часть стражников завтра отправятся домой. Да-да, те самые, которые приехали вместе с госпожой Александрой. Ах, из их состава были даже старшие смен? Ну, тогда надо и старших смен назначить! Своих. Из проверенных, надёжных воинов. А кроме того, нужно выделить четыре человека из бывших военных для сопровождения трупов. Один из них — тот самый Жерар де Шёйи, второй — Этьенн де Шатийон. Первого нужно отправить в замок Шёйи, второго, соответственно, в Шатийон-сюр-Сен. Да подобрать таких, чтобы посланные смогли внятно и толково объяснить родственникам, что благородные господа Жерар и Этьенн пали на своём посту, доблестно сражаясь с группой бандитов, подло напавших со спины… Они пали, но и бандиты были перебиты! И, в знак признательности, графиня Катерина готова выплатить родственникам по двести золотых монет — сумму, которую могли бы получить благородные стражники за весь будущий год…
Да, были ещё трое убитых подобным образом. Но — увы! — никто не знает кто это такие и откуда они родом. Жерар знал, но он уже не ответит на вопросы… Поэтому, покойников подготовить, отпеть, и с воинскими почестями похоронить на общем кладбище, что возле городской церкви! С какими воинскими почестями? Ну, откуда ей, хрупкой девушке, знать про эти воинские почести⁈ Наверное, какое-нибудь шествие отряда стражников, когда по знаку командира, весь отряд выхватывает мечи и салютует погибшим? Пожалуй, такое действие окажет потрясающее воздействие на зевак из числа горожан!
Потом Катерина уточнила, кто из гостей находится в замке, по каким вопросам они прибыли и какого решения дождались или ещё ждут. И дала некоторые распоряжения управляющему по этому поводу.
И только потом, устало повернулась ко мне, и хищно улыбнулась:
— Я готова побеседовать с монахом! Точнее, пригласить его на совместную трапезу! Я голодная — жуть! И чтобы на столе обязательно было блюдо с грибами! Андреас, я распоряжусь, а ты умойся, побрейся, и через полчаса приходи в Фиолетовую комнату, где была опочивальня Александры. Именно там мы побеседуем со святым отцом. Ты же не откажешься отобедать и послушать нашу беседу?
— Не откажусь! — признался я, — Особенно, отобедать!
— Всё бы тебе жрать да жрать! — подмигнула Катерина.
Глава 24
Развязка
Ему везло в карты чаще, чем полагается порядочному человеку.
Никита Богословский.
Я привёл себя в порядок и теперь шёл в Фиолетовую комнату, а сам думал: и чего девке дома не сиделось? В смысле, Катерине? Она же прирождённая хозяйка! Если ей потребуется на крышу донжона залезть, ей даже говорить ничего не надо. От одного взгляда, слуги сами ступеньками уложатся, до самой крыши. И будут счастливы, если она соизволит по ним пройтись. Потом вспомнил про папенькино обещание и её нежелание выходить замуж за старика. Ну-у… тоже характеризует девушку. Брак — это же взаимная ответственность? И она не хочет брать на себя обязательства, заведомо для неё неисполнимые. Вот в таких размышлениях я и пришёл в Фиолетовую комнату.
Мило. Уютно. Чувствуется, что здесь жила молодая женщина — тут и там разбросаны предметы женского туалета: гребни, ленточки, заколки… Похоже, не часто сюда заходят служанки для уборки, а если и убираются, то под бдительным хозяйским присмотром. Я видел подобное, когда хозяева, в таких комнатах, в потайных местах, хранили фамильные сокровища…
Катерина была свежа, румяна, и казалась ни чуточки не уставшей. По всей видимости, она успела наскоро вытереться влажным полотенцем, переодеться, завиться, поправить косметику… и когда только⁈
— Ваше сиятельство изволили меня искать? — прошелестел голос из-за моей спины, и я невольно сделал шаг в сторону, оглядываясь.
Монах умудрился подойти совершенно неслышно. Средних лет, в серой сутане, перевязанной грубой верёвкой, с толстыми, хитро завязанными узлами, и сам какой-то серый, неприметный.
— Да, — весело откликнулась Катерина, — И я приглашаю вас отужинать с нами. Так сказать, в тесном кругу.
— Благодарю, но я недавно отобедал… — поклонился монах, — Смиренный служитель Ордена святого Франциска, брат Элоиз, к вашим услугам…
— Вы отобедали, а я приглашаю вас отужинать! — возразила Катерина, — К тому же, признаться, мы с господином Андреасом голодны, но это было бы некрасиво, вкушать пищу не пригласив за стол окружающих. Итак?..
— Как прикажете, ваше сиятельство…
— Тогда прошу к столу!
Катерина хлопнула в ладоши и тут же засуетились слуги, расставляя по столу всякую снедь и наливая вино в бокалы. А потом, словно испарились. За накрытым столом остались только мы трое.
— Благословите трапезу, брат! — пригласила Катерина.
Монах встал и привычно произнёс слова благословения. Явно не в первый раз это делает!
— Да будет над нами милость Божья! — приподняла свой кубок Катерина.
— Во веки веков! — хором откликнулись мы с монахом.
После такого тоста принято пить до дна…
— Так с каким поручением вы прибыли в замок? — легко поинтересовалась девушка.
— Я принёс письмо хозяйке замка.
— От кого?
— От его высокопреосвященства, кардинала Жеральда ля Фальеро.
Мне показалось, что монах сделал крошечную заминку перед ответом. Как бы прикидывая, отвечать нам или уклониться от ответа.
— Это первый из двух, — вставил я.
Монаху эти слова будут непонятны, а Катерина сообразит, что это тот самый, который неосторожно писал письма. И тот самый, у кого Александра выкрала документ.
— Первый из двух? — вопросительно поднял на меня взгляд монах и тут же опять опустил его вниз.
— Не обращайте внимания, брат Элоиз! — мягко улыбнулась Катерина, едва заметно кивнув мне, — Давайте лучше поднимем бокалы за ваше здоровье! Наливайте!
— Вы слишком добры ко мне, ваше сиятельство!
Тем не менее, монах сделал глоток вина и поставил бокал на место.
— Ну, что ж… Вы принесли письмо хозяйке замка, я хозяйка… где письмо?
Катерина изящно резала ножичком пласт мяса в своей тарелке, накалывала на свою золотую вилочку и аккуратно отправляла кусочки в рот. Словно нехотя. Словно не голодна.
— Но я отдал письмо другой девушке! — нахмурился монах, — Мне сказали, что это и есть хозяйка! Неужели меня…
— Нет-нет… Мы обе хозяйки. Мы кузины, и если вы заметили, очень похожи. Отдали Александре, и ладно… Письмо было запечатано?
— Да.
— И вы не знаете его содержимого?
— Нет.
— Но кузина при вас вскрыла письмо и прочла его?
— Да.
Однако, какой немногословный монах нам попался!
— Да вы угощайтесь, угощайтесь! — подбодрила его
