я сейчас вернусь, и мы продолжим.
Интересно, куда я мог уйти? Узлы, которыми я привязан к кровати, были достаточно надежными и крепкими.
Было слышно, как она в соседней комнате открывает входную дверь, что-то капризно и зло выговаривая кому-то, а дальше раздались какие-то невнятные вскрики, шум, возня, грохот падающей мебели, по-видимому, кто-то свернул столик, за которым мы трапезничали, звон разбитой посуды. Действительно, что там происходит? В комнату, спотыкаясь, влетела растрепанная, взъерошенная Светка. За ней стремительно ворвалась похожая на рассерженную фурию Жанна.
– Иди сюда, сучка, – прошипела она, вставая в боевую стойку.
Светка приняла вызов, заняв позицию – ноги широко расставлены, одна чуть вперед, руки подняты, слегка согнуты в локтях, а кулаки крепко сжаты. Светка немедля, тут же сделала пару резких опасных выпадов. Жанна первый раз уклонилась от ее удара, второй раз поставила блок, остановив Светкин кулак буквально в миллиметрах от своего лица. Наступила Жаннина очередь атаковать – ложный замах левой рукой, потом правой, и тут же, подпрыгнув на пружинящих ногах, правую ногу направляет кверху. И Светка пропускает мощнейший боковой удар пяткой в скулу. Она запрокинула голову назад, закатила глаза, ее руки опустились, ноги подкосились. Светку, как пьяную, повело в сторону, и она не в состоянии больше поддерживать горизонтальное положение, рухнула на спину – это был нокаут.
Жанна коршуном запрыгнула на нее сверху, рывком перевернула ее на живот, завела руки за спину и надела на запястья и на щиколотки наручники, полностью спеленав тем самым Светку. Наконец она перевела взгляд на меня, окинула с ног до головы.
– Красавец, что тут скажешь, – очень зло и с изрядной долей сарказма констатировала Жанна, после беглого осмотра моего бренного тела. – Ты хоть бы прикрылся, Аполлон долбанный.
– Извини. Я бы рад, но не могу, – я кивком головы показал на свои руки, привязанные к кровати.
– Ты вообще как здесь оказалась?
– Аня тогда перед собранием прислала мне сообщение, – ответила Жанна, подойдя к кровати и в первую очередь накрыв меня одеялом, – в котором говорилось о том, что ее не будет на собрании, потому что она не успевает, а еще постскриптумом шла личная просьба ко мне, чтобы я за тобой последила как можно незаметней, потому что, она была уверена, что ты связался с какой-то местной «коровой» и беспокоилась, что ты можешь вляпаться в историю.
Жанна принялась развязывать узлы, чтобы освободить меня.
– Так он таки вляпался, – продолжала зло бубнить Жанна, – донжуан недоделанный. Ты мне объясни, Олег, – обратилась она ко мне, сверля глазами, – что с вами мужиками не так? Вы в состоянии думать только одной головой, и, к сожалению, не той, что на плечах? Увидели какую-нибудь знатную давалку, и все – забыв обо всем, побежали очертя голову на случку, как голый до бани! – с горечью отчитывала она меня. – Вы что, вообще не в состоянии свое хозяйство в штанах держать? Или, когда приспичит, все равно с кем? – Я благоразумно помалкивал. – Ты только посмотри, на кого ты взгромоздился! Посмотри! Посмотри! – Жанна, взяв меня за подбородок, остервенело повернула мою голову. – Вот полюбуйся! – и ткнула рукой в сторону лежащей на полу Светки. – Она же старая, у нее целлюлит на жопе.
– У меня нет целлюлита, – попыталась защищаться очухавшаяся Светка.
– Заткнись, выдра облезлая, тебе слова не давали, – прикрикнула на нее Жанна.
Наконец ей удалось развязать последний узел и освободить меня. Я начал разминать затекшие руки.
– Ты вообще в женщинах не разбираешься, – не унималась Жанна, высказывая свое «фи». У тебя совсем нет вкуса!
Интересно, что примерно то же самое, но несколько в других выражениях я слышал пару минут назад от Светки. Может, я и правда не умею выбирать женщин. Хорошо… Пусть тогда мне кто-нибудь объяснит, а как их выбирать? Это что, как арбузы в магазине, вот подайте мне тот продолговатенький, у него и звук после шлепка более гулкий и хвостик сухой, а еще размер и цвет в порядке – так надо, что ли?
– Вообще-то, Жанн, это моя бывшая.
– В смысле – бывшая?
– Ну на Земле мы некоторое время жили вместе, правда до брака дело не дошло.
Жанна даже открыла рот от удивления, потом, посмотрев на Светку, презрительно скривила губки.
– Фу-у-у… ну тогда все понятно. Так ты что, геронтофил?
Я «худею» от этих баб! Ее совсем не интересовало, как моя бывшая появилась за сотни световых лет от Земли на другой планете и в другом временном отрезке, но зато ее интересовал возраст моей избранницы. Ну и где логика? Хотя о чем это я? Отсутствие всякой логики – вот логика женщины.
– Я не старуха, – подала голос Светка.
– Она не старуха, – стал я на ее защиту. Мы сказали это одновременно с ней.
– А-а-а… Ну понятно. Спелись, – раздула ноздри Жанна и зло сузила глаза.
– Ничего мы не спелись, просто я пытаюсь быть объективным.
– В жопу твою объективность, – раздраженно выплюнула через губы Жанна.
– Хорошо, в жопу, – согласился я, понимая, что с разъяренной девушкой надо помягче и лучше лишний раз не раздражать. – Но сейчас не об этом. Жанн, выслушай меня, пожалуйста, это очень важно.
– Выслушаю, только вначале оденься, – она кинула мне мою одежду, поднятую с пола, и демонстративно отвернулась, предварительно презрительно, не разжимая губ, бросив как пригвоздив: – Позорище…
Я, натягивая на себя шмотки, начал рассказывать Жанне, что только что узнал от Светки. Жанна была поражена не меньше меня.
– Неужели такое возможно? Даже не верится. Почему нас на Земле обо всем этом не предупредили, не поставили в известность?
– Не знаю. Может, побоялись, что смалодушничаем. Но самое главное, что она, – я ткнул в сторону распластавшейся Светки, – точно знает, где звездолет и где Аня.
– Давай ее поднимем и допросим, – предложила Жанна.
Мы вдвоем оторвали Светку от пола и посадили, прижав спиной к стене. Она только зло зыркала глазами.
– Свет, – обратился я к ней, – пожалуйста, скажи, с Аней все в порядке?
Светка ничего не ответила, лишь криво усмехнулась.
– Сейчас, погоди, Олег, – Жанна содрала одеяло с кровати и со словами: «Прикройся, потаскуха!» накинула на голую Светку.
Та громко захохотала:
– Что, овца, завидно стало или боишься, что Олежек глазки сломает, глядя на меня? Правильно боишься, потому что я красива и сексуальна, а на тебя-то он точно не позарится – килька ты из банки пряного посола, зацепиться ни взглядом, ничем другим не за что – заморыш худосочный, доска два соска.
Жанна побагровела.
– Все, сейчас я кончу эту шлюху, – она вытащила пистолет и приставила к Светкиному лбу. – Или
