вездесущих происков садистской судьбы. Сейчас, когда вспоминаю прошлое, мною невольно овладевают уныние и раздражение. Те дни кажутся нереально далекими. Ненастоящими.
Кажется, этот новый год я буду вынуждена отмечать одна. Да и отмечать ли?
Я простояла длиннющую очередь в супермаркете, чтобы всего-то купить пару бутылок шампанского, своих любимых конфет (чернослив в шоколаде) и пару упаковок разных салатов магазинного производства. Прогулялась по суетливым в это время дня улицам города, а затем присела на лавочке в одном из попавшихся по пути парков.
Последний день в этом году…
Конец декабря, а снега так толком и нет. Хотя в воздухе витает легкий морозец. Почему-то именно сейчас во мне заиграла какая-то странная ностальгия по дому. У нас в декабре всегда было много снега. Ну, или хотя бы гололед покрывал каждую улицу неровным ковром создавая огромное поле возможностей где-нибудь поскользнуться и отбить себе пятую точку. Но, так или иначе, все кругом было белое. Действительно по-зимнему белое. Я никогда не любила это время года из-за холода и постоянных ветров. Не сказать, что я мерзлячка. Нет. Но все-таки предпочитаю, когда на улице более или менее тепло. Например, осенью. Обожаю осень. Этакая унылая серая пора дождей и слякоти. Иногда мне кажется, что это время года как нельзя лучше олицетворяет мой внутренний мир. Состояние души, или что-то в этом духе.
Хм, забавно. Моя душонка имеет форму серой, вечно изливающейся холодными водами, слякотной сущности… Одним словом плаксивая и противная сущность.
Достаю из кармана куртки сотовый и набираю номер Лёньки. Очень хочется услышать его голос. Почти неделя прошла с тех пор, как он и Рита уехали. Друг все так же продолжает думать, что я у родителей. Во время прошлого звонка мне очень легко удалось убедить его, что я решила погостить у родных до нового года и отметить его у них же. Лёнька понял и принял мое желание. Лишних вопросов не задал. Оно и к лучшему.
— Привет, — стараюсь сделать как можно более радостный голос. Хотя я и так рада его слышать. Только вот… грустно как-то.
— Алёнка! Привет-привет. Как ты? — он слегка взволнован.
— Нормально. А ты?
— Тоже ничего, — слышу на заднем фоне голос Риты. Она что-то говорит. — Тебе от Ритки привет, — передает друг ее слова.
— Ей тоже, — сама не замечаю, как начинаю улыбаться.
— Говорит, что очень сильно по тебе соскучилась.
Мне нереально приятно слышат это. Правда.
— Я тоже соскучилась. По вам обоим.
— Ага… Ладно… — кажется, подруга, говорит что-то ещё, потому что Лёнька отвлекается. — Рит, потом. Дай с Алёнкой поболтать… Ладно… Я тут.
— Ага, — киваю сама себе все так же продолжая улыбаться.
— Ты это, не передумала? Может все-таки к нам?
— Не-е, останусь у родителей, — Да, черт возьми. Да! Я хочу приехать к вам! — Да и к тому же новый год уже сегодня. Я все равно не успею вовремя.
— Самолетом, — предлагает друг.
— Ага, вертолетом… Откуда такие деньги?
— Я тебе переведу на карту.
— Нет, не надо, — неуверенно протестую я, а внутри злобное второе я уже разносит меня в пух и прах. Неподалеку проходит компания молодых людей, о чем-то разговаривают. В какой-то момент они раздаются громким смехом.
— Ты на улице что ли? — осведомляется Лёнька, чуть насторожившись.
— Да. В магазин ходила. Решила вот на лавочке посидеть.
— Задницу отморозишь, — беззлобно ворчит на меня друг.
— Не отморожу, — чуть кривлюсь, мотаю головой. — Она у меня с подогревом.
— Прямо-таки с подогревом? — недоверчиво переспрашивает он и смеется.
— Ага. Можно лед топить задницей, — очень остроумно Алёна… Просто верх остроумия.
Но Лёнька всё равно продолжает смеяться. Затем успокаивается и спрашивает:
— У тебя все хорошо?
— Да. Вполне. А должно быть иначе? — с равнодушным видом вру я.
— Н-не знаю, — задумчиво протягивает парень, замолкает на несколько секунд, а затем все же договаривает мысль: — Просто голос у тебя какой-то… нерадостный.
— Да нет, все хорошо, — сказала так, словно сама не верю своим словам. — Ну ладно, Лёнь. Пойду до дому, а то дел еще куча. Нужно помочь маме с готовкой.
— Ладно, — просто соглашается друг. — Я вечером тебе позвоню. Поздравлять буду, — судя по интонации, он широко улыбнулся.
— Хорошо. Тогда до вечера.
— Угу. Пока.
— Пока, — сбрасываю вызов, убираю мобильник в карман куртки и продолжаю дальше сидеть на скамейке.
И все-таки я редкостная идиотка. Да еще и врунья. Вместо того чтобы согласиться на его предложение и улететь в Самару первым же рейсом, я за каким-то хером продолжаю сидеть в этом городе.
И на только надеюсь? Непонятно…
Ян все так же не объявлялся и я уже начинаю верить мысли о том, что он действительно оставил меня в покое. Это же хорошо?.. Хорошо ведь, правда?..
Несколько мгновение отрешенно смотрю в одну точку…
Тогда почему у меня из головы никак не выходит этот придурок?! Что это еще за непонятные фортели моего странного организма? Ай, ну на фиг это дерьмо!
Поднимаюсь со скамьи и быстрым шагом чеканю до дому.
* * *
На часах начало двенадцатого. Я уже успела налопаться салатов, шоколадных конфет. Офигенное сочетание, правда? Салат и конфеты. Приговорила одну бутылку шампанского. Слегка опьянела с неё. Что-то в последнее время я зачастила бухать в гордом одиночестве…
По телевизору как всегда показывают заезженные до дыр советские фильмы типа «Ирония судьбы или с легким паром». Без перебоя крутят новогодние концерты. Черт! Да тут на какой канал не ткни везде и всюду песни да пляски. Аж противно.
Срываю фольгу с горлышка второй бутылки, несколько минут со злорадством и матами борюсь с никак не поддающейся пробкой. Наконец, с хлопком откупориваю бутылку и пью прямо из горла, забив на стакан. Пузырьки внезапно попадают в нос, я отдергиваю тару, чихаю, затем смачно выдыхаю воздух и снова начинаю жадно пить. Ставлю бутылку на стол. Секунду офигеваю от того, что умудрилась выхлебать почти половину. В голове проскальзывает дурацкая мысль пойти прогуляться. А что? Праздновать я все равно собралась одна, так что можно пойти прогуляться в новогоднюю ночь. Мысль о том, что в момент боя курантов на улице, скорее всего, не будет ни души, кажется заманчивой.
Поднимаюсь с дивана, выключаю уже порядком надоевший телевизор, собираюсь, хватаю сумку и отправляюсь на прогулку. Решаю, что буду бродить пешком до тех пор, пока не надоест, или пока не замерзну. Люди еще бродят. Кто-то в спешке докупает необходимое, кто-то просто спешит на последние рейсы маршруток, троллейбусов, метро, чтобы вовремя успеть к началу празднования. А я иду. Просто и бесцельно иду вперед.
