать очевидное.

– Не смогла. Не хватило ненависти, или храбрости, или решительности, или еще чего-то… Но у меня просто язык не повернулся проговорить нужные слова. Выходит, я слабее, чем думала…

– Слабее? – переспросил Том так же тихо и все тем же нечитаемым тоном.

– Конечно, – она улыбнулась ему, как неразумному ребенку, точно он не мог понять очевиднейшей вещи. – Я знаю, что ты совершишь. По твоей вине будут гибнуть совершенно безвинные люди, среди которых будет много моих знакомых. У меня был реальный шанс это предотвратить. Здесь, в 1945 году, я единственный человек, кто знает, кто ты такой и на что способен, даже Дамблдор пока в неведении! Я могла убить тебя и спасти множество людей от страданий, от смерти. И я не смогла! А потом того хуже – влюбилась в тебя, как последняя идиотка. И это при том, что мне известно, кто ты! Все, что сказал тогда мой боггарт, правда. Я и в самом деле предала всех, кто был для меня важен. Они бы никогда меня не простили…

Почему-то признание в собственных чувствах сейчас совершенно легко слетело с ее языка, хотя Миранда впервые говорила об этом открыто. Морально она была готова, что Том только посмеется над ее глупостью и поздравит себя с победой – влюбленный человек всегда попадает в зависимость от того, кого он любит, и именно поэтому Реддл, по сути, добился желаемого – Миранда в самом деле подчинилась ему, как он и хотел. Однако Реддл вместо этого на редкость спокойно сказал:

– Хорошо, убить меня ты не смогла. Почему ты не попыталась изменить ситуацию другим способом? Я даже не говорю про Империус или еще что-нибудь, лишающее воли. Но ты же совершенно не пыталась переубедить меня, хотя вы, гриффиндорцы, всегда верите во все лучшее в людях, в то, что их можно изменить силой убеждения!

Несколько мгновений она смотрела на него с искренним удивлением, не понимая, почему он задал ей настолько очевидный вопрос, но потом все же ответила:

– Потому что ты правильно сказал сегодня в библиотеке – я и в самом деле знаю тебя. Что-то мне было известно о тебе в моем времени, какие-то детали добавились уже здесь… Именно поэтому я довольно спокойно реагировала на все, что ты творил – потому что я знаю, что другого от тебя ждать не следует. Я не вижу никакого смысла переубеждать тебя в чем-то, потому что это невозможно. Ты поступаешь только так, как считаешь нужным, мнение других людей тебя не волнует.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– И ты решила, что даже пытаться не стоит? – спросил он с непонятной для нее настойчивостью. Мерлин, какого ответа он от нее добивается?

– Переубедить кого-то может только тот, на чье мнение этому человеку не плевать. Кто-то, кто имеет для этого человека хоть какое-то значение, кто важен для него. Кто я для тебя, Том? Какое же значение я имею для тебя, чтобы мое мнение могло на тебя хоть как-то повлиять?