В истории есть неизменная схема: расцвет и падение империй и великих держав. Впрочем, некоторые американцы считают свою страну настолько несравнимой с любой из существовавших ранее империй, что извечный ход истории ее не коснется. Эта вера позволила начать амбициозные проекты по свержению правительств зарубежных стран с максимальной уверенностью в успехе и равной уверенностью в том, что неважно, насколько неудачно может пройти кампания, ведь США обладают настолько огромной мощью, что подобный исход их не затронет.
Большую часть двадцатого и на заре двадцать первого века США обладали достаточной силой, чтобы сокрушить любую страну или союз государств на поле боя. Однако история этого периода подтверждает, что военной мощи, даже в сочетании с политическим и экономическим влиянием, недостаточно для подчинения воли народа. Практически в каждом случае государственный переворот заканчивался печально и для страны, где он произошел, и для США.
Существуют – вероятно, так будет всегда – правительства, угрожающие мировому порядку. Мировое сообщество – во главе с США – должно сдерживать и уменьшать подобную опасность. Тупые инструменты операций по свержению режимов здесь отнюдь не помогают. Когда США берут на себя право решать, какое правительство представляет собой угрозу, и затем жестко его уничтожают, в мире скорее нарастает напряжение, чем восстанавливается порядок.
Подобные операции слишком часто представляют собой лишь подмену вдумчивой внешней политики. В большинстве случаев было бы гораздо эффективнее использовать дипломатический или политический подход. Такие подходы более тонкие, сложные, и их плоды заметны не сразу, однако они не погружают целые страны в вооруженные конфликты и не вынуждают миллионы людей ненавидеть США.
Современная история совершенно ясно показывает: когда США имеют дело с деспотическими, агрессивными режимами и чередуют поощрения, угрозы, наказания и награды, эти режимы постепенно становятся менее опасными. Самые очевидные примеры – Китай и бывший Советский Союз, однако тот же подход сработал как нельзя лучше и в странах от Южной Кореи до Южной Африки. Государства, с которыми США говорят лишь на языке насилия, такие, как Иран, Куба и Северная Корея, никогда не выберутся из своего кокона репрессий и антиамериканизма.
Многие страны чудесно преображались благодаря ловким сочетаниям различных мер для создания гражданского общества, укрепления свободного предпринимательства, развития торговли и содействия в поиске дипломатических решений международных проблем. Эти меры требуют терпения, желания идти на компромисс и признания, что у каждого государства есть свои интересы. Лучше всего эти меры действуют в условиях глобального согласия. Так как США не всегда готовы ждать и идти на компромисс, признавать значимость чужих интересов и работать с другими странами на равных условиях, они сгоряча обращаются к более быстрой и убедительной политике переворотов. Ведомые разочарованием, злостью или страхом, они резко наносят удар, призванный немедленно возыметь необходимый эффект, но чаще всего он создает больше проблем, чем решает.
У американцев есть блестящая история успеха, которой они готовы поделиться с миром, и мир, несмотря на растущую ненависть к США, еще жаждет ее услышать. Американские президенты вкладывали миллиарды долларов в вооружение и прочие грубые инструменты политики и в то же время устраняли дипломатические паты, открывали библиотеки и культурные центры по всему миру. Во время «холодной войны» миллионы людей узнавали об американских идеалах как раз из этой плотной информационной сети, и многие стали искренне восхищаться Штатами. Как только «холодная война» закончилась, американцы решили, что им больше не надо никому рассказывать о своем образе жизни. Они совершили две огромные ошибки. Во-первых, они решили, что с падением коммунизма весь мир согласился, будто американская политическая модель является для всех лучшей. Во-вторых, они вообразили, что подавляющая военная мощь позволит им сокрушить любую страну, мыслящую иначе.
Если бы мировыми событиями можно было управлять путем свержения зарубежных правительств, у США не было бы равных. Они устроили гораздо больше переворотов, чем любая другая современная страна. Однако события, происходившие в результате этих операций, ясно показывают, что американцы не знают, что делать со странами, избавившись от их лидеров. США легко поддаются соблазну устроить переворот или вторгнуться на чужую территорию, но быстро отворачиваются, как только пострадавшие государства погружаются в хаос и страдания.
