Она была красивая. Я про наемную убийцу. Пластика и желанность ее фигурки только подчеркивались нарочитой грубостью простой одежды. Она ничего не делала специально, но каждая поза, движение, жест были полны такой грацией и таким соблазном… Она хочет меня убить? Да сколько угодно! Только, пожалуйста, собственной рукой, грудь в грудь, глаза в глаза, так чтобы моя кровь стекала на ее ладони, и я видел дрожь ее ресниц…
– Лорд Скиминок, идите сюда, мы все уже решили!
– Иду. Что скажете, соучастники?
– Вы отправляетесь с Кроликом по своим делам, а мы хитростью задерживаем убийцу здесь, – заговорщицким шепотом начала Лия, – валяем дурака, делаем вид, будто вы всего пару минут назад пошли на конюшню лично проверить здоровье лошадей, да мало ли еще зачем…
– А я им будто бы верю, – подхватила Луна, с чувством юмора у нее явно все в полном порядке. – И как последняя дура, ношусь взад-вперед, с кинжалом в зубах, в поисках свирепого ландграфа.
– А мы с Лией готовим ей западню в подвале, заманиваем ложным ауканьем и запираем в каморке с копченостями! – вставил свое предложение Бульдозер.
– Угу… Понял. Она объедается колбасой и не хочет уходить. Вы в ожидании меня совершаете ряд набегов на кришнаитов. Ну, чтобы кровь не застоялась. Так, утречком – пробежка, шесть неопознанных трупов, два пожара. Вечерком, перед сном… нет, на ночь можно не убивать, набейте морды, и ладно, а то еще привидения приснятся. Я лечу к Раюмсдалю, говорю ему в лицо, что он дегенерат! Принц кусает локти от стыда и удаляется отшельником в пустыню. Кролик «чистит» Зубы, стоматолог хренов! Бабушкино лицо умиляется моей красе и молодости, кается в проступках и идет на кухню печь оладушки. Кришна решает покончить с идолопоклонством и навсегда уходит в женский монастырь, чтобы написать серьезную книгу об уринотерапии. Кришнаиты расползаются по свету, организуясь в маленькие ансамбли индийских танцев или вступая в действующую армию барабанщиками. Барон Бесс навсегда порывает с темным прошлым, открывает в замке воскресную школу для недоносков и лично бегает с колокольчиком, отзванивая перемены. Король Плимутрок, выздоровев, наконец женится на вдове соседнего короля, бескровно оттяпав себе изрядный кус заповедной территории. Супругу он впоследствии удачно травит засахарившимся вареньем.
– Вы издеваетесь, – надулись все трое.
– А вы нет?! – вспыхнул я. – Любому терпению есть предел. Несете чушь несусветную! Кого конкретно вы пытаетесь обмануть? Я так понял, что нашей гостье непременно нужно меня убить. Это закон клана, долг чести, основа устоев и традиций. Сейчас или после, я ее или она меня, но один из нас обязан умереть! Делать вид, что ничего такого не случилось, бессмысленно. Приказываю всем разуть глаза, посмотреть на вещи серьезно и заняться делом!
Мы молчали. У меня пропал гневный пафос, причем так же неожиданно, как и появился. Лия ковыряла пальцем морковный салат и качала ножкой в красном сапожке. Жан вспомнил, что он больной, улегся тишком и мгновенно уснул, скотина… Убийца уставилась в окно, обхватив руками колени. В эти минуты ее милое лицо дышало такой лирикой и доверчивостью, какая не снилась ни одной Дюймовочке. В светлеющем небе промелькнула белая полоса.
– Кролик вернулся. Я приготовлю ваш плащ, милорд, на дворе еще очень свежо…
Мы договорились, что мои ребята ждут меня в замке Бесса. Луна имеет возможность бродить там, где ей хочется, с правом убить меня там, где ей вздумается. Условия игры остаются прежними, с той лишь разницей, что теперь я точно знаю, кто и по чьей просьбе за мной охотится. Основная проблема, как мне ее случайно не убить? Меч Без Имени – грозное оружие, и я не всегда с ним справляюсь. По большей части он рубит уже тогда, когда я еще только задумываюсь, а стоит ли вообще драться по пустякам? Впрочем, почти во всех случаях его поведение оправданно. Если бы не меч, то половина королевства давно безутешно рыдала бы на моей могиле, в то время как вторая половина радостно отплясывала на ней же. Так что пока полная гармония…
– Кута летим? – доверчиво поинтересовался Кролик.
С помощью слуг барона на его могучую спину, между острых надхребетных зубцов, укрепили подпругами глубокое седло. Меня надежно привязали и, с плохо скрываемым облегчением, отправили в путь. Вся троица махала из окошка в спальне Жана. Полет проходил на средней высоте в теплой, дружественной обстановке:
– Чеес пять, сесть часоф мы путем на месте. Фелоника так оплатуется, так оплатуется!
