Г. М. Марков во время торжественного мероприятия. 3 марта 1987. [ТАСС]
Оговаривается: но при этом нельзя сбрасывать со счетов Евтушенко, Рождественского, Вознесенского.
— Общее настроение складывается так, что старый состав руководства может быть забаллотирован, — предупреждает докладчик. — Поэтому можно было бы иметь и запасной вариант: председатель правления — Залыгин, а первый секретарь — Карпов.
— А сами писатели за какой вариант высказываются? — подает голос Громыко.
— Марков уже длительное время находится в руководстве союза, за что и подвергается критике, — осторожно отвечает Яковлев. Он уже знает о благорасположении к Георгию Мокеевичу со стороны Лигачева, они земляки.
Но, оказывается, и генеральный тоже не против его кандидатуры:
— Конечно, избрание товарища Маркова было бы лучшим вариантом. Кстати, а как оценивается кандидатура Бондарева?
Громыко:
— Это крупный писатель.
Соломенцев:
— Он придерживается правильной линии.
Горбачев:
— Если товарищ Марков не пройдет, то можно пойти на то, чтобы поддержать Залыгина. Но он в годах, силенки маловато. Наверное, все-таки крен нужно держать на Бондарева. Филипп Денисович, каково ваше мнение?
Бобков (заместитель председателя КГБ СССР):
— Если распространится слух об ориентации ЦК на Бондарева, то его могут не избрать. Так что этот факт лучше преждевременно огласке не предавать. Товарищ Бондарев — хорошая кандидатура.
Горбачев:
— Да, не следует ставить товарища Бондарева под удар.
Удивительно, но в поддержку перемен выступает Егор Кузьмич Лигачев:
— Вообще-то говоря, смена руководства Союза писателей — это вещь назревшая.
И хитрый лис Громыко, понимая, в какую сторону может сейчас качнуться стрелка, тоже, оказывается, не против прилива свежих сил:
— Мы не должны смену руководства в союзе воспринимать болезненно. Важно, чтобы новое руководство было и авторитетным, и творческим.
И подытоживает разговор генеральный:
— Конечно, нам следует учитывать общее настроение в пользу обновления руководства. Согласен с Андреем Андреевичем: драматизировать это не следует. И прав Егор Кузьмич: освежение — вещь назревшая. Давайте договоримся так: будем ориентироваться на то, чтобы товарищ Марков был избран председателем, а товарищ Бондарев — секретарем. Нужно использовать для этого возможности нашего влияния. Ведь на съезде будет заседание партийной группы?
Яковлев:
— Да.
— Тогда исходим из этого. Мы наше заседание продолжим. А товарищ Яковлев пусть идет на съезд[183].
…Этот съезд Союза писателей СССР оказался последним в его истории. Как и планировалось на Политбюро, председателем правления в итоге был избран член ЦК КПСС Г. М. Марков, но вот с первым секретарем получилось не все так, как хотели, им стал главный редактор журнала «Новый мир» Владимир Карпов. Писателем он был средним, но зато фронтовик, разведчик, Герой Советского Союза. И фигура для той ситуации вполне компромиссная.
Став секретарем ЦК, Александр Николаевич какое-то время все еще предпочитал держаться в тени. Он редко выступал на заседаниях Секретариата и Политбюро. Его не выпускали на трибуну с докладом по случаю различных государственных праздников СССР, например годовщины Октябрьской революции, что «наверху» всегда считалось проявлением высшей степени доверия. Он словно ждал своего часа, а пока ограничивался черновой работой за кулисами перестройки. Готовил выступления генерального секретаря, писал для него записки с изложением тактики и стратегии перемен, занимался рутинными вопросами по своему сусеку: проходили съезды творческих союзов, с полок снимались запрещенные прежде книги и кинофильмы.
Вот и В. И. Воротников о том же: «А. Н. Яковлев в 1986 г. был на Политбюро скромен. Выступал редко. Всегда кратко, образно, с позиций безусловной поддержки перестройки, поддерживал ее прогрессивный социалистический характер. Затем, после января 1987 года, он стал более настойчиво продвигать тезис демократизации, гласности, раскрытия потенциальных возможностей социализма в борьбе за обновление общества»[184].
Вадим Андреевич Медведев, секретарь ЦК КПСС. [РИА Новости]
Впрочем, такой же «рабочей лошадкой» был и другой секретарь ЦК Вадим Андреевич Медведев. Его мало кто знал в лицо: громких заявлений не делал, на высоких трибунах не мелькал. Зато в аппарате Медведева ценили: скромный, обязательный, ответственный человек. И абсолютно преданный Горбачеву. Если Яковлев, будучи генератором многих прорывных идей перестройки, сам же эти идеи порой и озвучивал, то Медведеву такое никогда бы не пришло в голову, он вначале шел к генеральному — если тот идею не брал в свой актив, тогда Вадим Андреевич мог выступить с ней публично.
В 1986–1987 годах два этих человека часто работали в одной упряжке. Именно им Михаил Сергеевич доверял подготовку многих ключевых документов перестройки.
В. А. Медведев пришел в ЦК как состоявшийся ученый-экономист, он заведовал кафедрой в Ленинградском технологическом институте, был ректором Академии общественных наук при ЦК КПСС, до 1986 года возглавлял Отдел науки и учебных заведений ЦК. Именно ему в 1987 году генсек поручил подготовку июньского пленума ЦК, посвященного вопросам экономической реформы.
В рабочую группу Медведев пригласил всех ведущих экономистов страны. Они заперлись на одной из цековских дач, запросили справки с предложениями от профильных институтов, директоров ключевых предприятий, министров, руководителей Госплана и других ведомств. К тому времени уже, кажется, всем было понятно, что без кардинальных перемен на экономическом фронте не обойтись. А они, эти перемены, явно отставали от других перестроечных процессов, например от той же гласности.
Еще до пленума между секретарем ЦК В. А. Медведевым и председателем Совмина Н. И. Рыжковым происходит жесткая стычка. Дело в том, что верный своим правилам Горбачев поручил подготовить концепцию экономических реформ и тому, и другому. Оба, разумеется, постарались. Только Вадим Андреевич предложил программу действительно крупных преобразований (например, преобразовать Госплан в научно-рекомендательный орган, а Госснаб, распределявший все ресурсы, сделать некой биржей, «сводней» для отраслей и предприятий). А Николай Иванович был категорическим противником больших перемен, он по своему менталитету оставался директором завода и экономикой руководил, как директор: этому дать, а этому не дать.
Доктор экономических наук Олег Иванович Ожерельев был непосредственным участником тех событий, отвечал в Отделе науки ЦК именно за экономический блок, затем возглавлял этот отдел, а уже на закате перестройки стал помощником М. С. Горбачева по экономике. По его твердому убеждению, тот пленум мог стать поворотной точкой всей затеи с перестройкой. Но не стал.
На пленуме генсек озвучивал концепцию именно Медведева, то есть, на мой взгляд, разумную. Однако на том же пленуме Вадима Андреевича делают секретарем ЦК… по связям с братскими компартиями. И происходит это, насколько я понимаю, с подачи господина Яковлева. Вот такой выверт.
Вместо того чтобы экономиста Медведева поставить на экономику или даже сделать председателем правительства, его отодвигают в сторону. А все потому, что Яковлев никогда не любил Медведева, ревновал к нему.
Таким образом, решения на пленуме были приняты разумные, но реализацию
