- Что вы понимаете под "чистотой мыслью"?
- Мне воочию видятся молодые, здоровые, сильные мужчины и женщины, преданные целям, которые захотят учиться, подготавливая себя к тому, чтобы убедить всех в необходимости соответствовать нашим требованиям.
Рейфорд услышал, как кто-то встал и начал ходить по салону туда-сюда. Он решил, что это был Мэтьюз, обдумывающий идею.
- Я полагаю, что они не будут носить никакой специальной формы?
- Нет. Они не будут внешне выделяться среди окружающих, их будут отбирать согласно их убеждениям и обучать психологии. Они будут информировать нас о скрытых противниках нашей идеологии. Конечно же, вы согласитесь со мной, что прошло время, когда мы могли мириться с открытым осуждением.
- Я не только с этим согласен, - быстро промолвил Мэтьюз, - но и готов оказать посильную помощь. Может быть, мы сможем искать кандидатов и их обучать? А может быть, предоставить им помещения и одежду?
- Я думал, у вас нет денег, - сказал, усмехаясь, Карпатиу.
- В конечном итоге, это принесет нам чистую прибыль. Нам всем будет выгодно избавиться от оппозиции.
Рейфорд услышал, что Карпатиу вздохнул.
- Мы назовем их БНМС - Блюстители Нравственности Мирового Сообщества.
- Николае, название звучит не слишком грозно...
- Именно так оно и должно звучать. Мы не хотим называть их тайной полицией, или полицией нравов, или полицией ненависти, и вообще какой-либо иной полицией. Не заблуждайтесь. Это будет тайная организация, обладающая властью и полномочиями предпринимать шаги на благо Мирового Сообщества.
- Насколько широки будут эти полномочия?
- Не ограничены.
- Они будут вооружены?
- Естественно.
- И в каких случаях они смогут его применять?
- В этом-то и состоит прелесть этой идеи, Понтифик Мэтьюз. Правильно отобрав молодых людей, тщательно обучив их в духе мирной утопии, предоставив им неограниченную власть вершить правосудие, так как они считают необходимым в конкретной ситуации, мы быстро вычислим врага и уничтожим его. И уже через несколько лет надобность в Мировом Сообществе отпадет.
- Николае, да вы просто гений!
* * *
Бак был разочарован, когда почувствовал, что совсем скоро придет время отвозить Хетти обратно в Милуоки. У нее возникло множество вопросов к женщинам по поводу их занятий. Ее саму заинтересовала идея изучения Библии. Она сказала, что завидует тому, что они близкие подруги, по-настоящему заботящиеся друг о друге.
Бак надеялся на настоящий прорыв, когда Хетти, допустим, пообещает не делать аборт или вдруг примет их веру. Он пытался отогнать беспокоящую его мысль о том, что Хлое может прийти в голову идея забрать нежеланного ребенка, которого носит Хетти, и воспитать его как собственного. Они были готовы принять решение завести ребенка, но мысль заниматься воспитанием ребенка Антихриста пугала его.
Хетти поблагодарила всех и вместе с женщинами забралась в "Рейндж Ровер". Бак, на одной из оставшихся машин, собирался съездить в офис "Глобал Коммыонити Уикли", но вместо этого направился в церковь. По пути он остановился, чтобы предупредить друга о своем приезде. Вскоре лабиринт привел его в молельню Циона бен-Иегуды, располагавшуюся в личном кабинете.
Каждый раз, когда он попадал туда, у Бака появлялась уверенность в том, что клаустрофобия, одиночество, страх и горе непременно сломят его друга. Однако эти посещения доставляли удовольствие только Баку, в то время как Цион практически никак не реагировал на его приход. При появлении Бака он не выражал никаких эмоций. Глаза у раввина стали красными, а на лице лежала печать недавно пережитого. Но тем не менее он был в неплохой форме, регулярно занимаясь различными физическими упражнениями, бегая на месте, прыгая, потягиваясь и делая еще много чего. Баку он рассказал, что занимается как минимум по часу в день. С каждой встречей Бак замечал, что настроение его друга постепенно улучшалось, но он никогда не жаловался. В этот день Баку показалось, что Цион искренне рад приходу гостя.
- Камерон, - сказал он, - если бы у меня не было так тяжело на душе, то в определенном смысле мое местонахождение - просто райское место. Я имею возможность читать, учиться, молиться, писать, общаться при помощи телефона и компьютера, а это - мечта кабинетного ученого. Мне не хватает общения с коллегами, особенно с молодыми студентами, которые помогали мне. Но при этом я приобрел замечательных учениц в лице Аманды и Хлои.
Когда они с Баком сели перекусить, он едва притронулся к еде.
- Мне необходимо поговорить с тобой о моей семье. Надеюсь, ты не возражаешь.
- Цион, ты можешь поговорить со мной о своей семье, в любой момент, когда хочешь. Прости, что настойчивей не спрашивал тебя о них. Ты как и многие другие не уверен, можно ли затрагивать такую болезненную тему.
- Мне доставит огромное удовольствие поделиться своими воспоминаниями, если только не затрагивать тему их гибели. Ты знаешь, я начал воспитывать своих детей, когда сыну было восемь, а дочери десять лет, и занимался их воспитанием вплоть до того, как им исполнилось четырнадцать и шестнадцать. Это были дети моей жены от первого брака. Их отец погиб в результате несчастного случая на стройке. Поначалу дети меня не признали, но любовью мне удалось завоевать их сердца. Я не пытался занять место их отца или показать, кто здесь главный. Однажды они начали относиться ко мне как к отцу, и это был один из лучших дней моей жизни.
- Твоя жена была замечательная женщина.
- Да, и дети тоже замечательные и умные, хотя у нас была самая обычная семья. Я их не идеализирую. Для меня была огромная радость обсуждать с ними глубокие, сложные вопросы. До того, как родились дети, моя жена преподавала в колледже. Дети очень хорошо учились в специальной частной школе. Я никогда не слышал в свой адрес обвинений в ереси и предательстве своей культуры, религии, страны, хотя рассказал им о том, чем занимаюсь.
Они стремились понять мои поиски истины. Я не проповедовал им и не пытался влиять на них, но прочитывал им отрывки и спрашивал: "Что вы поняли из этого? Какие качества согласно Торе присущи Мессии?" Этот метод поиска истины при помощи вопросов и ответов давал хороший результат. Временами мне казалось, что к выводам, сделанным мною, они самостоятельно приходят гораздо быстрее. Когда произошло Восхищение, я сразу же все понял, и в некотором смысле разочаровался, потому что вел свою семью по неправильному пути, и все трое из-за меня не узнали правду. В любом случае, мне их не хватало бы так же, как сейчас, но было бы благословением знать, что они узрели истину и действовали согласно ей, прежде чем было уже слишком поздно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
