Читаем без скачивания Джек Ричер, или Средство убеждения - Ли Чайлд

Итак, стол накрыт на восемнадцать персон, но гостей всего десять. Восемь отсутствующих. Дьюк, Энджел Долл, Харли и Эмили Смит – это будет четверо. Тот тип, которого оставили в домике привратника вместо Поли, предположительно пятый. Таким образом, оставалось еще трое. Вероятно, один у входа, один в окне комнаты Дьюка и один с Терезой Даниэль.

Я стоял у окна, внимательно изучая находящихся в зале. Мне неоднократно приходилось бывать на торжественных вечеринках и официальных ужинах. В зависимости от места службы они могут играть большую роль в общественной жизни на военной базе. Я прикинул, что эти люди пробудут в зале минимум четыре часа, отлучаясь только в туалет. Говорил в основном Куин, все время смотря в глаза поочередно каждому из трех арабов. Он был центром притяжения. Улыбался, жестикулировал, смеялся. Внешне походил на человека, ведущего игру по-крупному и уверенного в близком выигрыше. Однако это было не так. Ужин на восемнадцать персон превратился в ужин для десятерых, потому что я по-прежнему оставался в деле.

Пригнувшись, я направился к кухне. Опустился на колени, стянул плащ и оставил «Средства убеждения» завернутыми в него так, чтобы можно было снова легко их найти. Затем я встал и прошел прямо на кухню. Металлодетектор пискнул на лежащую у меня в кармане «беретту». Ребята из службы доставки возились с чем-то завернутым в алюминиевую фольгу. Я кивнул им с видом человека, живущего здесь, и вышел в коридор. Мои шаги по толстому ковру оставались неслышными. Из обеденного зала доносился громкий гомон оживленной вечеринки. Я увидел человека, дежурившего у входной двери. Он стоял спиной ко мне и смотрел в окно, опираясь плечом на стену оконного проема. От света прожекторов на стене у него над головой сиял голубоватый ореол. Я подошел прямо к нему. Стрелять на поражение. Они или я. Помедлив мгновение, я шагнул вперед и обхватил правой рукой горло охранника под самым подбородком. Прижал сжатую в кулак левую руку ему к затылку. Одновременно дернул правую руку вверх и назад, а левую вниз и вперед, ломая шею у четвертого позвонка. Охранник обмяк у меня в руках, и я, подхватив под мышки, оттащил его в комнату Элизабет Бек и бросил на диван. На столике до сих пор лежал раскрытый «Доктор Живаго».

Один готов.

Закрыв дверь комнаты, я направился к лестнице. Быстро и бесшумно поднялся на второй этаж. Остановился перед комнатой Дьюка. Элиот лежал распростертый на полу. Мертвый. На спине. Его куртка была распахнута, а в рубашке, ставшей твердой от засохшей крови, зияли многочисленные пулевые отверстия. Ковер под ним стал ржаво-бурым. Переступив через тело, я заглянул в комнату. Сразу же понял, почему Элиот погиб. НСВ заклинило. Должно быть, переговорив по телефону с Даффи, Элиот побежал вниз и вдруг увидел приближающуюся вереницу машин. Вернулся к крупнокалиберному пулемету. Нажал на гашетку, но патрон перекосило. Пулемет был старый, превратившийся в груду железа. Теперь механик разобрал его на полу и стоял перед ним на коленях, пытаясь починить механизм подачи ленты. Он был полностью поглощен своей работой. Не увидел меня. Не услышал моих шагов.

Стрелять на поражение. Они или я.

Двое готовы.

Я повалил труп на пулемет. Торчащий из-под него ствол казался третьей рукой. Я выглянул в окно. Над стеной по-прежнему горел слепящий свет. Я сверился с часами. Из отведенного мне часа прошло ровно тридцать минут.

Я спустился вниз. Подобно призраку скользнул по коридору до двери в подвал. Внизу горел свет. Я спустился по лестнице. Прошел через тренажерный зал. Мимо стиральной машины. Достал из кармана «беретту». Снял ее с предохранителя. Держа пистолет перед собой, завернул за угол и направился прямо к двум запертым комнатам. Одна из них сейчас пустовала; дверь была распахнута настежь. Другая дверь была закрыта, и перед ней на стуле сидел тощий юнец. Он увидел меня, и его глаза округлились от страха. Нижняя челюсть отвисла. Изо рта не вырвалось ни звука. Я решил, что с этой стороны мне бояться нечего. Наверное, это был Трой, компьютерный взломщик.

– Если хочешь жить, молчи, – сказал я.

Парень молчал.

– Ты Трой?

Он молча кивнул.

– Отлично, Трой.

Я прикинул, что мы должны были находиться прямо под обеденным залом. Мне не хотелось рисковать, стреляя из пистолета в каменном подвале под ногами у всех. Поэтому я убрал «беретту» в карман и, схватив парня за шею, дважды ударил его головой о стену, отчего он погрузился в глубокий сон. Возможно, я проломил ему череп, а может быть, и нет. Если честно, мне было все равно. Именно он с помощью своей клавиатуры убил горничную.

