Читаем без скачивания Жертвоприношение - Шэрон Болтон

Когда я в полуобморочном состоянии сидела в машине Энди Данна, к дому Даны подъехала машина «скорой помощи». Данн сразу же отвез меня в больницу, и я, естественно, предположила, что Дану привезут следом. Но «скорая помощь» не вернулась в больницу. Вместо этого Дану доставили сюда, на Тронал. Для чего? Собирались включить ее в летнюю программу селекционного разведения детей?

Я снова склонилась над кроватью.

– Дана! Ты слышишь меня? Это Тора. Дана, ты можешь проснуться?

Погладив бледный лоб, я решила слегка потрясти ее за плечи.

Но это ни к чему не привело. Ни малейшей реакции. Это не был обычный сон.

Где-то хлопнула дверь, и по коридору стали приближаться шаги нескольких человек. Мужчины разговаривали между собой. Их голоса звучали тихо, но энергично. У меня были считаные секунды. Шкафчик в углу казался слишком узким для того, чтобы я могла в него поместиться. Ванная. Я пересекла комнату и открыла дверь.

В ванной не было окна. Окинув взглядом унитаз, умывальник и душевую кабинку, я потянула на себя дверь последней, забралась внутрь и скорчилась на полу. Но если кто-нибудь вздумает зайти в ванную, он просто не сможет не заметить меня. Мне оставалось только надеяться. Возможно, эти люди вообще направлялись в другую комнату. Возможно, мне еще раз повезет.

Шаги остановились у комнаты Даны, кто-то зашел внутрь, и от сквозняка еще больше приоткрылась неплотно прикрытая мною дверь в ванную. Несколько секунд в комнате была тишина. А потом…

– И что ты об этом думаешь? – спросил голос, удивительно похожий на голос моего свекра. Я поняла, что удача все же отвернулась от меня.

– Ну… Она умна, красива, в прекрасной физической форме, – ответил до боли знакомый голос моего мужа. – Думаю, что… не стоит уничтожать такой хороший человеческий материал, – добавил он, и я почувствовала, что еще немного, и меня стошнит.

– Согласен, – сказал голос инспектора уголовной полиции Эндрю Данна. – На кой черт нам рисковать и искать кого-то другого?

Скрючившись, я сидела в душевой кабинке, и меня бил лихорадочный озноб, настолько сильный, что у меня начало болеть все тело.

Господи, зачем… зачем я только сюда приехала?

– Непростительным риском было то, что ты притащил ее сюда. – Голос этого человека был мне смутно знаком, но я никак не могла вспомнить, где его слышала. – Тебе было сказано убить ее, а не привозить на остров.

– Прости, но тебе придется смириться с суровой реальностью, – огрызнулся Данн. – Даже я не могу загипнотизировать человека до такой степени, чтобы он вскрыл себе вены. А несчастные случаи нам никогда не удавались. Я не хотел в очередной раз облажаться.

– Она наполовину индианка, – снова произнес голос, принадлежность которого я никак не могла определить. – Не хватало еще плодить метисов.

– Ради бога! – раздраженно рявкнул Данн. – Ты, кажется, забыл, что сейчас не средневековье.

– Роберт прав, – сказал мой свекор. – Она нам не подходит.

Роберт? Есть ли у меня знакомые Роберты? Господи! Конечно, есть. Мы познакомились с ним неделю назад. Роберт Талли и его жена Сара пришли ко мне на прием. Они жаловались, что никак не могут зачать ребенка. Этот мерзавец сидел в кабинете и делал вид, что нуждается в моей помощи. А ведь он прекрасно понимал, в каком состоянии его жена, и знал, как сильно она хочет ребенка. У меня создалось впечатление, что Сара вообще на грани нервного срыва. Значит, ее тоже готовили в приемные матери для одного из младенцев троу? Через год как раз подоспеет следующий выводок.

– Ладно, – снова заговорил мой муж. – В таком случае, что мы будем делать с мисс Таллок?

– Перенесем ее на катер вместе с двумя другими, – ответил Ричард. – Когда отплывем достаточно далеко от берега, я вколю ей еще одну дозу и выкину за борт. Она даже ничего не почувствует.

– Мне нужно в туалет, – сказал Дункан. – Я быстро.

Дверь открылась, и он вошел в ванную. На нем был все тот же темно-серый деловой костюм, в котором он уезжал из дому сегодня утром. Дункан подошел к умывальнику и склонился над ним.

– А что мы скажем ее подружке? – поинтересовался Данн.

– Отошлем ей гроб, – сказал Ричард. – Будем тянуть с отправкой до последнего, до самого дня похорон. Конечно, кому-то придется сопровождать гроб на случай, если она захочет в него заглянуть. Никаких проблем. Мы уже не раз так делали.

– Ладно, с этим все ясно. А что с остальными?