В ходе истории главная причина, почему одни страны вторгаются в другие или стремятся свергнуть их правительства, так и не изменилась. По той же причине дети дерутся на школьных дворах – сильный хочет то, что есть у слабого. Большинство операций по смене режима попадают в более широкую категорию войн за ресурсы. Когда США вторгаются в заграничное государство, чтобы обеспечить себе стратегическое преимущество, свергнуть репрессивное, по их мнению, правительство или навязать политическую или религиозную систему, они также действуют, исходя из своих коммерческих интересов. Рынки сбыта и доступ к природным благам настолько же важны для США, как и для любой великой державы на любом этапе ее истории.
США превратились в сверхдержаву быстрее, чем того добилась какая-либо иная страна или империя. Преисполненные восторгом и самоуверенностью, свойственным юности, Штаты поверили в собственные неограниченные возможности. Многие американцы пришли к выводу, что раз они так успешно создали государство, то они не просто могут делиться секретом успеха с другими, но в этом состоит их высшее, Богом данное предназначение. Следуя этому зову, а также уверенности в том, что они имеют право на огромную часть природных благ мира, американцы начали свергать зарубежные правительства. Большинство этих смелых предприятий принесло им и тем странам, чью историю они пытались переписать, гораздо больше боли, чем свободы.
Благодарности
Данная книга исследует период длиной более столетия и рассказывает о событиях в четырнадцати странах, разбросанных по всему миру. Едва ли найдется другой автор, знакомый со всеми событиями и личностями, что в ней описаны. В этой книге я использовал информацию из сотен работ историков, журналистов и других. Моя библиография – это не только отправной пункт для читателей, которым интересно узнать больше об описанных здесь эпизодах, но и дань уважения авторам, чей труд помог мне в работе.
Чтобы удостовериться в точности своих рассказов об операциях по смене режима, я обращался к специалистам. Все они вносили правки и давали комментарии, что значительно улучшило мой текст. Единственным вознаграждением для них было удовольствие послужить делу истины. Я перед ними в глубоком долгу.
Профессор Полин Кинг из Гавайского университета изучила главу о Гавайях. Профессора Луис Перес из Дьюкского университета, Сильвия Альварес Курберо из университета Пуэрто-Рико и Мария-Луиза Камагэй из Филиппинского университета анализировали части главы об Испано-американской войне.
Историк, писатель-романист и бывший вице-президент Никарагуа Серхио Рамирес, а также никарагуанский экономист Эдмундо Харкуин рассматривали материалы о своей стране. Профессор Марио Аргетта из Национального университета Гондураса проделал то же самое с моим рассказом о его родине.
Я получил аналогично профессиональный взгляд на четыре переворота времен «холодной войны». Историк и писатель Фархад Диба проанализировал главу об Иране. Профессор Сьюзен Джоунз из Калифорнийского университета в Беркли и Эдельберто Торрес Ривас из Латиноамериканского института социальных наук в Гватемала-сити изучили главу о Гватемале. Профессор Марк Брэдли из Северо-Западного университета оценил главу о Южном Вьетнаме. Историк и архивовед Питер Корнблю, чилийский писатель Ариэль Дорфман и профессор Пол Зигмунд из Принстонского университета тщательно просмотрели главу о Чили.
Независимый ученый Венди Гренейд изучила главу о вторжении в Гренаду. Профессор Стивен Ропп из Университета Вайоминга проанализировал главу о Панаме. Писатель и журналист Ахмед Рашид проделал то же самое с главой об Афганистане. Торн Шэнкер из «New Your Times», который освещал события интервенции в Ирак, высказал свое мнение о моем пересказе этих же событий. Главу об Ираке также прочитали Дэвид Зукчино из «Los Angeles Times» и дипломат Дэвид Л. Филлипс.
Я внес не все предложенные изменения, поэтому оставшиеся ошибки лежат на моей совести. Однако вклад этих экспертов в мою работу бесценен.
Равно как и вклад всех прочих, кто читал и комментировал рукопись. Эльмира Байрасли, Саша Браун, Джейс Линкин, Дэвид Шуман, Джеймс М. Стоун и Крис Роблин давали исчерпывающие советы и всячески помогали привести текст в нужный вид.
