Вдруг открывается дверь и к нам заглядывают другие любопытные детки. Они все просто очарованы Анной, ее светлыми волосами и яркой улыбкой. Я их понимаю.
Детей так просто завлечь. Большинству стоит просто уделить немного внимания, что я и делаю, и неожиданно понимаю, что мне самому с ними весело.
— Кай, — зовет меня Анна. — Кажется, кто-то хочет с тобой познакомиться.
Я оглядываюсь по наитию. И натыкаюсь на взгляд маленькой девочки лет четырех, которая стоит возле двери и смотрит так пристально, что я прирастаю к полу. У нее такая сильная аура — ярче, чем у других детей. В глубине видно столько негативных эмоций, что задаешься вопросом — через что она прошла. Но она смотрит на меня и сквозь плотную завесу глубинного серого пробивается оранжевый интерес. Но самое интересное поджидает меня на внешнем слое ауры. Сперва он нечеткий, а затем приобретает розовый цвет, напоминающий сладкую вату.
Она смотрит прямо на меня… и испытывает любовь? И вроде бы она должна чувствовать смущение, но взгляд у нее такой уверенный, что я не могу оторваться.
— Привет, — говорю я ей. — Как тебя зовут?
Она показывает на меня и произносит:
— Бамбо.
Я перевожу взгляд на нахмурившуюся Занию. И она и Коуп присели по обе стороны от малышки, но та на них не обращает никакого внимания. Только на меня.
— Ее зовут Алила, — говорит Зания. А-лии-ла. — Оно переводится как рыдающая.
— Алила, — говорит Копано девчушке. — Zikuyenda bwanji.
— Он говорит на языке чичева, — шепчет Зания. Анна подходит ко мне.
Ангел-хранитель Алилы наклоняется к ее ушку и шепчет что-то, отчего ее аура светлеет. Такая близость с духом необычна даже для взрослых, что уж говорить о ребенке. Затем у меня замирает дыхание, потому что девочка подходит ко мне.
Я не могу пошевелиться, когда она протягивает ручки к моему лицу. Ее личико так близко, она словно пытается заглянуть как можно глубже в мои глаза. Она прижимает свою прохладную ручку к моей щеке и уверенно забирается мне на колени. И снова четко произносит:
— Бамбо.
Я не понимаю, что происходит. Но мне становится настолько не по себе, что кружится голова. Я не могу оторваться от Алилы, но краем глаза замечаю, как переглядываются Коуп и Зания.
— Как переводится "бамбо"? — шепчет Анна. Копано прочищает горло, медля.
— Это значит "папа".
Пресвятая…
Если бы я уже не сидел на полу, то наверняка бы свалился. Папа? Но почему…? Я осторожно осматриваю эту хрупкую малышку, которая крепко вцепилась в мою рубашку.
Зания переходит на язык жестов.
Ее перевели к нам из другого приюта, который закрыли из-за процветавшего там сексуального насилия.
Сердце екает и тяжелеет. Я смотрю на Анну, на чьем лице застыл ужас. Приходится сжать зубы. Эта девочка такая крошечная и хрупкая. И ее выбрали жертвой для самого отвратительного действия в мире. Действия, которое так мне знакомо. Неудивительно, что у нее такая аура. Как же мне хочется разыскать тех, кто ее обижал, и убить.
Копано снова заговаривает с Алилой на чичева, а Зания переводит нам.
— Он говорит ей, что Кайден его друг и ему интересно, почему она называет его папой.
У меня перехватывает дыхание, когда Алила уютно прижимается ко мне, словно знает меня всю жизнь, и отвечает Копано. И снова Коуп прочищает горло.
— Она говорит: «Мне снился сон, что он мой папочка».
Я не могу дышать. Я…
Я приснился этой девочке. Наверное, к ней приходил ангел, или она обладает удивительно редким даром. Смотрю на Анну, она тоже едва дышит. В ее глазах застыло удивление. Это невероятно. От такого не отмахнешься, не отшутишься. Такое нельзя игнорировать.
Пытаюсь представить, что ухожу из этого приюта с Онани и Мандалой, без этой крошки. И внутри просыпается такое яростное сопротивление и тяга к ней, что я инстинктивно обнимаю ее руками. Я не оставлю ее. Никто и никогда больше не причинит ей боли.
Она — моя дочь. Дар. Благословение. То, чего я никогда не предполагал обрести, но за что придушу любого, кто попробует ее у меня отнять. Мое сердце распахивает для нее свои объятия, и я чувствую — так и должно быть. Алила прижимается крепче, словно чувствует, что ее дом там, где я. Глаза начинает печь, но я даже не думаю отмахиваться от этого ощущения.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Слезы горячими дорожками стекают по моим щекам. Но я не чувствую себя слабым. Наоборот, я ощущаю себя сильнее, чем когда-либо. Анна берет меня за руку и я крепко сжимаю ее ладонь. Онани и Мандала играют рядом с нами, малышка Алила машет своими босыми ножками.
Моя жена. Сыновья. И дочка.
Ради них я сделаю все. Клянусь. Я — сын своего отца, но ни одной его черты у меня нет. Мне и только мне выбирать, каким быть. И будто наяву я вижу Создателя, Белиала, Патти, Марианту и всех ангелов, которые улыбаются и говорят: Все будет хорошо.
И я с ними соглашаюсь. Все точно будет хорошо.
Переведено для группы https://vk.com/sweet_trilogy
