Читаем без скачивания Смертоносное наследство - Майкл Стакпол

Он заговорил, и его глубокий голос заполнил пустоту коридора.

– Троткин, видимый и невидимый, близкий и далекий, живой и мертвый, возрадуйся, ибо Волк принес нам приемыша. – Помолчав, пока его слова эхом повторялись в темноте, он подождал, когда вновь воцарится тишина, и продолжил: – Сорок семь лет назад Стальное Чрево произвело на свет такого детеныша, как этот. Это рождение – всего лишь легенда, но никто не станет отрицать, что в каждой сказке есть доля правды.

Из окружившей Фелана темноты раздался шепот тысяч голосов, слившийся в единое:

– Сейла.

Голос Ульрика перешел в волчье рычание.

– Я Хранитель Клятвы! Все будут связаны этим Конклавом, пока не превратятся в пыль воспоминания, и даже дольше – пока не наступит конец всему.

– Сейла.

От свистящего бормотания вокруг у Фелана поползли по телу марашки. Его нервы напряглись до предела, а разум отчаянно стремился постичь тайну этой жуткой церемонии. «Они пытаются меня убить, а затем сделать центральной фигурой какого-то странного ритуала. Я не понимаю и половины из того, что говорит Ульрик. Черта лысого тут поймешь, что здесь происходит. Это так же верно, как то, что этот шнур сидит на моем запястье. Сейчас меня прикончат как жалкого раба».

Ульрик оглянулся вокруг, как будто мог видеть собравшихся вокруг светового круга.

– Мудрость Волка несомненна, но здесь есть и такие, кто считают великодушие Волка чрезмерным. Кто настаивает, чтобы этого детеныша лишили жизни?

Наемник увидел, как Ульрик поднял голову, услышав прямо перед собой какой-то шелест. В белый круг света на палубе вступила маленькая изящная фигура большеголового человека, которого Фелан воспринял как шута клановцев. Его эффектный костюм был вырезан из зеленой кожи по типу полетного комбинезона воздушных пилотов. Вместо короткого плаща на нем было надето облегающее грудь и плечи сверкающее украшение из золота и малахита с двумя стилизованными крылышками по обе стороны головы. Его сделанная из золота с малахитом маска в форме ястребиной головы представляла подлинное произведение искусства.

Когда человек снял маску, за спиной Фелана пророкотал голос Ульрика:

– Я узнаю тебя, Кэвил Мальтус из Клана Нефритовых Соколов.

– Хранитель Клятвы, я провижу грозящую с небес смерть для этого детеныша. – Кэвил уставился на пленника огромными карими глазами. – Да, я провижу такую смерть.

Его перекрыл суровый голос Ульрика:

– Кто из Волков стал бы отрицать это провидение?

Заслонив Фелану фигуру Кэвила, вперед выступил пилот-истребитель. Одет он был в точно такой же, как и Кэвил, костюм, но сделанный из темно-серой кожи, а на плечи был накинут тот же, что и у Ранны, плащ из серого меха. Когда пилот снял шлем, наемник увидел, как вспыхнуло под лучом света сияние золотых волос.

– Я узнал тебя, Керью из Клана Волков.

– Хранитель Клятвы, а я провижу, что этому детенышу не стоит ничего опасаться с небес.

Когда замер звук голоса Керью, он и Кевил вновь надели маски и остались стоять на своих местах. Вверху вспыхнули два прожектора, высветив еще два круга на палубе.

Из темноты шагнула исполинского роста фигура. Костюм из светло-серой кожи по своему покрою не походил ни на одну военную форму кланов, по которой Фелан смог бы узнать, к кому принадлежал его владелец. Но это не имело большого значения. В данную минуту Фелан просто восхищался внушительного вида человеком, мощную фигуру которого плотно обтягивал костюм, сидевший на нем как влитой. Дополнением к его одеянию служила набедренная повязка, указывающая на его клановую принадлежность, как будто надетую маску свирепого ягуара можно было спутать с чем-то другим. Элементал с торжественным видом снял маску.

– Я узнал тебя, Линкольн Озис из Клана Дымчатых Ягуаров.

Сильный голос исполина, перекрывший слова Ульрика, воистину прозвучал как грозное рычание ягуара.

– Хранитель Клятвы, я провижу, что этот детеныш примет смерть, будучи казнен. Да, я провижу такую смерть.

И вновь Ульрик обратился с вопросом с сокрытому тенью собранию:

– Кто из Волков стал бы отрицать это предвидение?

Из темноты выступил Волк и встал между Феланом и его противником. И даже если бы Фелан не заметил висящую вдоль спины рыжую косу на костюме Волка, он все равно узнал бы Эвенту по ее горделивой поступи.

– Я узнал тебя, Эвента Фетларол из Клана Волков.

В ответе Эвенты Фелан услышал явный вызов и ничем не скрываемое презрение.

– Хранитель Клятвы, а я провижу, что этому детенышу нечего бояться власти.

