— Двигайте кресла, — попросила графиня, — они тяжелые, я не смогла их сдвинуть. Да и не знала, что вас будет так много.
Наташа глянула на сидящую графиня исподлобья. Оригинально… никогда не стала бы в свой кабинет тащить мебель, с которой справиться не смогла бы. А кресла и правда, тяжелые. Вот зачем они тут? Или это месть такая за Ерила?
Айрон, если и был чем-то удивлен или недоволен, то ничем это не показал. Молча подвинул сначала одно кресло, потом второе, взялся за третье, но Наташа его остановила. Указала на то, что стояло поближе, но в стороне.
— Альда, пожалуйста.
Если девочка и хотела возмутиться таким явным желанием оставить ее хоть и в комнате, но подальше от предстоящего разговора, но увидев взгляд подруги осеклась и молча проследовала куда указали. А вот графиня явно удивилась, но промолчала. Наташа же заняла кресло, дождалась, когда сядет Айрон и глянула на графиню. Кивнула.
— Госпожа Жеральда…
— Госпожа Олелия, с вашего позволения.
Наташа чуть склонила голову набок.
— Как я понимаю, из своих друзей вы нас исключили?
— Вы полагаете, я смогу вас воспринимать друзьями после того, как вы арестовали Ерила?
— Он убил вашего мужа.
— Я в это не верю! Он не мог!
— Он сам в этом признался перед очень многими свидетелями… Да, признаться, его признание уже ничего и не решало — слишком много улик против него.
Графиня вскинула голову, нервно кусая губы.
— Значит, это все правда?
— Однозначно.
— Как же так… как же так… почему…
Наташа все так же наблюдала за графиней склонив голову.
— Власть, — наконец отозвалась она.
— Власть… да… Если у вас все, то я хотела бы остаться одна…
— Конечно… — начал было подниматься Айрон, но недоуменно посмотрел на Наташу, которая даже не сделала попытки встать.
— Только один вопрос, графиня… Вы позволите?
— Если только один.
— Один. Скажите… оно того действительно стоило? Я имею в виду убийство вашего мужа? Ни разу не пожалели потом?
В комнате воцарилась мертвая тишина…
Глава 19
Альда сидела молча, словно молнией пораженная, только головой вертела растерянно с Наташи на графиню и обратно. Айрон просто замер.
— Поясните? — холодно отозвалась графиня.
— Вас было слишком много, госпожа Олелия. Везде, где происходило что-то, что могло бы помочь убийце, мелькали вы. По отдельности вроде бы ничего… Заказать привезти все пошитые наряды в один день… возможен сюрприз мужу… Когда вы там говорили узнали про беременность? — Наташа демонстративно заглянула в тетрадь. — За четыре дня до убийства мужа? А вот одежду привозить запретили дней за десять, — Наташа снова пролистала тетрадь. — Ну да, вот отчет одного из сотрудников от СБ. Именно тогда вы и попросила пока придержать пошитую одежду. Вроде бы ничего… но именно столпотворение внизу посторонних людей помогло убийце остаться незамеченным.
— Кажется мы уже решили…
— Да-да. Ничего это не доказывает. Но изменение в еде… Вы тогда ловко перевели разговор на беременность. Я попалась. Потом уже задумалась, когда сообразила, что к чему. Вам врачи запретили мясо? Прекрасно. А вашему мужу тоже? О приезде графа Стархазского тоже все знали заранее… и никаких заказов для него. Почему? Зато десять тушек кур, когда раньше обходились парой… Неужели для вашего кузена, который прятался у вас в будуаре всю ночь? Единственное место в доме, где убийца был в абсолютной безопасности и где его не могли обнаружить даже случайно.
— Это все? — Взгляд графини был… пугающим.
— Нет, — совершенно спокойно отозвалась Наташ и снова пролистала тетрадь. — Ваши слова? Вы сказали, что в день убийства услышали шум и пришли в комнату мужа, где и застали известную сцену… Правильно?
— И что?