Трое готовы.

В кармане парня я нашел ключ. Отпер замок, распахнул дверь и увидел Терезу Даниэль, сидящую на матрасе. Обернувшись, она посмотрела на меня. Тереза выглядела в точности так же, как на тех фотографиях, что показывала мне Даффи в мотеле утром дня номер одиннадцать. Похоже, она находилась в полном здравии. Волосы были вымыты и уложены. На ней было девственно-белоснежное платье. Белое нижнее белье и белые туфли. Голубые глаза и бледная кожа. Она напоминала весталку, которую собираются принести в жертву.

Я неуверенно остановился в дверях. Я не мог предсказать, какой окажется реакция Терезы. Несомненно, она уже догадалась, зачем нужна своим похитителям. А меня она не знает. Для нее я один из них, пришедший затем, чтобы вести ее к алтарю. И не надо забывать о том, что она является хорошо подготовленным и обученным сотрудником федерального правоохранительного ведомства. Если я предложу Терезе пойти со мной, она, возможно, окажет сопротивление. Вероятно, она уже давно готовится к этому и только выжидает удобного момента. А мне не хотелось поднимать шум. Пока что не хотелось.

Но затем я еще раз посмотрел Терезе Даниэль в глаза. Один зрачок был огромный. Другой сжался в крохотную точку. Она сидела совершенно неподвижно, не произнося ни звука. Обмякшая и завороженная. Я понял, что ее накачали наркотиками. Наверное, чем-то мудреным. Как называется излюбленное средство начинающих насильников? «Рогипнол»? «Рофинол»? Я точно не помнил. В этой области я не был силен. Наверняка это знал Элиот. И знают Даффи с Виллануэвой. Этот препарат делает людей пассивными, безвольными и послушными. Под его воздействием они беспрекословно ложатся на кровать и выполняют все, что им скажут.

– Тереза! – шепотом окликнул я.

Она ничего не ответила.

– С вами все в порядке? – спросил я.

Она кивнула:

– Все замечательно.

– Вы сможете идти?

– Да.

– Идемте со мной.

Тереза встала. На ногах она держалась нетвердо. Видимо, это объяснялось тем, что у нее ослабли мышцы. Она провела в заточении девять недель.

– Сюда, – указал я.

Тереза не двинулась с места. Я протянул руку. Она ее взяла. Ее кожа была сухой и теплой.

– Пойдем, – сказал я. – Не смотрите на того, кто лежит на полу.

Мы вышли из камеры, и я на минуту отпустил Терезу. Втащил в камеру бесчувственного Троя, закрыл дверь и запер ее на замок. Снова взял Терезу за руку и повел ее к лестнице. Она была совершенно покорна. Смотрела прямо перед собой и шла следом за мной. Завернув за угол, мы прошли мимо стиральной машины. Мимо тренажерного зала. Тереза держала меня за руку так, словно мы были влюбленной парочкой. На ней было шелковое платье с кружевами. Я чувствовал себя так, словно направляюсь на выпускной бал. Держась за руки, мы подошли к лестнице. Поднялись наверх.

– Подождите здесь, – сказал я. – Никуда без меня не ходите, хорошо?

– Хорошо, – прошептала Тереза.

– И не произносите ни звука, хорошо?

– Не буду.

Оставив ее на верхней ступеньке, опирающуюся на перила, освещенную голой лампочкой под потолком, я закрыл перед ней дверь. Осторожно осмотрел коридор и направился на кухню. Там по-прежнему возились ребята из службы доставки.

– Это вы Кист и Мейден? – спросил я.

Тот, что стоял ближе ко мне, кивнул.

– Пол Кист, – представился он.

– Крис Мейден, – сказал второй.

– Пол, мне нужно переставить ваш фургон, – сказал я.

– Почему?

– Потому что он стоит на дороге.

Пол Кист удивленно посмотрел на меня.

– Вы же сами велели поставить его там.

– Поставить, но не оставлять.

Пожав плечами, он подошел к столу и взял ключи.

– Как скажете.

Взяв ключи, я вышел на улицу и заглянул в кузов фургона. Вдоль стен с обеих сторон были металлические полки. Для подносов с продуктами. Между ними оставался узкий проход. Окон не было. То, что нужно. Оставив задние двери открытыми, я сел за руль и завел двигатель. Сдал назад до круга перед крыльцом, развернулся и подъехал задом к дверям кухни. Теперь фургон смотрел в нужную сторону. Я заглушил двигатель, оставив ключи в замке зажигания. Вернулся на кухню. Металлодетектор пискнул.

– Что будет на ужин? – спросил я.

– Люля-кебаб из баранины, – сказал Мейден. – С рисом, кускусом и пюре из нута. На закуску голубцы из виноградных листьев. На десерт баклава. С кофе.