– Слушай, динозавр известкового периода, а ты не консультировался у Матвеича насчет своего дефекта речи?
– Не… а сто, осень саметно, та?
– Иссе как! – передразнил я.
Никому другому ни за что не посоветую язвить перелетному зверьку, но с этим мы друзья. Мне он позволяет многое, однако прочим экспериментировать с его чувством юмора не рекомендуется… Дракон все-таки!
– А фы нашли Супы?
– Пока нет. Полюбопытствую у Вероники, потом еще Кэт обещала разузнать. Если уж совсем никто не подскажет, тогда нам придется совершать многодневные перелеты до тех пор, пока не найдем что-либо похожее.
– Снасит, снофа – фойна!
– Да, мой фронтовой друг… Враг не дремлет. Он вообще сон потерял. Мучается бедняга – нервы, бессонница, простатит… Все из-за нас!
Так, в милой приватной беседе мы проплыли над лагерем кришнаитов. Мелкие фигурки в оранжевых тряпках отстраивали сгоревшие казармы. Бронзовый Кришна по-прежнему сидел на своем месте, но уже по-другому. Раньше он величаво располагался в позе лотоса, а сейчас по-простому, присев на корточки. А уж запах от лагеря шел… Даже Кролик поморщился. Интересно, однако, металлического бога оживляют какими-то молитвами? Или он сам встает поразмяться время от времени? Или же все дело в сильной магии и мощных заклинаниях Четырех Стихий? Вот почему кришнаиты боялись подходить к моему памятнику – они думали, что и эту статую можно оживить!
Обязательно спрошу у Горгулии Таймс, как только встречу. Она же должна быть на свадьбе у Вероники. Боже мой, а с чего вообще юную ведьму понесло замуж? В ее-то годы могла бы еще и погулять. Любопытно будет взглянуть на того счастливчика, кто попадет в ее шаловливые ручки. Даже при редких встречах, наездами, она своей милой безалаберностью и легкомыслием вечно ввергает меня в идиотские положения, а уж при ежедневной семейной жизни…
Да, хотите пожить без скуки – заведите себе Веронику! Дня на два вас хватит. Потом вас хватит кондрашка.
Ладно, что еще меня тревожит? Вспомнил, Танитриэль обещала повыяснять насчет продолжения рода Ризенкампфа. Какое-то время она была в супружестве с этим мерзавцем, хотя, по ее словам, как женщина она его не интересовала. Лишь как политическая ширма. Не знаю. Есть ли где нормальный мужчина, которого бы не заинтересовала королева Локхайма именно как женщина?!
Конечно, она ближе к рубенсовским дамам, чем к селедкам от кутюрье, но так гармонично сложена! К тому же всерьез хочет замуж… О чем это я? Тьфу! Мне же совсем не это от нее нужно. Дурею! Мысли пошли не в ту сторону. Надо переключиться на что-то более возвышенное, неземное, чистое… Ага, например на дивную грудь богини Катариады! О, какая это грудь!.. Отродясь не встречал подобной белизны и формы. А кожа, а объем, а упругость!.. Соски только чуть-чуть вздрагивают при ходьбе, как розовые жемчужины! Богини бесплотны?! Как же! Кой черт, бесплотны! С такой-то грудью?!
Нет, нет, нет… Стоп! Охладись, ландграф. Летим на серьезное дело, а ты отвлекаешься на баб. Ну, пусть на женщин! Но на каких!!! Ах, Луна, Луна…
Мой прекрасный наемный убийца. Если бы я не был женат… Если бы у тебя была другая, более гражданская профессия… Если бы я остался здесь жить… Если бы не идиотские Зубы с дурацкими проблемами всего Соединенного королевства… Если бы…
На обед мы приземлились на лысом песчаном холмике. Я развязал узелок с бутербродами и откупорил флягу легкого вина. Сопьюсь, вот, ей-богу, сопьюсь! Надо срочно научить Лию варить компоты. Дело нехитрое, она справится. Рукоять Меча Без Имени сохраняла ровное тепло. Так, небольшая повседневная опасность. В трех-четырех местах от меня зашевелился песок, и на свет Божий повылезало с полдесятка упырей. Желтые, как монголы, с таким же разрезом глаз, брюшки отвисшие, зубы, как из голливудского фарфора, зато руки мускулистые, усиленные серьезными когтями. Видал я их уже, Ризенкампф пригнал на Битву Пятнадцати Королей целое стадо этой сухопутной нечисти. По-моему, черти Брумеля с ними возились. Долго, около часа, но покололи всех. Обнажив белые клыки, упыри неблагоразумно пошли на меня в атаку. Дурачье! Я даже за меч не хватался. Надо мне пальцы мозолить, когда дракон под боком?! Кролик раз ливанул направленной струей пламени – куда там штатовскому огнемету! Один вроде успел закопаться, но прочие мгновенно превратились в полыхающие факелы, с воем разбегающиеся в разные стороны. Что делаем, что делаем… Реликтовых существ уничтожаем!
