Однако войска 1-го Белорусского фронта по-прежнему медленно продвигались вперед. Только к исходу дня 18 апреля части 2-й гвардейской танковой армии, преодолев с боями систему озер и каналов, вышли на более благоприятную для маневра местность, достигнув рубежа Шульцендорф, Бацлов, Райхенберг. Поэтому маршал Жуков приказал до 12 часов 19 апреля привести части в порядок, уточнить задачи, организовать взаимодействие и пополнить боеприпасы. После этого предписывалось начать артиллерийскую и авиационную подготовку и, в зависимости от ее результатов, атаковать противника и стремительно развить наступление согласно плану. Для поддержания взаимодействия между стрелковыми дивизиями и танковыми бригадами Военному совету 5-й ударной армии приказывалось иметь при этих бригадах своих ответственных командиров со средствами связи[462]. Координация действий на участке 5-й ударной и 2-й гвардейской танковой армий возлагалась на командарма 5-й ударной. Немного позднее Г.К. Жуков объявил выговор командиру 9-го гвардейского танкового корпуса генералу Н.Д. Веденееву «за плохие действия» и к исходу дня 19 апреля приказал любой ценой выйти в район Фройденберга.
Развивая наступление и ведя упорные бои с противником, стремившимся не допустить выхода танков за лесной массив севернее Штраусберга, передовые отряды 9-го гвардейского танкового корпуса в 9 часов 19 апреля прорвали вражескую оборону и развернули наступление на Штернебек. Части 47-й гвардейской танковой бригады, пройдя 24 км, к 2 часам ночи 20 апреля вышли в район севернее Байерсдорфа. Это коренным образом улучшило положение 2-й гвардейской танковой армии. Генерал Богданов немедленно доложил об этом маршалу Жукову, который потребовал от него возможно быстрее выйти на подступы к Берлину.
Части 1-го механизированного корпуса, ведя тяжелые бои за Претцель, также прорвались в лес и к 4 часам 20 апреля вышли в район Латбуша. В это время 12-й гвардейский танковый корпус совместно с 26-м стрелковым корпусом вел тяжелые бои на рубеже Клостердорф, Грунов. Генерал Богданов приказал 12-му гвардейскому танковому корпусу к 9 часам 20 апреля сосредоточиться в лесу юго-западнее Тифензее. Из этого района он должен был нанести удар по противнику, выйти в район Вернойхез, Вегендорф, Хиршфельде и оказать помощь 5-й ударной армии в выходе в район западнее Штраусберга.
Выполняя поставленные задачи, войска 2-й гвардейской танковой армии к исходу дня 20 апреля овладели Бернау, Альт Ландсбергом и вышли в пригородные районы Берлина. Маршал Жуков тут же направил генералу Богданову приказ следующего содержания:
«2-й гвардейской танковой армии поручается историческая задача: первой ворваться в Берлин и водрузить знамя Победы. Мною Вам поручено организовать исполнение. Пошлите от каждого корпуса по одной лучшей бригаде в Берлин и поставьте им задачу: не позднее 4 часов утра 21 апреля любой ценой прорваться на окраину Берлина и не медля донести для доклада т. Сталину и объявление в прессе»465.
Аналогичный приказ был отдан командующему 1-й танковой армией.
Преодоление 2-й гвардейской танковой армией лесного массива позволило увеличить темпы наступления. 22 апреля соединения 3-й ударной, 2-й гвардейской танковой и 47-й армий, преодолевая ожесточенное сопротивление противника, прорвались на окраины Берлина и завязали сражение в городе. К этому времени в городской оборонительный обвод вклинились войска 8-й гвардейской и 1-й гвардейской танковой армий. Маршал Жуков потребовал от командующих 47-й и 2-й гвардейской танковой армиями выделить силы и средства для наступления на Потсдам. В распоряжение командующего 47-й армией была направлена одна танковая бригада 9-го гвардейского танкового корпуса[463]. Остальным силам 2-й гвардейской танковой армии было приказано нанести удар из района Витенау, Рейникендорф и 24 апреля выйти в район Шарлотенбург, Дален, (иск.) Вильгельмштадт[464].
23 апреля в Берлин прорвались соединения 3-й гвардейской танковой армии 1-го Украинского фронта. Юго-восточнее Берлина в районе Бонсдорфа 9-й механизированный корпус этой армии вошел в соприкосновение с войсками 8-й и 1-й гвардейской танковой армий 1-го Белорусского фронта. В результате было завершено окружение франкфуртско-губенской группировки противника.