После того как Эвента и Линкольн надели маски, на палубе высветились два последних световых пятна от вспыхнувших вверху прожекторов. И почти сразу же в круг сторонников предания пленника смерти вступил человек в короткой, как на Ранне, одежде. В этом странном одеянии Фелан узнал костюм водителей роботов. Спадавший с плеч мужчины толстый плащ из белого меха крепился на шее узлом из связанных передних лап медведя. Задние лапы зверя охватывали его талию. Скрывавшая лицо маска казалась выложенной опалами, отражавшими надетую на него блестящую шкуру.

– Я узнал тебя, Джеральд Винсон из Клана Медведя-Призрака.

– Хранитель Клятвы, я провижу смерть от равных ему. – Его голос сорвался на леденящий душу шепот. – Да, я провижу такую смерть.

Когда Ульрик обратился к Волку, чтобы тот опроверг предвидение Винсона, Фелан уловил в его голосе явно слышимую перемену. Наемник был почти уверен, что в круг защитников сейчас выйдет Ранна, но она осталась на месте, а вперед выступил кто-то другой. В круге стояла женщина в костюме, который очень ей шел и во всем, кроме цвета, походил на тот, что был на Ранне. В ее одежде, включая короткий плащ из волчьего меха, белое и черное менялось местами. Рыжие волосы каскадом ниспадали на ее плечи. Спереди на кожаном костюме женщины Фелан заметил символический знак в виде огненно-красных песочных часов.

Когда она сняла маску, Фелан застыл, раскрыв от удивления рот, а Ульрик громовым голосом пророкотал:

– Я узнал тебя, Наташа Керенская из Клана Волков.

Не веря своим глазам, Фелан уставился на нее в немом изумлении, а она, опалив его взглядом смеющихся глаз, повернулась к своему противнику. «Наташа Керенская! Но ведь она же помощник Джеймса Вульфа. Что она здесь делает, и разве она признана кланами?» Ответ пришел ему в голову так же быстро, как и вопрос. «О Боже! Ведь они вовсе не драгуны Вульфа, а Волчьи Драгуны. Так они с самого начала были частью этого клана!»

Фелан вдруг осознал, что он не брошен на произвол судьбы. Джеральд Винсон от ужаса стал бледным как смерть. Из окружавшего их мрака слышался свистящий шепот. Продолжая улыбаться, Наташа, казалось, упивалась произведенной ею суматохой.

– Хранитель Клятвы, – с высокомерным видом обратилась к нему Наташа, – я знаю этого детеныша уже много лет. Ему нечего опасаться себе подобных или тех, кто называют себя его сторонниками.

– Повернись ко мне лицом, детеныш. – Голос Ульрика привел Фелана в чувство. Хан обратил на него холодный взгляд пустых глаз. – Трижды его обрекли на смерть и трижды вставали на его защиту. С поддержкой Вульфа и под защитой клана, все в порядке.

Ульрик вынул из-под плаща серебряный кинжал с рукояткой в форме волчьей головы. Сделав шаг вперед, он произнес:

– Дай мне свою правую руку.

Фелан вытянул руку, и Ульрик, просунув кинжал, подцепил им шнур на запястье наемника.

– Это была метка раба, но в тебе бьется сердце, живет разум и пылает душа воина. Вульф это понял, а я, Хранитель Клятвы, это провозглашаю.

Потянув кинжал к себе, Ульрик разрезал шнур пополам. Ловким броском он перехватил кинжал, вложил его рукоятку Фелану в ладонь и сжал на ней его пальцы. Торжествующим жестом он рывком поднял вверх руку Фелана Келла.

– Возрадуемся и возгордимся – в число Волков вступает новый воин.

Слабый взрыв почтительных аплодисментов выплеснулся из мрака и быстро угас, когда Ульрик, отвернувшись от Фелана, вернулся на место. Фелан опустил руку и тут же услышал за спиной какой-то шум. Он медленно обернулся и увидел еще одного водителя робота, одетого в костюм Клана Волков. Он неторопливо вышел из темноты, остановился и снял маску.

Глаза наемника сузились. «Это еще что?» Он бросил взгляд на меч в правой руке Волка и увидел на его острие темное пятно. «Да, это, должно быть, твоих рук дело, шваль!»

Влад снял маску и правым локтем прижал ее к боку. Так и не побледневший багровый шрам, как напоминание о катастрофе на мостике, перерезал его левую щеку от глаз до подбородка. При взгляде на него Фелан содрогнулся. «И почему это у всех водителей роботов, которые терпеть меня не могут, обязательно такие жуткие шрамы, и именно после Радштадта?»

Влад отвесил сухой, церемонный поклон. Распрямившись, он вперил в Фелана пристальный взгляд, не оставлявший никаких сомнений, что ненависть пропитала его, как сказал Грифф, до мозга костей. "Если такой ненавидит, так уж до печенок, – невольно насторожился Фелан. – Как пить дать, придет такой день, когда ты, Фелан, горько пожалеешь о том, что спас его, вытащив с мостика «Разъяренного Волка».