— А вот еще ваши слова, вы говорите, что обычно встаете в десять или в половину одиннадцатого. Но в комнату мужа вы пришли полностью одетая… А если я что-нибудь понимая в ваших модных нарядах, чтобы одеться самостоятельно нужно не менее двадцати минут… Конечно, есть слуги, которые существенно ускорят процесс… не подскажите, кто вам в тот день помогал одеваться?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Графиня продолжала молча смотреть, но как-то уже без прежнего задора.
— А я подскажу, — продолжила Наташа. — Вам ваш кузен помогал. Потом вы подошли к двери спальни мужа и постучали. Он открыл… в той одежде, которую ему подарили вы… наверное, приятное хотел вам сделать. Понимал, что не может дать вам то, о чем вы мечтали, потому хоть так показывал вам свою… нет, конечно, не любовь, какая тут любовь, просто уважение, почтение… не знаю, как еще назвать. Что вы там сказали, не знаю, да и не важно. Граф пригласил вас, сам отвернулся и отправился к кровати, где осталась лежать еще часть одежды… Извините, но я ни за что не поверю, что граф мог так повести себя, если бы к нему утром пришел Ерил Шольтс. Или кто-то из слуг. Потому и дверь была открыта, помните, я еще обратила на это внимание. А дальше… Ваш кузен проскакивает в комнату следом за вами. Может граф что-то услышал, обернулся… тут он и получил удар в грудь. Дальше вдвоем вы быстро покидаете комнату и ждете графа Стархазского… Вы ведь время не рассчитали? Граф пришел быстрее, чем вы ждали? Потому и не успели вернуться в вашу спальню и пришлось укрыться в нише, после чего на шум прибежали уже вместе со слугами. Тогда-то Тайлин и заметил вашего кузена с фальшивыми усами и бородой. И потому, когда Чарлен передал вам эти слова слуги, вы поспешили его уволить.
— Подожди, — замотала головой Альда. — Ты хочешь сказать, что графиня помогала убивать своего мужа?
— Помогала? Хм… признаться, я так и думала… сначала. Нет, Альда. Она не помогала. Она все это спланировала. Это не она помогала Ерилу, это Ерил помогал ей.
— Почему вы так думаете? — неожиданно заговорила графиня.
— Ерилу, при всем его честолюбии, пока хватало баронства, тем более он развернул там несколько больших проектов, успех которых зависел от его личного присутствия. Бросать все ради графства? Зачем? Я поняла бы, если бы титул ему мог достаться, но нет, только хранитель титула, не больше. А потом его поведение при аресте…
— Поведение?
— Да. Как он наседал на барона Тотлена. Как он хвастал своим умом, как постоянно напирал на свой ум и хитрость… словно переключал внимание с кого-то на себя. Во всем признавался, постоянно указывал на свою гениальность… Интересно, кого же он так усиленно мог защищать?
— Но не помогло… — графиня вдруг как-то разом сдулась и стала выглядеть смертельно уставшей девушкой.
— Не помогло. Я уже знала про вас. Мне помогла одна вещь… — Наташа снова залезла в сумку и достала книгу, перебросила ее по столу. — Наверняка в вашей библиотеке есть такая, правда? Там описывается интересный способ наказания злодея путем нанесения на меч яда неразделенной любви. Понимаете, Олелия… Ерил, безусловно, умен, талантлив… но я даже на секунду не могу представить его читающим женский любовный роман. Даже врачи, с кем я консультировалась, смогли сообразить, как будет действовать яд при таком использовании далеко не сразу. Никому из них даже в голову не приходило применять его таким способом. Но, подумав, признали, имеет право на существование такой способ. А автор книги врач… он об этом в первой главе открыто пишет. Знал, о чем говорит.
— Но почему вы решили, что я все спланировала? — графиня чуть наклонила голову и с легким интересом наблюдала за Наташей.
— Ерил Шольтс слишком много ошибался там, где ошибок легко было избежать. На грани гениальности план, четко сработавший даже после того, как произошли разные накладки и такие очевидные ошибки. Приехал раньше, но поселился почти рядом с поместьем даже не замаскировавшись, только имя сменил. При таком размере города не было ничего страшного поселиться подальше отсюда. И логичней. Он, может, и давно здесь появлялся в последний раз, но его все равно могли случайно узнать. Повезло просто.
— Да… я ему говорила…