Вечером 24 апреля к Бранденбургу вышла 4-я гвардейская танковая армия 1-го Украинского фронта. Маршал Жуков, стремясь первым овладеть Бранденбургом, потребовал 25 апреля в 1 час ночи от командира 7-го гвардейского кавалерийского корпуса немедленно повернуть одну кавалерийскую дивизию и одну танковую бригаду для стремительного удара на юг с задачей занять к утру Бранденбург до подхода 6-го гвардейского механизированного корпуса 4-й гвардейской танковой армии. Командующему 2-й гвардейской танковой армией было приказано немедленно выдвинуть одну танковую бригаду 9-го гвардейского танкового корпуса из района Науена в Швенебек (7 км юго-западнее Науена) и передать ее во временное подчинение командира 7-го гвардейского кавалерийского корпуса для удара на Бранденбург. Одновременно оставалось в силе ранее отданное распоряжение о передаче одной танковой бригады 9-го гвардейского танкового корпуса во временное подчинение командующего 47-й армией для наступления на Потсдам. Остальным силам этого корпуса предписывалось нанести удар из района Науена на Потсдам и к утру 25 апреля занять Потсдам[465].
25 апреля передовые части 4-й гвардейской танковой армии 1-го Украинского фронта соединились в районе Кетцина, северо-восточнее Бранденбурга, с передовыми частями 47-й армии 1-го Белорусского фронта и замкнули кольцо окружения вокруг Берлина. В самом городе возникла неразбериха из-за того, что 3-я гвардейская танковая армия вышла в тылы боевых порядков 8-й гвардейской и 1-й гвардейской танковой армий 1-го Белорусского фронта. Маршал Конев около девяти часов вечера 28 апреля обратился к маршалу Жукову с просьбой изменить направление наступления 8-й гвардейской и 1-й гвардейской танковой армий. Однако командующий 1-м Белорусским фронтом, как уже говорилось, добился у Сталина решения об установлении с 24 часов 28 апреля новой разграничительной линии в Берлине между двумя фронтами: до Мариендорфа прежняя, затем станция Темпельхоф, Виктор-Луизе плац, станция Савиньи, далее по железной дороге на станции Шарлоттенбург, Весткройц, Рулебен (все пункты для 1-го Украинского фронта включительно)[466].
Тем временем боевые действия в Берлине не прекращались ни днем ни ночью. Противник, стремясь остановить 2-ю гвардейскую танковую армию, ввел в действие спецчасти 9-й армии, наспех сформированные батальоны фольксштурма, полицейские отряды, батальоны летного состава и прочие формирования из различных родов войск. Они оказывали упорное сопротивление, сдерживая продвижение войск армии. Это вызвало недовольство у маршала Жукова. В своем распоряжении № 11708 от 1 мая он отмечал:
«Части 2-й гв. танковой армии ведут наступление исключительно плохо. За последние 3 дня армия не имеет вообще никаких результатов. Я вынужден строго лично вас предупредить и требую:
1. Организовать лучше бой, чем вы организовывали до сих пор.
2. Вылезти из подвалов и видеть лично бой.
3. Подготовить три-четыре танковые бригады и под личным командованием комбригов прорваться бригадам в тыл противника. За бригадами пустить главные силы корпусов и армии.
4. Проявить больше решительности. Действия 12 тк увязать с действиями авиации.
5. Результат донести 2.5.45 г. лично мне»[467].
Ко времени отдачи этого распоряжения ситуация в Берлине коренным образом изменилась. К трем часам дня 2 мая остатки берлинского гарнизона (более 134 тыс. человек) сдались в плен. В последующем войска 1-го Белорусского фронта, уничтожая отдельные группы противника, пробивавшиеся на запад, вышли к Эльбе.
Итоги Берлинской стратегической наступательной операции подведены нами в главе «Первая гвардейская танковая армия». Поэтому здесь мы отметим лишь, что войска 2-й гвардейской танковой армии в ходе боевых действий уничтожили 121 самолет, 16 761 солдата и офицеров, 65 танков, 61 самоходное орудие, 574 орудия, 78 бронетранспортеров, 121 миномет, 8 бронемашин, 668 автомашин. В плен были захвачены 7020 солдат и офицеров, в качестве трофеев – 15 танков, одно самоходное орудие, 190 орудий, 47 противотанковых ружей, 7 бронетранспортеров, 48 минометов, 385 пулеметов, 4371 фаустпатрон, 56 складов, 25 эшелонов, 479 автомашин. Освобождены пленные и ранее угнанные на работу в Германию (граждане Советского Союза, чехи, французы, поляки) – 10 500 человек. Потери армии составили 1518 человек убитыми и 6039 ранеными, 214 танков и 26 САУ[468].
Генерал С.И. Богданов в своем докладе № 0226/оп от 15 мая 1945 г. командующему войсками 1-го Белорусского фронта о ходе боевых действий армии с 15 апреля по 3 мая отмечал:
