пути к становлению вождём войны. – проговорил он довольно и облизнулся.
- Не дели шкуру неубитого медведя, животное! – с вызовом крикнул я ему на орочьем. И приготовился к атаке, раз он сам не нападает.
- О, так ты ещё и понимать меня можешь. Забавно. Тогда решено: отрублю тебе руки и ноги, и будешь развлекать меня сказками! – рассмеялся орк и бросился на меня.
Несмотря на сказанное ранее, он пытался разрубить меня пополам, но я уклонился и попытался ударить его в челюсть снизу верх своим молотом, однако и он уклонился от удара, подставив плечо. С громким хрустом кости плеча орка оказались сломаны, а порыв режущего ветра разорвал ему руку и теперь она висела буквально на части жил и обрывках кожи.
Громко взревев, орк перехватил свой двуручник здоровой рукой и стал им бешено размахивать. В его глазах читалось безумие, он будто перестал соображать и теперь просто пытается меня разорвать в первобытной ярости. Я откинул его от себя молниями и отправил ему в лицо «ледяную вспышку», а потом, пока он не встал и не пришёл в себя, раскроил ему череп топором.
Однако, стоило мне так убить этого командира, как со всех сторон ко мне побежали орки с криками «Это колдун! Убить его!». Кажется, дела пошли не очень хорошо. Первого я встретил ударом топора, пробив ему грудину. Второй получил «огненную вспышку» в лицо и упал, а потом был затоптан своими же собратьями. Третий попытался ударить меня косым ударом справа сверху, но я встретил его своим молотом и откинул. Следующий попытался обойти меня сзади, но возвратным движением моего топора в левой руке, он получил удар в живот, за которым последовал огненный взрыв, и орк отлетел.
С каждым убитым орком мои удары становились всё быстрее, будто я получил какое-то вдохновение. В этом бою мне пригодились все те знания по обращению с оружием, которые так долго вбивал в меня Гейл. Орочьи воины продолжали сосредотачивать внимание на мне, а я будто чувствовал, куда будет бить следующий орк, вставший передо мной. Я увернулся от очередного топора и сломал колени нападавшего молотом. Но внезапно я почувствовал боль в ноге. Опустив взгляд, я увидел повреждённую ногу и заметил, что в бедро попала стрела. Я резко повернулся и увидел убегающего гоблина-лучника, но в следующий момент он просто взорвался, и мне даже ничего не пришлось делать.
Я выдернул стрелу и использовал «целительный поток», но меня совсем окружили. Пришлось вновь использовать молнии, чтобы откинуть их от себя. Оглядевшись, я заметил, что в пылу боя слишком выдался вперёд, а наши войска продолжают теснить. Я разрядил «цепь молний» в снова подходящих ко мне орков, обернулся назад и увидел, как раненного Луку оттаскивают с передовой. Но он точно жив и даже сопротивляется.
Я почти не видел храбров, командующих отрядами. Кажется, из десяти осталось трое или четверо. Вижу, что двое лежат у палатки. Да и вообще пространство у трона княжны заполнено слишком большим количеством тел.
Похоже придётся сделать ставку на то, чтобы отвлечь противника и дать нашим войскам возможность перегруппироваться. Разобравшись с несколькими орками около меня и откинув остальных, я попросил помощи духов, и мы сотворили стену из бушующего ветра, разделившую армии. Затем я усилил свой голос и сказал всем собраться около княжны. Я мог бы попытаться снова применить кару или инферно, но мне просто не дадут это сделать. Их слишком много. Мне не хватит времени на произнесение долгих заклинаний. Увидев, что воины последовали моему крику, я так же заметил, что сам стал мишенью для оставшихся примерно пятисот орков.
Мне пришлось постоянно отбиваться от их атак, исцеляя полученные раны, закидывая их молниями и откидывая от себя, когда они сильно наседали. Однако вскоре я уже прижался спиной к сотворённой мной же стене ветра. Я мысленно обратился к духам, и попросил предоставить мне столько силы, сколько смогут. Как и четыре года назад я решил выложиться на полную, но точно выжить. Духи показали мне, что пойдут со мной до конца. Однако, прежде чем приступать к попытке героически не помереть, я использовал «лечащийдождь» на все остатки нашей армии. А потом, выпив зелье восстановления маны, я обернулся к окружившим меня оркам и их вождю, который стоял неподалёку, скрестив руки на груди.
- Ну что, ребята, готовы к веселью? – спросил я их на орочьем и с вызовом показал молотом на вождя.
- Не зазнавайся, колдун. Как только ты умрёшь, остальные последуют за тобой. – спокойно произнёс вождь, внимательным взглядом изучая меня. – Принесите мне его голову, парни!
- Ну тогда готовьтесь познать гнев стихий. – ухмыльнулся я.
- Габриэль, предоставь мне остальное и не волнуйся! – внезапно услышал я усиленный ветром крик Луки.
- Рассчитываю на тебя, братишка! – ответил я ему и бросился на орков.
От лица княжны Яромиры.
Я знала, что наших сил не хватит, чтобы отразить это нападение. Не понимаю, зачем матушка отправила меня сюда. Да, я самая старшая среди сестёр и братьев, присутствующих в городе, да, я проходила обучение командованию армией, но это не значит, что я могу победить в такой битве. Мне всего шестнадцать! Да, этот несносный пришлый колдун смог сделать больше, чем я. Да, он ещё и сильный воин. Но этого всё равно мало.
Нас теснят со всех сторон. Весь холм устлан ранеными. Несколько детей-лекарей и женщин, помогающих им, тоже пострадали, а некоторые даже погибли. Я бы могла пойти и помочь им, но не умею лечить и показывать этого не собираюсь. Я должна показать силу и стойкость, как княжна. Вот и маленького главного знахаря тащат сюда. Кажется, он ранен.
В момент, когда я совсем отчаялась, две армии разделила стена из бушующего ветра. Я даже немного оторопела. Что это за колдовство такое?! И тут раздался крик этого несносного мальчишки-колдуна.
- Соберитесь около княжны и залечите свои раны! Я выиграю время!
Вся армия буквально замерла, не зная, что делать.
- Вы слышали его! Всем собраться тут, не бросайте раненых, быстро несите всех сюда! – громко приказала я. А воевода и оставшиеся храбры стали подгонять наших солдат. Вся оставшаяся армия начала стекаться к моему трону, а среди стонов и криков раненых, я услышала и крики нашего лекаря.
- Отпусти меня!