Дункан открыл кран, ополоснул лицо холодной водой, вздохнул и выпрямился. Я видела его отражение в зеркале над раковиной и успела заметить, что на нем галстук, который я подарила ему на Рождество. Крохотные розовые слоники на темно-синем шелке. Через секунду наши взгляды встретились…

– Насчет пациенток в первой и второй палатах можно не волноваться, – ответил Ричард. – Обе должны родить через пару недель. Обычное усыновление. Эта полицейская дама, Роули, уже разговаривала с ними сегодня. Не думаю, что она станет делать это еще раз.

– А как насчет Эммы Леннард? Разве у нее на завтра не запланированы искусственные роды?

Дункан повернулся ко мне. Я сжалась в комок, ожидая, что он сейчас позовет остальных или, еще того хуже, рассмеется. Я думала о том, что они сделают со мной, будет ли это очень больно и быстро ли закончится. И неужели именно Дункан станет тем палачом, который…

– Мы будем действовать так, как запланировано, – сказал Ричард. – Просто после операции придется подержать ее на снотворных. Нельзя, чтобы она заговорила.

Я попыталась встать. Не хватало еще, чтобы меня застали в таком виде – съежившуюся в душевой кабинке, трясущуюся и жалкую, в мокрых брюках. Но я не смогла сдвинуться с места и продолжала сидеть на полу, молча глядя в глаза Дункану. Он тоже молчал…

– А может, Эмму тоже лучше переправить на катер?

Мужчины в комнате продолжали обсуждать свои дела, понятия не имея о том, какая драма разыгрывается по соседству.

– Было бы лучше, если бы мы были уверены, что завтра полицейские приедут сюда в последний раз. Мы больше не можем тянуть с операцией Эммы. С каждым днем она становится все более нервной. Лучше поскорее покончить с этим и отправить ее восвояси.

– А женщина из шестой палаты?

– Я думаю, с ней не будет никаких проблем. В любом случае, у нее срок всего двадцать шесть недель. Кроме того, она использует любую возможность, чтобы заверить всех и каждого, что результаты УЗИ неправильные и она всего на двадцатой неделе. Я уже даже внес изменения в ее карточку.

– Это рискованно.

– А разве мы не все время рискуем?

Немая сцена затянулась. Кто-то из нас двоих должен был первым сдвинуться с места, или что-то сказать, или закричать, наконец. Ну что ж, если он не хочет, то это сделаю я. Все, что угодно, только не это невыносимое напряжение. И тут Дункан приложил палец к губам, выразительно посмотрел на меня и вышел из ванной, плотно притворив за собой дверь.

– Значит, на катер погружаем троих. Ричард, ты уверен, что справишься в одиночку? Не хочешь отложить это до рассвета?

– Нет. Я хочу оказаться как можно дальше от острова к тому времени, когда сюда вернется полиция. Ладно. Я спускаюсь вниз. Надо им сказать, чтобы выключили телевизор. Пора заняться делом.

Шаги начали удаляться по коридору. Но все ли они ушли? Можно ли уже выходить? И какого черта собирается делать Дункан? Я уже начала подниматься, когда…

– Прости, дружище, – сказал Дункан. Таким голосом обычно выражают сочувствие по поводу проигранной партии в теннис. – Но ты же понимаешь, что сюда нельзя приплетать личные симпатии.

– Кто бы говорил, – парировал Данн, и в его тоне чувствовалась настоящая горечь. – А как же твоя Тора?

Неужели Дана действительно была ему небезразлична? Неужели именно поэтому, вопреки полученным указаниям, он не убил ее, а потом еще и спорил с Робертом, пытаясь продлить ей жизнь хотя бы на несколько месяцев?

– Ты кошмарно выглядишь. Ты был здесь целый день?

– В подвале, – ответил Данн. – С тремя спящими красавицами. Мне казалось, что я нахожусь в комнате ужасов в музее восковых фигур. В какой-то момент полицейские чуть не нашли дверь. Вполне возможно, что завтра это им все-таки удастся.

– Мы там все подготовим. К утру подвал будет выглядеть как пыльная старая кладовая. Кстати, нам понадобится каталка. Ты не мог бы спуститься вниз и…

Неистовый, исполненный ужаса вопль разорвал ночную тишину как раз тогда, когда дверь в ванную начала открываться.

– Это рядом, – вздохнул Данн.

Я услышала, как он быстро вышел из комнаты, и почти сразу за стеной раздался грохот и глухие удары. Но эти звуки борьбы быстро сменились другими – тихими, жалобными стонами. Если бы я не знала, кого именно держат взаперти в соседней комнате, то могла бы подумать, что там скулит насмерть перепуганное животное. Дверь открылась, и в ванную снова зашел Дункан.

– Какого черта ты здесь делаешь? – свистящим шепотом заговорил он. – Идиотка! Господи, какая же ты идиотка! – Открыв дверь душевой кабинки, он вытащил меня и встряхнул за плечи. – Как ты сюда добралась?