бы верит, что ее мать жива, так что дело вовсе не в этом! И я хочу знать, что же…
– Если вы упорно не желаете отправлять детей в Австралию, – вмешалась мисс Холдсуорт, – я могу сделать из этого лишь один вывод: вы страдаете ксенофобией!
Клара уставилась на мисс Холдсуорт. Этого слова она не знала, но его звучание ей совершенно не понравилось. У мисс Бриджес на лице было написано глубокое изумление, и она судорожно глотала, как рыбки Билли-и-Барри-2, когда слушают классическую музыку.
– Да, я считаю, что это именно так! – шла в наступление мисс Холдсуорт. – Чем вам не угодила Австралия?
И Клара, не находя слов, лишь покачала головой.
Дождь пошел, когда они были еще в офисе. Всего лишь короткой пробежки до машины хватило, чтобы у Клары не только шляпа, но и волосы, и пальто промокли насквозь.
Большую часть обратного пути они молчали. Да и трудно было бы разговаривать под визг «дворников», непрерывно мотавшихся по ветровому стеклу, похожий на вопли Стеллы, когда ей случайно отдавят лапу. Впрочем, у Клары и не было особого желания о чем-то беседовать. Да и что тут можно сказать? «Дворники» явно не справлялись, и ветровое стекло все время заливало струями дождя. Мисс Бриджес вела машину, почти прижавшись лицом к стеклу и съехав на самый краешек сиденья. Машина с визгом преодолевала повороты – для такой погоды любая скорость казалась слишком большой, – и Клара вспомнила, как гоняет по улицам дядя Питера.
Новая идея, чистый прорыв. Возможность начать все заново.
Спокойные, похожие друг на друга австралийские пляжи. Клара знала, как дети любят Лайм-Реджис, обожают копаться в песке, строить замки. И классовая система там куда менее развита, не то что здесь, где все верхние позиции захвачены лордами и сэрами. И во время войны австралийцы хорошо себя показали; и не просто хорошо, а отлично, многие стали героями.
Дождь все никак не прекращался. А там, в Австралии, солнца куда больше. И температура круглый год градусов на десять, а то и на пятнадцать выше, чем в Саффолке, – Клара специально проверила. (Алексу, любителю сидеть в помещении, это, может, и не слишком бы понравилось, а вот солнечной Пег наверняка. Вот только Пег даже в список включена не была.)
Через час машина резко затормозила у ворот Грейнджа. В мастерской у Айвора горел свет. Интересно, что бы он сказал по поводу полученной ими информации? А что, собственно, он может сказать, кроме своего обычного «Я же тебе говорил!»?
Мисс Бриджес выглядела измученной. Поездка в Лондон и обратно отняла у нее очень много времени и сил. С передней панели прямо Кларе на колени соскользнул список – ах, этот проклятый список! – детей, отобранных для поездки в Австралию. И она снова в него вгляделась:
1. Рита Джейн Уизерз, 11 лет.
2. Александр Дэвид Николс, 12 лет.
3. Джеймс Питер Дауни, 15 лет.
4. Морин Эмми Китон, 15 лет.
Ни Ивлин, ни Джойс, ни Пег там не было.
И обе женщины – Клара и мисс Бриджес – одновременно выпалили:
– Только через мой труп!..
– Я этого не допущу!..
Они посмотрели друг на друга и вдруг засмеялись. Это началось как нервное хихиканье – понятная реакция на беседу с мисс Холдсуорт и напряженную езду под дождем, – потом переросло в неудержимый хохот, и обе стали себе казаться персонажами какого-нибудь смешного комикса.
– Значит, решено, – отсмеявшись, сказала мисс Бриджес и схватила Клару за руку. – Мы начинаем с этим борьбу, девочка. Со всем этим. Дети в Австралию не поедут. Во всяком случае, не поедут таким образом. Нет, только через мой труп! И дело тут не только в детях, хоть я и не понимаю толком, в чем тут, черт побери, дело. Но ничего подобного, пока я на страже, я не допущу.
Глава сорок шестая
– Хорошо, так что же мы собираемся предпринять? – спросила у Клары мисс Купер, когда два дня спустя они сидели у нее в кабинете. Клара прекрасно понимала, как мало там места, но все же в очередной раз была поражена царившим в кабинете беспорядком. Однако она была очень признательна мисс Купер за решение присоединиться к объявленной ими войне.
Мисс Бриджес, набрав в легкие воздуха и с силой выдохнув, заговорила первой:
– Очевидно, первый шаг – это попытаться остановить продажу дома.
– На это, пожалуй, надежды мало, – возразила Клара. – Легче человека на Луну отправить.
– А что, если нам попытаться просто убедить мистера Брауни не покупать этот дом? – сказала мисс Купер. – Должен же найтись кто-то, к чьему мнению он прислушается.
Клара почувствовала, как больно затрепыхалось у нее в груди сердце. Если бы Морин могла помочь, может, тогда… Но ей было совершенно ясно, что Морин тут не поможет.
– Ну что, Клара? – окликнула ее мисс Бриджес.
А Кларе вдруг стало жарко. Нервно теребя пуговицу на воротничке, она сказала:
– Сомневаюсь, что это даст какой-то результат. Может быть, есть какие-то другие идеи? Должны же они у нас быть!
У мисс Бриджес действительно всегда наготове имелся некий «план B». Она и на этот раз Клару не разочаровала.
– Я предлагаю, – сказала она, – сосредоточить основные усилия на поиске каких-то альтернативных мест для размещения детей, дабы избежать их отправки на другой конец земного шара. Для некоторых, – и мисс Бриджес заглянула в свои записи, – уже начат процесс усыновления, что для нас весьма выгодно, и мы должны приложить максимум усилий, чтобы этот процесс ускорить. А еще постараться привлечь новых потенциальных усыновителей.
– Мне, кажется, удалось окучить еще одну пару, – сказала мисс Купер. – Они из Сассекса.
– Окучить? – переспросила Клара, у которой уже голова шла кругом.
– Ну да. Это я насчет потенциальных усыновителей, – пояснила мисс Купер. – В департаменте детских учреждений есть один… – она слегка запнулась, поправила заколку в волосах и сказала: – Ну, скажем, один сотрудник, который мне симпатизирует.
И это очень легко себе представить, сразу подумала Клара. Мисс Купер – именно такая женщина, при виде которой мужчины резко глупеют и начинают пускать слюни.
– Эти Вудворды уже прошли все проверки, так что, если им понравится кто-то из воспитанников Грейнджа, все можно будет оформить очень быстро.
Клара решила ни в коем случае не думать, что при этом ребенок из Сассекса, уже готовившийся обрести новую семью, будет этого лишен. Сейчас у нее была одна цель: найти для своих детей хорошие настоящие семьи.
– Эти люди долго работали в Африке, – сказала мисс Купер, и Клара спросила:
– Они миссионеры?
– Нет, миссис Вудворд – учительница, а ее муж – инженер.
– Ясно.
Мисс Купер порылась в своих записях и предложила:
– Вот для Риты, по-моему, это был бы отличный выбор. Если вы мою идею одобрите, дело можно максимально ускорить.
У Клары ёкнуло сердце. Только не Рита! Только не ее Рита, которая каждую ночь, свернувшись в постели запятой, шепчет: «Мама!» – и то
